Чтение онлайн

— Ну ничего, малец, такая уж жизнь. Счастье, помнишь? Оно там у каждого своё. У неё для каждого — тоже своё.

Помолчали. Тишина висела в воздухе столь всезаглушающей плотной завесой, что казалось, будто её можно было резать ножом.

Сотни раз парень представлял, что спросит, что скажет перед лицом явившихся к нему мертвецов. Будет оправдывать выживших из Шпиля? Или самого себя?

А мертвецам не требовалось ни того, ни другого.

— Это правда, — вдруг сказал Мяхар. — И про Шпиль, и про нас. Про неё — тоже.

Рун снова кивнул в ответ. Ему казалось, что его собственный голос будет звучать сейчас жалко как никогда. Парень закрыл глаза лишь на мгновение, лишь на секунду, как вновь увидел перед собой тушу горлопанки. Вспомнил, как оно всё было…

Судя по виду несчастной птицы, Ска поймала её прямо на лету. Стальная дева не шибко жаждала оставлять хозяина один на один с Миком хоть на мгновение, но не подчиниться прямому приказу была не в силах. Где-то внутри её бронированной головы зрел бунт против его опрометчивых решений, но протоколы подчинения не позволили ему родиться в нечто большее.

Это хорошо, подумалось парню, только бунтующего автоматона ему здесь сейчас и не хватает. Сейчас же она не сводила глаз с разбойника и тут же схватилась за малурит, едва он потянул свои лапища к добыче.

— Ар-ро… сырой не жрут. Она у тебя совсем железная? Или иногда понимает?

Рун пропустил укол мимо ушей, но знаком дал понять, чтобы автоматон успокоилась.

Юный чародей закусил губу — оставалось только дивится тому, насколько быстро всё менялось. Ещё пару часов назад они удирали из осаждённого одурманенными дома, а Мик на части разорвал волколака. Час назад парень лежал с Читль — и им было хорошо вместе, как никогда. Разбойник был связан и не в себе. А вот теперь они все здесь, как ни в чём ни бывало. Сверкнул нож — и откуда Мик только доставал эти железки? Если каждый уважающий себя головорез и таскал засапожный нож, то у Кровавого Крюка точно были и поясной, и заштанный, и подштанный…

Разделывать птицу разбойник умел. Рун представил, что ему пришлось бы это делать самому и его чуть не вывернуло. Раньше и всегда он полагался либо на чародейство, либо на Ска — оба варианта не давали осечек.

— Он обещал мне её, — вдруг начал Мик, кивнув на Ска.

— Что?

— Ата-ман. Обещал твою игрушку мне, — Мик говорил отрешённо и как будто не с чародеем. — Уговор. Ар-ро, сопляк, ты сам хотел всё убаять.

Что ж, подумал Последний из Двадцати, если не сейчас, то когда? Кивнул, велев продолжать.

— Зачем она тебе? — вопрос набил оскомину самому чародею, парень скривился. Сколько раз он уже успел спросить разбойника о подобном? Но тогда ему нужна была не Ска, а Читль…

— Это игрушка Древних, пацан. Ар-ро, ты и сам ведаешь, что она такое.

Рун лишь кивнул ему в ответ. Наверняка не знал, но догадывался. В памяти до сих пор были живы картины того, как вился вокруг неё Чавьер, разве что языком не цокал. Как глазел на неё Кианор — тогда парню казалось, что собрат видел в ней лишь помеху, а теперь — сомневался. Да и тот паршивец, что вывел его на Ска…

Не сходилось. Механическую куклу он нашёл изломанной донельзя — Чавьер не зря же сказал, что её уродовали специально — получить характер таких повреждений в бою возможно, но как-то слишком уж много совпадений. И они тиснули её обломки за сто ровн несчастному бродячему торговцу. Руну на миг стало стыдно — наверно, он поступил с бедолагой слишком жестоко. Но лишь на миг — уверенность своей извечной правоты вновь подлила масла в огонь эгоизма. Поганец радостно наживался на гибели тех, кто охранял эти земли испокон веков. Не устыдился, не убоялся, поддался собственной жадности…

Парень бросил озадаченный взгляд на стальную деву — та лишь блеском глаз давала понять, что паршивец не врёт. Или сам хорошо верит в то, что говорит…

— Как вижу, Ата-ман не сдержал своего обещания? Что это вообще был за человек? Когда я только отправился по душу вашей братии, каждый пройдоха с пеной у рта утверждал, что Кровавые Крючья были чем-то стихийным. Внезапно появились, внезапно распались… Где он тебя отыскал?

Мик сверкал глазами прежде чем ответить. Либо выдумывал подходящую сказку, либо не особо желал говорить на эту тему. Его взгляд задержался на рабыне — необычайно молчаливая и притихшая, она то и дело шмыгала носом, уставившись в пустоту. Наверно, в этом занятии её могла превзойти разве что Ска по ночам — сон ей тоже был неведом.

Огонь зарумянил свежие мясные бока. Жир каплями тёк в костер, аппетитно шкворчал и шипел. Руну вспомнилось, что изжарить мясо на костре оказалось задачкой не из легких, а для него самого и вовсе невыполнимой.

— В Вирании, на рудниках, — наконец, пробасил головорез.

— Ты виранец? — Рун спросил и захотел укусить себя за язык. Мик посмотрел на него, как на глупого.

— Меня взяли отсюда. Ваша… старшая сука, как вы её там звали? Её милостью за разбой я был продан этим чертям, чтоб на их жопы проигранцы играли!

Рун не перебивал, хотя и страшно хотелось ответить на очередное оскорбление Матриарха. Мик, словно чуя, что ему дают послабление, вновь наглел. Парень ждал, что великан-людоед вновь вот-вот примется поигрывать мышцами.

Юный чародей вертел в голове детали догадок, отчаянно надеясь сложить общую картину. Кое-что прояснялось — разбойник не убил его точно так же, как и Читль, но по другой причине. Чародей нужен был ему живым для приманки — убей он Руна сразу и где потом искать эту его Ска?

Может, потому и хотел немного прикопать — вряд ли ослабевший в магии маг способен выбраться из подобного плена без посторонней помощи. И просто прекрасная возможность для пыток.

То, что Мик погнался за ним, словно дикий зверь в попытках прибить в гипотезу не укладывалось, ну так разбойник и не всё рассказал.

Рун слушал дальше.

— С рудников я бежал. Ата-ман поначалу обещал мне месть — но бздеть сызнова под еганую стену, чтобы пришлёпить с десяток засиранцев — такая себе идея.

— И ты отказался?

— Я хотел сорвать с мудилы все его железки, оторвать думило и сожрать уши. Ар-ро, если бы ты только знал, пацан!

Рун задумался. Мик не из местных — его притащили из-за Стены. Но как? Кто позволил? Невозможно пройти через магический заслон. В голове эхом прозвучал противный смешок Вигка о том, что стена вот-вот развалится и уже дала хорошую такую трещину.

— Он оказался сильнее?

Мик расхохотался на вопрос, покачал головой. У юного чародея перед глазами возникла картина того, как заключённый в механический виранский доспех мерзавец ломал мастера Рубера.