Чтение онлайн

(* В некоторых Северных и Центральных диалектах языка Перекрестья нет отрицания "не", но есть "Na". Если же после отрицания стоит "о", то оно превращается в "а", и наоборот. Но поскольку "а", стоящее после отрицания Na редуцируется, то получается примерно так: Narion. А к именам магов обычно прибавляется суффикс "us" — то есть Narionus.)

Никто точно не знает этого, но очевидно одно: Страх из далеких земель не дремлет. Нужно найти кого-то, кто сможет противостоять силам Зла и спасти последнее пристанище магии.

Том слушал очень внимательно, забыв, что на дворе уже глубокая ночь. Монивайс докурил трубку, пожелал Тому спокойной ночи, и сообщив, что Том может приходить к нему за помощью, удалился к себе в комнату. Том еще долго сидел под впечателением от происшедшего, а затем запер все еще открытое окно, улегся в постель и тут же заснул, даже не заметив появления Морлана.

Морлан постоял над Томом, сосредоточенно глядя на спящего, улыбнулся и удалился почивать к себе в комнату.

Эльф предпочел ничего не говорить магу о ночном происшествии.

Том с Морланом прожили в гостинице без названия еще неделю и никаких инцидентов за это время не произошло. Днем в этом месте было спокойно, но ночью постоянно слышались какие-то странные звуки, низкий голос на верхнем этаже, который был вечно закрыт, и шум ветра в коридорах. Стекла в комнате волшебника и мальчика уже который раз пришлось заменять: они были почему-то разбиты к утру, а половицы скрипели даже если на них не наступали. Том с трудом засыпал, а утром все переживания забывались. Странное это было место, даже более чем. Хозяина редко можно было увидеть в какой-либо другой части гостиницы, кроме как за регистрационным столом. Там он ел, спал и играл сам с собой в карты, пожевывая запрятанный под щеку табак. На природу выходить было немного жутко: чувствовалась вонь болот и постоянный горьковатый привкус на языке. Терроризирующий ноздри запах рассохшегося дерева в гостинице никогда не оставлял в покое, а со стен летела деревянная труха, но Морлан упорно оставался там еще "на денек-другой". Скрашивало проживание в этом непрятном месте то, что Стелла частенько приходила к Тому в гости, поболтать о том о сем и приносила что-нибудь из здешних сладостей. Горечь во рту на это время куда-то девалась и Том немного подбадривался. Вечером приходил Монивайс Гуд проведать Тома и рассказать очередную увлекательную историю. Том никак не мог взять в толк, зачем Морлан держит его в этом проклятом месте, да еще так долго. Морлан теперь редко заговаривал со своим учеником и вообще старался его не беспокоить, Том делал то же самое, занимаясь в основном изучением всевозможных книг по магии.

Том все чаще вспоминал историю о Нарионусе, его войске, и ему становилось совсем не по себе. Ночью его мучили непонятные видения, причем именно тогда, когда он закрывал глаза, пытаясь спокойно заснуть. Погода всю неделю была ужасная: дождь лил, как из ведра, а на беспросветном небе не было видно ни звезд, ни луны. Холод и то был каким-то мокрым и лип к коже, проникая сквозь одежду. Тома уже начинало тошнить от постоянной горечи во рту, зловонных болот, рассохшейся древесины, безлунных ночей, скрипа и гудения в коридорах, липкого воздуха и неразговорчивого хозяина, постоянно жующего свой табак и издающего победные возгласы после очередного выигрыша у самого себя в карты.

Неделя кончилась, оставив в мозгу у Тома пренеприятнейший отпечаток, и они с Морланом и (к удивлению Тома) с Монивайсом Гудом покинули старую гостиницу и направились к Светлому Западному Порталу. Стелле было жаль расставаться с Томом, она искренне пожелала эльфу удачи и робко попросила его подать как-нибудь о себе весточку.

Стоило путникам отойти на несколько километров от этого странного места, снова засверкало солнышко, на небе запели птички и деревья запахли свежей древесиной, подмоченной легким грибным дождиком. Тому была не слишком привычна компания Монивайса, но он был абсолютно уверен, что тот сможет помочь им в пути. Как-то остановившись на ночлег, Монивайс закурил свою длинную трубку, и они завели разговор о здешнем народе.

— Что я могу сказать тебе, Том? Даже в Нашем Мире полно разгильдяев, обжор, ненавистников, дураков, скупердяев, воров и тому подобной нечисти. Даже самые страшные приспешники Нарионуса не справятся со всей компанией этих ублюдков вместе взятых. Но ведь самое неприятное, что таких полно у власти, а власть дается не каждому. Сейчас самые высшие человеческие качества не имеют такую цену, как им противоположные. Могу сказать, что один скупец ценится за десятерых щедрых людей, один глупец за двадцать ученых, ежели он стоит у власти. Сейчас стал распространяться ранее ненавистный донос. Слышал, что существуют даже школы стукачей, только не знаю, где именно. Им все проходит безнаказанно, без единой помехи. Они могут издеваться над больными и сиротами, доносить на многодетные бедные семьи, где и лея в руках не держали, а стукачи лгут, что у тех где-то припрятаны сотни таких золотых монеток. Это бывает зачастую у людей Перекрестья, ведь они многое мнят о себе.

Ничто так не ценится, как человеческий род. Даже эльфам приходится ютиться по лескам, которые люди, возомнившие себя венцом природы, вырубают, убивая самый прекрасный и древний народ. Нет, дело не в Нарионусе, а в наших людских черных душонках, полных ненависти и желания власти; а Король Теней просто появился в "нужный" час, в "нужном" месте. Он дал свободу теневой стороне нашего "Я" и притянул его к себе, умудрившись направить брата против брата, алчность против добродетели, а ненависть против любви. Власть должна следовать к светлой цели, или она пожрет самое себя. А еще теперь появилась мода воспринимать друг друга по одежке. Никто теперь не поверит, что под уродливой внешностью может скрываться нежная и чувствительная душа, а под ослепительной красотой — стальная жестокость и черные побуждения. Только эльфы совмещают в себе красоту и доброту одновременно, но и они теперь оказались на шаг позади властолюбивых людей. Править должны такие, как Орион, а не такие как Ангус из Мадры. Но Орион слишком молод, а зло не дремлет, ждет своего часа. Что же теперь? Только такие как ты, потомки людей и эльфов, смогут спасти Перекрестье, а заодно помогут уничтожить Зло в Твоем Мире, где его также достаточно. Хоть я в нем никогда не был, но охотно в это верю. Ведь если ты эльф, то сочетаешь в себе красоту и доброту, а если еще и человек, то способен понимать проблемы людей, которые начали взращивать в своих душах семя Зла, и поэтому могут являться прямым его источником.

— Ты говоришь совсем как Морлан, — заметил Том, выслушав длинную речь Гуда.

— Это совсем не удивительно, ведь я его ученик, хоть и бывший, — ответил со смехом Монивайс.

— Но я до сих пор так и не понял, что же мне нужно сделать. Морлан и другие говорят: "Бороться со злом!". Да, Морлан?(он покосился на мага) Да разве же я знаю, как именно это надо делать?

Гуд вздохнул.

— Если бы я был вправе сказать тебе это!… Но если Морлан не сказал, значит еще не время…значит, надо ждать. Морлану необходимо доверять: он еще ни разу не сбился с пути, когда мы все с завистью поглядывали во тьму. Полагаю, что он хочет, чтобы ты сам нашел для себя дорогу.

Том кивнул. Он уже привык к загадкам и двусмысленным словам тех, кого он встречал на пути. Его вечный крест — искать дорогу на ощупь. Раз так — пусть! Он тоже не сойдет со своего пути, либо умрет. Тут он почувствовал, что уже слишком давно с ним ничего не приключалось. Но он твердо решил, что скорее всего, скоро "притянет" к себе неприятности, и нужно быть готовым ко всему…

— Кстати, Том, знаешь ли ты, что мы скоро подойдем к Ведьминой Плеши? — мягко вмешался в разговор Морлан.

— Ведьмина Плешь? А что это такое? — удивился Том.

— Это такая полянка возле горы, которая окружена плотным кольцом тисовых деревьев. Когда ведьмы собираются, то на поляну войти нельзя: стволы плотно смыкаются, — охотно сообщил Морлан.

— Там они устраивают ковен. — заметил Гуд, выпуская колечко дыма из своей длинной трубки.

Тома это слово озадачило. Он почувствовал себя глупо.

— А что такое ковен? — спросил он, чувствуя себя полным идиотом.

— Это шабаш ведьм на местном наречии. Никому не известно, о чем они там говорят. Собственно, это их дело! — доверительно сообщил Морлан.

— Женское дело, — подсказал Монивайс, обменявшись с Морланом насмешливыми взглядами.

— А на рассвете после этого там можно увидеть единорога или его следы. Копытца у них раздвоенные, как у козы, — сказал Морлан, мечтательно глядя в голубое небо. Такое выражение появлялось у мага на лице крайне редко.

Монивайс поднялся, отошел в сторонку, прочищая свою трубку, и заявил:

— Нам лучше идти. Где-то через час достигнем Ведьминой Плеши, еще день пути и мы будем у Светлого Портала. Но путь надо продолжить сейчас, иначе прибудем туда позже, чем предполагаем.