Последний день может стать первым
Шрифт:
на одной руке (на правой – больной). На дне шахты обломки блоков с острыми сколами…
– Кот, забирайся по моей руке на лестницу.
– Страшно!!!
Меня обдало ужасом. В глазах потемнело… Я сжал пальцы до судороги.
– Никогда эмоции не передавай! Давай! Пошел! Живо!
– Нет!
Кот выпустил когти и впился в мое плечо, если бы не защита – он бы меня изорвал…
Отпускаю Кота и цепляюсь за поручень второй рукой…
136
– Кот, ты мне мешаешь. Мы сейчас оба упадем!
“Защитник” сжимает мое запястье…
– Поднимайся.
– Только руку не сломай!
Хватаюсь за его руку, он отдирает от меня Кота, и я выбираюсь на пролет. Растираю запястье…
– S9, что здесь было? Что случилось?
– Кот в воронку угодил. Я его в воду бросил.
“Защитник” смотрит на меня очень пристально… Кот притих и прижался к стене.
– Зачем, S9?
– Что зачем?!
– Зачем ты Кота в воду бросил?
– Он меня разозлил!
– Он не твой боец. Он – всего лишь кот.
– Да, он кот, только еще надо определить, насколько.
– Думал, что тебе уже лучше.
D40 взял Кота, а я посадил Крыса-передатчика обратно на погон…
– Веди дальше…
Запись№46 04. 09. 206 год Новой Техно-Эры 02:10
Идем по широкому тоннелю по колено в ледяной воде. Вода прозрачная, чистая, но идти
тяжело. Все врата открыты. Много поворотов и развилок, боковых и параллельных тоннелей. Крыс
нас ведет… Вот только если эти тоннели затопило, бледные могли отсюда уйти… Не хочется
думать, что все это время пропадет впустую.
– Они были на этом месте.
– Крыс, здесь платформа есть?
– Недалеко.
– Пошли.
“Защитник” остановился…
– S9, термоискатель засек огонь.
– Это они.
Подходим к платформе перехода. Немного поколебавшись, решил повесить излучатель на
плечо. Огромный плац залит водой. Дезактивированный грузовой подъемник завис в полуметре
над перекрытой вровень с полом шахтой. Над площадкой подъемника вздымается высокий и яркий
костер, вокруг, как древние шаманы, сидят бледные твари из первого поколения – девятнадцать –
скорей всего, они все здесь собрались. Огонь проложил световую дорожку по ровной, неподвижной
поверхности темной воды. Стоило мне на нее ступить, как она зарябила и поблекла. Как только мы
вышли из тоннеля, нас взяли на прицел… Терпеть этого не могу… Я положил руку на плечо,
блокируя ремень излучателя.
– Пушки уберите! Мы поговорить пришли.
– Поднимайтесь. Только медленно.
Я залез на подъемник, но остался у самого края – мокрая шинель стекает ручьями. Двое
подошли ко мне. Их длинные тени, брошенные на платформу вздрагивающим от сквозняка
костром, с каждым движением языков пламени совершают стремительные выпады в мою сторону.
Сами бледные спокойны, как обычно. Такое ощущение, что они полностью неподвижны, и только
сквозняк колышет их белесо-фиолетовые волосы и черные шинели союзников, создавая иллюзию
движения.
– Что вам нужно?
– Поговорить – за ужином.
– Вы пришли сюда через шторм, чтобы побеседовать за ужином?
– Надо серьезно поговорить.
137
Я понял, что когда они в группе, с ними общаться особенно тяжело – они практически
неотличимы друг от друга, и мне трудно понять, кто из них ко мне обращается. Все подключены к
дублированным линиям, но у них… Я никак разобраться не могу… Они как будто мыслят
синхронно – каждое обращение я принимаю от разных существ… У них нет лидера, нет
парламентера – они все вместе. Меня это сбивает с толку – это как тяжелая ментальная волна…
– У вас разумное существо в сумке.
– Это Кот – при стихийных бедствиях он нуждается в бережной транспортировке.
– Садись, человек.
Они подвинулись, освобождая мне место у костра.
– Сразу скажу – я против вас ничего не имею. Я очень сожалею о том, что сделал.
– За тебя поручились.
Ладно… Про каменного Стража поговорим потом…
– Я о вас ничего не знал… и действительно сожалею.
– Ты ведь пришел не для того, чтобы выразить соболезнования.
– И то правда.
Перед тем, как перейти к делу, я отдал бледным продукты. Они принялись за еду без
промедлений. Думаю, так они будут сговорчивее. Попытался извлечь из сумки Кота. Межвидовые
отношения – штука непростая, и зарекомендовал я себя… что говорить, отвратительно. В первые
же дни пребывания в Шаттенберге съел пару крыс, пристрелил шестерых из первого поколения, и
Кота еще чуть не замочил… Зато он, наконец, помылся…
– Кот, будешь ужинать с нами.
Из сумки показалась только голова с прижатыми к затылку ушами, да нервно подергивающийся
кончик хвоста…
– Кот, вылезай. Хочешь, я тебе мясо поджарю?
– Айнер, мне стыдно.
– Бывает.
– Я струсил.
– Ты преодолеешь свои страхи. Я тебе помогу, можешь не сомневаться.
– Лучше я сам.
– Как знаешь. Давай вылезай, а об этом потом поговорим.
– Нет. Я боюсь умереть. Никогда не думал, что это может случиться на самом деле и в любой
момент. Это казалось чем-то далеким, запредельно далеким и ненастоящим… а теперь… Мне
страшно.
– Не так уж это и ужасно.
– А откуда мне знать?..
– Рано или поздно сам убедишься.
– Лучше я тебе на слово поверю.
– Вылезай!
Вылез, наконец, сразу шерсть приглаживать начал.
– А теперь продублируй свою линию на всех нас.
– Я не могу.
– Это просто. Ты хотел помогать – давай помогай. Только лишнего не болтай.
Бледные молчат, смотрят на меня невыразительными, немигающими глазами. Они из-за этого