Чтение онлайн

«Я же говорил им, что надо выбрать крепкого ребенка», – думал Веденей, рассматривая свою жертву. Русые волосики, голубые, как небушко, глаза, только совсем худой и недокормленный, поэтому, когда Веденей дал ему выпить меда, ребенок сразу заснул. Веденей был уже очень стар и давно искал человека, которому должен был передать свои знания. Было ему год назад видение, которое он истолковал как наказ Перуна. Веденей должен был оставить после себя знающего человека, его боги постарались и многому его научили, теперь его черед. Почему он выбрал этого ребенка, лежащего перед ним на пне, он не мог объяснить. Были жертвы до этого и будут новые, от Перуна точных указаний не было. Кто будет его учеником, он может выбрать сам. Он выбрал самого беззащитного и убогого. И не ошибся.

Обряд на капище длился до рассвета. Встретив новый день и воздав хвалу Яриле, люди, обнадеженные, отправились по своим домам. Веденей же пошел к яме, чтобы забрать свое сокровище, теперь он так воспринимал маленького человека. Ведь он – дар богов.

Он жил в чащобе, хотя раньше его дом был в племени, но оно постоянно воевало и враждовало с другими. Он боялся потерять то спокойствие, которое испытывал всю жизнь, ведь для того, чтобы смотреть в будущее, поучать других и влиять на богов, он должен был находиться в особом состоянии духа, которое ему давало только уединение. Ему помогли построить маленький домик и баню, и он зажил счастливо, принося пользу своему племени, леча и оберегая людей. Вот в этот маленький домик он и принес мальчика, который продолжал спать. Веденей убивал людей, чаще всего детей, не потому, что был кровожаден, этого требовала его вера. Обряды и убийства совершались только из глубокого убеждения, которое появлялось только после долгого общения или знака богов. Он ничего не делал сам, его вели, ему приказывали, его убеждали. И почти все содеянное им приносило свои плоды: все обряды, совершаемые им, убеждали людей в их правильности, люди получали желаемое. Сам он стал волхвом уже в сознательном возрасте: потеряв семью, он пришел на капище и услышал голоса. Боги просили его и приказывали ему; подолгу сидя перед ними, он научился слышать их и следовать их советам.

«Сможет ли этот мальчик слушать богов?» – думал старик и тотчас остановил себя. Ведь сейчас он позволил себе усомниться в их решении.

«Дело сделано, ты не спас мальчика, ты передал его богам в другом виде. Они сами захотели этого. Теперь его жизнь, как и предполагалось, принадлежит им», – он перестал сомневаться. Раньше он никогда не испытывал сомнений, а теперь, отвечая за жизнь другого человека, стал сомневаться.

– Усвой, старик, боги отвечают за его жизнь. Ты только проводник, – сказал он себе и разбудил ребенка.

Первые несколько лет Веденей ничему не учил ребенка, тот просто наслаждался вольной жизнью. Зажатый большой семьей в небольшом пространстве, он был запуган и забит более старшими и боевыми детьми. Теперь ему не приходилось биться за еду. Он получал все как само собой разумеющееся. Ковшик с молоком, хлеб, блины, заваренная утром каша ждали его на столе каждое утро. Он радовался еде, новому дню, каждому бабочке и цветочку, наблюдал жизнь ежей, муравьев, ящериц, лежал у ручья, рассматривая свое отражение, ловил руками серебристых рыб и отпускал обратно. Лес принял его в свою жизнь, он существовал в нем без всякого напряжения, с тихой радостью, как равный. Веденей вместе с этим ребенком заново познавал жизнь и радовался его красоте, благодаря богов, которые дали ему возможность еще раз пройти сладостный путь обретения мира. В душе его ученика не стало страха и боли, а только покой и тишина. Он не скучал по людям и всегда был занят изучением и наблюдением, постепенно заметив и человека рядом с собой, оценив его заботу о себе. Любомир стал присматриваться к жизни волхва, повторяя за ним какие-то действия. Стал выходить с ним на сбор трав, расспрашивая об их свойствах, подсаживался к нему, когда тот готовил целебные мази, запоминая последовательность изготовления и состав. Любил украшать капище цветами и задабривать богов дарами леса. Любомир уже много знал и умел, когда волхв впервые разрешил ему наблюдать за обрядом жертвоприношения, и хотя на этот раз человеческих жертв не было, Веденеем был убит козленок, отрок был ошарашен. Он притих и долгое время не решался говорить с учителем.

– Почему боги требуют от тебя зверств? Я знаю, что тебе это тоже не нравится. – Его белесые ресницы дрожали.

– Мы вчера съели зайца, попавшего в силки. Чтобы съесть яйцо, его надо разбить, это закон нашей жизни. Мы должны показать нашим богам нашу решимость жить, мой обряд – наше стремление к жизни. Только тем, кто хочет, боги дают возможность. Мы хотим и будем жить.

Отрок не стал возражать, Веденей был убедителен, но его радость к жизни увяла. Он стал задумчив и печален.

– Повзрослел молодец, думать начал, – решил Веденей и начал учить парня премудростям своего дела: какие травы когда собирать, как приманивать птиц, как гадать по их поведению, как предсказывать будущее, как вызывать дождь, как толковать сны.

Только всему этому научить было нельзя, потому что человек все это знает, в человеке надо эти знания пробудить. Любомир много знал и умел: делать отвары и мази, принимать роды, вправлять вывихи, облегчать боли. Но ему никак не открывалось будущее, и читать по взгляду он не мог.

– Молод ты еще, в твоем возрасте я рыбу ловил и в ус не дул. Потеря у человека должна случиться, понимаешь?

Однажды волхва позвали соплеменники, пришли на капище и трубили в рог.

– Князь новый в Киев тебя зовет на совет, вишь, какая честь тебе. Если не пойдешь, говорят, деревню нашу спалят.

Веденей не удивился, давно этого приглашения ждал. Не раз приходили к нему люди из Киева, лечил многих и много слышал о князе Владимире. Разного. Хотел он под свою власть всех жрецов и кудесников собрать и заставить всех почитать тех богов, которые Владимиру лично нравились. Долго думал об этом Веденей, гадал и знал, что добьется князь духовной власти над людьми, но это будут не те боги, которых слышал волхв. Знал также волхв, что заплатит Владимир высокую цену за эту власть:

«Другие и поболее платили, все-таки он – счастливчик, любят его мои боги», – думал старик.

– И ты пойдешь? Ты же не вернешься, – сказал на прощанье его ученик.

– Вот и дар открылся смотреть вперед, – усмехнулся кудесник.

– Скажи, а сейчас ты все также слышишь голоса, как раньше? – Любомир не хотел его отпускать.

– А как же? Слышу… – Он соврал. Он давно не слышал своих богов. – Я просто скажу ему правду.

– Что ты? Зачем она ему? Он победил все племена, в крови умывается… – возражал Любомир.

– Мне ли упрекать людей в этом? В Киев не ходи – не твое это место, – сказал Веденей и скрылся в лесу.

Он не вернулся. Говорили, что сказал он правду герою и больше его никогда никто не видел. Долгие годы ждал Любомир своего отца, он ждет его и теперь. Только это уже смешно, столько люди не живут. Да кто его знает, может, он не человек, а филин В это время Возгарь ухнул в лесу:

– На охоту собрался, старик, – усмехнулся Любомир.

Зачем именно сегодня он вспомнил историю своей жизни? Давно не вспоминал. Никогда не вспоминал.

– Боишься ты, нелепый старик, за деву свою, дочь-ученицу. Теперь понял, как за тебя Веденей боялся? Живи теперь с этим. Сватаешься к первому попавшемуся кмету, меды разливаешь… Ты ли это? Это я – испуганный отец. Стыдись. Ты кудесник, отдайся богам, они не подведут.

С этой мыслью он пошел на капище поговорить со своими богами.

Время шло, снег почти растаял, а Андрей мог передвигаться на одной ноге, опираясь на посох. Он смог даже помочь деду в починке бани, в которой начал жить, чтобы не смущать Найдену. Впрочем, она сама об этом попросила, но общение между ними было очень тесным. Ему нравилось разговаривать с ней, ее преклонение, услужливость, примерно так к нему относилась его жена. Так, да не так. Найдена относилась к нему как к брату или отцу.

– Ну, брат, так брат, – усмехался он.

Однажды она, дождавшись, когда кудесник куда-то ушел, позвала его за собой. Они подошли к огромной ели, широко раскинувшей нижние ветви по земле. Под одной из лап оказался узкий лаз, который заканчивался довольно большим пространством, которое чем-то было заполнено. Сделав шаг, он наткнулся на сверток с железом, Найдена дышала где-то рядом.

– Бери и тащи, – сказала она.

Он с трудом вытащил на поверхность увесистый сверток. Развернув довольно свежую ткань, которая оказалась бордовым плащом-корзно. В плаще было завернуто оружие. Андрей забыл о больной ноге, неудобно опершись на нее.