Чтение онлайн

Примерно на пятый день после возвращения Сергей вызвал племянницу к себе домой и при личной встрече извинился перед девушкой за ранее брошенные в ее адрес слова. Камилла много утаила от приятелей из того, что именно дядя наговорил ей после провала полицейской облавы. Потому теперь была немало впечатлена, что Сергей обнаружил в себе волю взглянуть ей в глаза и признать, что не имел права высказываться в подобном ключе. Это были грязные, омерзительные вещи, касающиеся ее образа жизни и того, что она пренебрегла его милостью и пошла по стопам папаши-неудачника, думая, что сумеет в одиночку добиться успеха в этом подлом мире. Леонов так растрогался, вспоминая все гнусности, слетевшие с его языка при их последней встрече, что в конечном счете даже признался, что гордится племянницей поболее сыновей, которые отчаянно пытаются построить карьеру только благодаря отцовским связям. Вряд ли это была в полной мере правда, однако Камилле польстило услышанное. Особенно от человека, в доме которого она выросла, которого безмерно любила за щедрость.

Необходимость извиниться перед племянницей была вовсе не единственной причиной, почему Сергей вызвал Камиллу на тет-а-тет. Как выяснилось, градоначальник в отставке, хотя не ведал, что станет с его положением в городской иерархии, тем не менее со стороны следил за происходящими событиями. До него добрались слухи, что полицейское управление крепко взялось за Михаила Моргунова после случившегося в «Бирже». Он справедливо заметил, что раз сам оставался в курсе событий, не находясь в Борей-Сити даже близко, то бизнесмен, вне всякого сомнения, следит за интересом к нему полицейских самым пристальным образом. Он признался, что всегда полагал Моргунова в некоторой степени темной фигурой, а всю пользу от него для города примерно соразмерной опасности, которую сам же несет. Он потому взял с племянницы слово, что та будет предельно осмотрительна. Следуя же новым, привезенным с севера веяниям, заверил, что приложит все силы к тому, чтобы помочь с делом. Он попросил Камиллу вернуться через пару дней, как на руках появятся кое-какие записи, произведенные в бытность мэром.

Как и было обговорено, Камилла вновь наведалась к дяде поздним пятничным вечером – якобы на семейный ужин, устроенный по случаю возвращения Сергея. Пока родные праздно болтали за десертом, они вдвоем удалились в кабинет бывшего градоначальника, в котором, как оказалось, уже наводился соответствующий порядок, и Леонов достал из потайного сейфа мятую папку с документами. В ней, с его слов, хранилось все, что удалось стащить из ратуши, куда он на днях наведывался за вещами.

Камилла скоро пробежала глазами по недавно заключенным договорам да банковским выпискам и почти сразу смекнула, что речь в бумагах идет о некоей принадлежащей Михаилу Моргунову земле. Она, насупившись, опустилась в кресло напротив дяди и поинтересовалась, о чем говорят предоставленные документы.

– Слыхала ведь о железорудном месторождении, которым любит хвастать Моргунов? – запарив трубку, отозвался Сергей. Камилла кивнула в ответ, и он продолжил: – Меня многие годы, если честно, мучит вопрос, на кой ляд Михаил держит землю. Все гадал, каким образом он намеревается нажиться на ней, и ничего не приходило на ум. Подумай, – покачал головой Леонов. – Во-первых, она же на чертовом отшибе. От города пилить минут сорок, не меньше. К тому же в той стороне не проходит ни одна солидная магистраль. Готовых путей сообщения нет, так что если потребуются регулярные поставки, то это влетит Моргунову в кругленькую сумму. Разориться недолго…

Понимая причины дядиного недоумения, Камилла перебила:

– Кроме того, она, должно быть, окружена корпоративными участками.

– Верно! – задорно воскликнул бывший градоначальник. – О том и речь! Если попытки вытрясти что-либо с этого месторождения не обанкротят Михаила, это с упоением довершит «СидМКом». Видано ли, чтобы корпы терпели выскочек, богатеющих у них под носом…

– Однако Моргунов не сдается? – задумчиво переспросила девушка.

Леонов поглядел на нее и, выпустив в воздух здоровенный шар терпкого пара, трубкой указал на скрученную в руках племянницы папку.

– Можешь убедиться, – проговорил он. – Возьми документы. Изучите с товарищами на досуге. Увидите: Михаил носится с землей, как с чертовой писаной торбой. Он задумал что-то – я чую. Впрочем, – наклонившись вперед, добавил Сергей, – *главного* в бумагах нет.

Камилла тотчас вопросительно уставилась на дядю. Она была вполне серьезна во всем, что касалось расследования, и оттого взгляд у девушки получился суровый.

Бывший мэр решил не медлить с объяснениями:

– Кое-что Моргунов в свое время попросил не отображать в записях, – проговорил он. – Понимаешь меня, дорогая? Кое-что не слишком дозволенное. Я такими делами не горжусь и надеюсь, ты не станешь осуждать. – (Камилла насмешливо пожала плечами, мол, поглядим). – Случилось это больше полугода назад, – тогда начал рассказывать Леонов и тотчас задумчиво наклонил голову, пытаясь вспомнить точную дату, однако не сумел. Он попросту продолжил: – Громов еще здравствовал, покой его праху. Шел один из званых вечеров в доме Моргунова. Сливки борейского общества под одной крышей и бла-бла-бла… все, как он любит говорить. – Леонов невольно усмехнулся: – Ты когда-нибудь замечала, что эти пышные приемы всегда выпадают на время, когда Михаилу что-нибудь требуется? Чес-слово, каждый раз после этого бесстыдного пиршества его бизнес прет в гору. Не удивительно! Лучше места и времени, чтоб кого-то задобрить, умаслить, банально дать на лапу, попросту не найти. Идеальное прикрытие для тайных делишек. Держать друзей и врагов далеко или близко? Да просто собери всех под одной крышей и очаруй…

Слегка сбитая с толку несвойственным монологом дяди, Камилла замерла в кресле, как будто оцепенела. Она еще при первой встрече была поражена, как странно изменился Сергей после возвращения с севера, о чем он решительно не желал говорить, однако повторный визит в гости совершенно ошеломил девушку. Стараясь не показывать недоумения, которое, стоит думать, обидело бы бывшего градоначальника, Камилла взяла себя в руки и воспользовалась паузой, чтобы спросить:

– К чему вы клоните, дядя?

– К чему? – тяжело выдохнув, отозвался Сергей. – К тому, что тот вечер, про который я говорю, не был исключением. Моргунову требовалась услуга. Он собрал весь борейский свет, чтобы провернуть очередное дело. – Он покачал головой: – На сей раз услуга нужна была и от меня, и от Громова.

– Не слышала, чтобы старшина вел дел с Моргуновым.

Леонов, поерзав в кресле, откинулся назад и демонстративно замотал головой.

– Василий не вел. Он послал прохвоста куда-подальше, как только почуял неладное. С Громовым шельмец не договорился. Никогда не умел. Вот человечище был! Чисто кремень! – улыбнулся Сергей. Он отключил трубку и, аккуратно положив на краю журнального столика, продолжил: – Я же, дорогая – тюфяк. Поддался сладким речам и красивым обещаниям. Тогда мы заключили взаимовыгодное соглашение.

– В чем оно заключалось? – нетерпеливо поинтересовалась Камилла.

– В продлении городских коммуникаций.

– Продлении докуда?

Бывший мэр снова лишь показал на переданную племяннице папку.

– До месторождения? – догадавшись, переспросила девушка.

Леонов странно нахмурился, однако кивнул утвердительно.

– Ага, – затем вымолвил он. – Со слов Михаила, тогда, осенью, на горизонте объявился потенциально выгодный покупатель на участок. Мол, одна из мелких рудных компашек стала приглядываться к месторождению близ Борей-Сити и предложила заманчивый кусок прибыли в обмен на права на разработку. Только прежде, чем сделку утвердят, компания потребовала провести, так сказать, разведку. Убедиться, что земля стоит вложений. Разумеется, испытания должен был провести Моргунов. По старинке работать он не собирался. Михаилу требовалось провести до участка все необходимые коммуникации. Электричество, водопровод, прочее. Он попросил замолвить словечко в необходимых инстанциях, чтобы «рудники» дали разрешение присосаться к городским системам. В обмен Моргунов обещал подсобить с поставками, если дело будет худо зимой. Помог, к слову. – Леонов закатил глаза и тяжело вздохнул: – Все-таки зря я, дурень, ввязался в это.

Камилла разинула было рот, но в дверь кабинета постучали. Не дождавшись отклика, в комнату вошел младший из сыновей Сергея. Глуповато улыбнувшись, он посмотрел сначала на отца, следом на кузину и спросил, куда оба запропастились, когда к столу вот-вот вынесут свежеиспеченный ореховый пирог. Леонов медленно повернулся в кресле и вытаращился на сына, точно на недоросля. Причем скорее с заботой, нежели сожалением. Он огрызнулся, мол, не его это ума дело. Парень обиженно взглянул на Камиллу и молча скрылся за дверью.

– Им с братьями и так много известно о том, как вертятся дела в этом городе, – грустно проговорил Сергей, едва дверь затворилась. – Не стоит лезть еще и в расследование полиции. Можно в люди не выбиться, если задавать чересчур вопросов. – Он усмехнулся собственному умозаключению, но тотчас собрался: – О чем я говорил?

– Отчего не стоило доверять Моргунову, дядя? – напомнила Камилла.

– Отчего? Подумай сама, дорогая. Лично я полагаю: не было вовсе никакой компании, интересующейся моргуновским участком. Чес-слово, – всплеснул руками Леонов. – Кому на хрен сдался кусок земли в самой что ни на есть заднице мира? Да еще посередине территории, оккупированной куда более маститым конкурентом. Бред, да и только. Согласна? – (Девушка неуверенно кивнула). – Мне, разумеется, стоило догадаться. Понять, что мной манипулируют. Разве мог я раскрыть глаза пошире… Моргунов – искуснейший соблазнитель. Он обещал, что, если сделка выгорит, денежки потекут к нему в карман рекой, и тогда я как градоначальник не останусь внакладе. Думал, помогаю ему во благо Борей-Сити. Вот же бестолочь!