Чтение онлайн

– Крил - ты умница, - пробормотала я, хватая отупленного видением гвардейца и таща прочь.

Я выбрала молодую женщину, катившую тележку с углем по узкому лабиринту улицы на верх. Она казалась изможденной, но не сдавшейся. Дорога давалась ей с трудом, однако она не останавливалась, внятно ругаясь себе под нос.

Мое предложение, как я и предполагала, она подняла на смех. Но глянув мне в глаза, сразу стала серьезной и злой:

– Там какой-то подвох?

– Насколько я знаю, нет, - пожала я плечами, - мне нужен тот человек, но я не хочу, чтобы кто-то видел, что я с ним встречаюсь. Если ты приведешь его сюда, я тебя отблагодарю.

– Деньги вперед, - тут же с вызовом сказала девица, тряхнув роскошной гривой черных волос. Женщина мне нравилась, такую не слишком испугаешь. Жизнь потрепала ее, однако не заставила опустить руки: темные круги под глазами она скрыть не могла, зато одежда ее, несмотря на уголь, была чиста и опрятна.

– Когда вернешься, получишь столько же.

Она ловко ухватила монету, пожала плечами, не раздумывая, бросила свою тележку и направилась в "Серебрянную лапу".

То, что случилось дальше, предположить я не могла. Или где-то в глубине души именно это и предположила? Не этого ли я подспудно боялась, оттого и не пошла в ту дрянную харчевню?

Не прошло и минуты, как девица вылетела из дверей, словно за ней гнались бешеные волки. За ней и вправду гнались - двое крепышей мгновенно сбили ее с ног, отчего женщина ударилась лицом о противоположную стену и ободрала себе щеку, повалили ее и скрутили сзади руки.

– Это не я!
– истошно кричала она, - Это все она! Это она меня подослала так сказать!

Но ее не слушали - колено одного из здоровяков надавило ей на спину. Женщина захрипела и обмякла. Нападение никого не удивило и не возмутило. Но улица рядом с харчевней мгновенно опустела.

– Помоги ей, - не раздумывая, крикнула я и подтолкнула Крила вперед, - Спаси ее, а потом скрывайтесь. Слышишь? Спрячьтесь и не высовывайтесь!

– Что? Как?
– растерявшийся Крил нехотя делал шаг за шагом и оглядывался, однако я с силой толкала его вперед, - А как же Вы, Надорра?

– Тише, глупец, - шикнула я, - Спрячь ее, слышишь? Я сама тебя найду! Иди же!

Крил послушно бросился вперед, а я тихо отступила назад. Гвардеец с размаху так толкнул одного из нападавших, что тот уткнулся носом в стену, беззвучно сполз по ней вниз и замер. Второй крепыш не успел и обернуться, как основательный удар в живот заставил его сложиться пополам. Маленький лысоватый человечек с надорванной губой, что суетился рядом с лежащей женщиной, успел только удивленно поднять голову, как пудовая лапища Крила смела его в сторону неприятельским тараном. Блистательный подхватил девушку на руки и помчался назад, не разбирая дороги и просто-напросто расталкивая тех, кто еще не успел убраться с его пути. Я быстро юркнула в какую-то полуоткрытую дверь и притихла.

Крил со своей ношей громко протопал мимо, затем растерянно остановился, покрутил головой, выискивая меня... Потопал дальше... Извини, дружище. Надеюсь, у тебя и у этой девушки все будет хорошо. Но сейчас ты мне не помощник.

– Чего-нибудь желаете, милая?
– любезно осведомился скрипучий старческий голос сзади. Я обернулась. Я стояла в крохотной горшечной лавке, все полки которой были заставлены расписными глиняными чашами и чашками, кувшинами, мисками... Дела у горшечника, судя по всему, шли неважно, ибо полки ломились от товара, только его мало кто покупал.

Старик ждал. Его слезящиеся глаза в полутьме лавки подслеповато щурились, но на лице блуждала извиняющаяся улыбка.

– Можно я просто немного здесь побуду? Мне просто некуда пока идти, - негромко произнесла я и неожиданно для самой себя расплакалась.

Старика звали Мардосом. Он принес мне горячего травяного отвара, усадил в углу на перевернутый огромный горшок и присел рядом. Он не требовал объяснений, и я была за это благодарна - рассказывать о том, какую глупость я совершила, было выше моих сил.

Зачем же я так спешила в Шелвахару? За те дни, пока мы в горах дожидались Лиона, Ктобу так и не появился. Жив он или мертв, я не знала, как не знала и того, стоит ли напрасно терять время, ожидая от него вестей.

Но была и другая сторона моей спешки - Ипарт. Он так ни разу и не обмолвился о послании Найсала, а ведь наверняка Ктобу говорил с ним об этом. Что ж, напрашивался вывод, похоже, Ипарт решил добыть послание самостоятельно, без моей помощи. Ведь будь бумаги у меня, я стала бы торговаться, разве не убедился Писец в том, что я это умею? Наверняка Писцы уже рыщут в поисках лазеек в Шел, наверняка они постараются опередить меня.

И вот я здесь. Только толку-то? То ли связной Ктобу оказался предателем, то ли... Впрочем, что гадать...

Старик Мардос, судя по всему, просто устал от одиночества и рад был поговорить. Его неспешная болтовня о том, о сем, горячее питье и неожиданное ощущение безопасности и покоя скоро вернули мне решительность и здравый смысл, и я стала куда внимательнее вслушиваться в слова старого горшечника. А рассказать он мог многое, например, о житье-бытье в завоеванном проклятыми ренейдами некогда сказочном городе.

Мардос рассказывал о порядках, которые завел Эльяс, о местной и пришлой человеческой мрази, что выползла из темных закоулков и теперь держит в страхе тех, кого не сумел сломить ренейд. Да, жизнь под лапой Белого Горностая горька, но жить все равно как-то надо. А ты, милая, не знаешь про все, что ли?

– Я здесь давно не была, - печально закачала я головой, - Все переменилось...

– Да, переменилось, - тяжко вздохнул старик, зажигая лампу, - А будет и того хуже.

– Отчего ж хуже? И так плохо.

– Худо-то оно да, - с сомнением пошамкал губами Мардос, - Но Горностаю власти мало. Хочет он себе в жены Надорру взять, что б, значит, самому Надорром стать. Ежели, говорит ее ко мне не приведут, завтра повешу одного, послезавтра - двух, а потом трех. Весь Лакит, говорит, перевешаю, и то на совести вашей Надорры, мол, будет. Вот стервец, - в сердцах сплюнул горшечник.

– И когда он так сказал?
– просипела я внезапно охрипшим горлом и быстро глотнула остывшее питье.

– Когда? Да третьего дня будет, как ихний глашатай тут кричал. Я-то старик, свое пожил, так они ведь стариков не берут, а все молодых... Кого ни попадя на улице схватят и тащат на виселицу. Шестерых уже вздернули. Вот это худо, девонька. Нельзя Надорре к этому зверю, только как же нам быть? Ох, лихо... Эй, куда это ты засобиралась на ночь глядя, совсем страх потеряла? На улице лиходеев полно! Что чужих, что... своих.

Я все же осталась на ночь в лавке. Мардос бросил на пол старый потертый плащ, который вовсе не сделал холодный глиняный пол теплее и мягче, принес еще горячего отвара, кусок ржаной лепешки и немного сухих фруктов и пожелал спокойной ночи. Но мне не спалось. За всю ночь я так и не сомкнула глаз, а утром, едва рассвело, я ушла.

Мой путь лежал в Старый город, а оттуда - на Замковую гору.

Меня привели в Узорные палаты, личные покои лакитских Надорров.