Последний бастион – 2. Бремя белых
Шрифт:
Затем настала пора уходить и самому аль-Мумиту. Он ждал до последнего — пока американские спецназовцы и морские пехотинцы не ворвутся на улицы города. Только тогда аль-Мумит собрал свой личный джамаат и ночью пошел на прорыв…
Остановить его американцы не смогли — не помогло ни сплошное кольцо оцепления вокруг города, ни приборы ночного видения у каждого солдата, ни боевые вертолеты с тепловизорами, барражировавшие над ночным городом и расстреливавшие все подозрительные места. Подкравшись ночью к одному из постов оцепления, аль-Мумит ножом убил пятерых американских морпехов, захватил два тяжелых грузовика и вместе со своим джамаатом растворился во тьме. Стрелять по своим грузовикам ночные вертолеты-охотники не стали. Капитан Никоненко, командир учебного взвода Рязанского училища ВДВ и подполковник Ковалев, преподаватель специальной тактики были бы горды своим учеником. Историю этого прорыва американцы засекретили.
В Ираке аль-Мумит отличался еще не раз. Именно он спланировал и осуществил один из самых страшных терактов за всю историю войны — чудесным образом шахид просочился в расположение американских войск, прошел мимо всех точек контроля и подорвался в столовой во время приема пищи. Погиб двадцать один американский солдат, ранены были около ста.
В двух тысяч пятом аль-Мумит гранатой РПГ сбил американский вертолет. Наблюдая много дней, он выяснил, что американские летчики летают одним и тем же маршрутом, не соблюдая мер безопасности, и в один прекрасный день влепил первым же выстрелом гранату РПГ в хвостовой ротор Блэкхока. Шесть солдат, принадлежавших к американским специальным силам, погибли при падении вертолета, оставшихся девятерых настиг и добил джамаат аль-Мумита. И бесследно растворился в песках — двухдневное прочесывание местности американскими десантниками не дало ровным счетом ничего. Эту катастрофу тоже пришлось засекретить — прежде всего, от своих же солдат. Информация о наличии в исламском сопротивлении гранатометчика, способного выследить, и с первого же выстрела подбить из РПГ летящий вертолет могла привести к неконтролируемой панике.
Именно после этого, в исламском сопротивлении Ирака родилась страшная легенда. Легенда об ужасном проклятии, наложенном древним царем Вавилона Навуходоносором на любого, кто попытается вступить на иракскую землю как завоеватель. Легенда о Намтаре — демоне зла и смерти, пробудившемся после прихода американцев на священную землю Междуречья. О древнем демоне, поднявшемся из глубин ада и вселившемся в тело одного из воинов Аллаха, сделав его неуязвимым. Демоне, который может бесследно раствориться в пустыне и сделаться песком под ногами, который приходит под прикрытием песчаной бури и может перебить целую армию. Демоне, который будет убивать до тех пор, пока последний американец не покинет эту землю. Эти истории рассказывали шепотом, нервно оглядываясь по сторонам. Даже закоренелые исламские фанатики, безгранично верящие в Аллаха, не могли при разговорах о Намтаре сдержать дикий, леденящий душу страх, веря в то, что столкнулись с доселе неведомым…
Аль-Мумит эту легенду знал, и более того — активно пользовался ей. Американцы тоже ее узнали. Сначала не верили — но когда после страшной песчаной бури, когда не видно и вытянутой руки, американцы из восемьдесят второй воздушно-десантной, в одном из полузасыпанных песком жилых вагончиков нашли двенадцать убитых ножом солдат (ни один из них не успел даже выстрелить), а над ними — нарисованный кровью древнешумерский знак смерти — они поверили. Когда же на следующую ночь — никто не спал и все держали палец на спусковом крючке — бесследно пропали еще трое — осознание превратилось в самую настоящую панику. Один из офицеров покончил с собой, не перенеся того, чему пришлось быть свидетелем, батальон пришлось срочно выводить в США и переформировывать. Более половины солдат досрочно разорвали контракт, и ушли из армии с тяжелой психологической травмой. Там, где выходил на охоту аль-Мумит, он же Намтар, он же князь Кямал Цагоев, ни один неверный не мог быть уверенным в том, что поутру проснется живым…
За все время, пока аль-Мумит сражался на фронтах всемирного джихада, он ни разу не встретил достойного себе соперника. Того, кого можно было назвать врагом с большой буквы. Но здесь и сейчас, в Зимбабве, он кажется, его встретил. И он был рад этому…
Картинки из прошлого, Родезия, Солсбери, здание министерства обороны, Февраль 1979 года.
Капитан де Вет предъявил свой пропуск на входе, его долго и тщательно проверяли, пропустили в здание только через три минуты. Вместе с ним пошел молоденький, с каким-то детским лицом в новенькой, отглаженной форме лейтенант.
Роджер де Вет понимающе улыбнулся. Не так давно один из САСсовцев, Роберт МакКензи на спор заминировал полздания, в том числе и кабинет министра обороны. После этого САСовцы ходили по этому зданию только при постоянных сопровождающих…
У САС здесь была пара кабинетов, почти всегда пустых — потому что солдаты САС практически все время проводили в рейдах, либо на военных базах, чаще всего на аэродроме Мтоко в ста километрах от Солсбери. Но кабинеты САСовцам полагались и отказываться от них никто и не думал. Если положено — пусть будут…
Перед дверью де Вет остановился, смерил взглядом своего сопровождающего, тот даже покраснел. Все было понятно и без слов — посторонних в кабинетах, занимаемых войсками спецназначения быть не должно…
В кабинете уже были двое — майор Робинсон, командир САС и его старый знакомый. Один из немногих американцев в родезийской армии, капитан Роберт МакКензи. Судя по висевшей у потолка пелене дыма, сидели они тут уже долго…
Зайдя в кабинет, де Вет коротко кивнул, прошел к столу. Мимоходом бросил взгляд на карту — Мозамбик. Эту карту он видел уже столько раз, что мог воспроизвести ее по памяти…
— Что нового на фронтах… — спросил он, несколько рисуясь…
— Смотрю, вы совсем страх потеряли… — сказал в ответ Робинсон — мало того, что твое бандформирование творит, так ты еще опоздал, к начальству без стука зашел, честь не отдал…
— Сэр, извините, сэр! — гаркнул де Вет так, что сидевшая на подоконнике птица заполошно захлопав крыльями, улетела…
— Довольно, довольно… — захохотал Робинсон — ты никак от брата своего набрался. Как он там, кстати…
— На офицерские курсы направляют…
— Неплохо… Офицер морской пехоты США… Теряем кадры…
Роджер де Вет промолчал, он понимал, что все сказанное сейчас является всего лишь ни к чему не обязывающим трепом и к делу еще, собственно, не приступали…
— Ты плавать не разучился? — прищурившись, спросил Робинсон — вот Мак, к примеру, не разучился. А ты?
— Нет, сэр… Будет нужно — поплывем…
— Нужно, нужно… Короче не буду ходить вокруг да около. Намечается серьезная операция. На сей раз — стратегического масштаба, и не против партизан, а против Мозамбика в целом…
Почему-то капитан Роджер де Вет подумал, что собрались взрывать плотину гидроэлектростанции Кабора-Басса…
— Прошедшие закрытые переговоры с президентом Мозамбика Машелом закончились ничем. Мозамбик по-прежнему собирается поддерживать террористов и вооруженную оппозицию. Возможно, на продолжении поддержки бандитов настаивает советская сторона — по данным разведки Машел во время переговоров неоднократно связывался с русским посольством — возможно Машел опасается, что оставшись без поддержки террористы начнут войну в самом Мозамбике, но как бы то ни было — переговоры провалены. И настало время действий — как выразился сегодня генерал Уоллс "нужно их всех поставить раком и как следует поиметь". Вы поняли ситуацию, джентльмены?
МакКензи и де Вет синхронно кивнули. Генерал Питер Уоллс, командующий Родезийской армией был известным хамом и матершинником…
— В качестве основной цели избрано крупнейшее нефтехранилище Мозамбика — в порту Бейра. Все топливо для нужд Мозамбика доставляется морем и хранится здесь, в резервуарах Бейры. Уничтожение этого комплекса нанесет тяжелый удар по экономике Мозамбика, которая после прихода к власти коммунистов и так находится в кризисе и покажет Саморе Машелу, что шутить мы с ним не намерены. Если кратко — по стратегии все, джентльмены. Остается разработать тактику. Вопросы?