Чтение онлайн

Габриэль вернулся на своё место и снова устроился под деревом. Однако спать ему больше не хотелось. Он то прикрывал глаза в надежде заснуть, то снова открывал их, не в силах отринуть услышанное от Никодима.

«Если я снова убегу и скроюсь от первой же опасности как вор, то что я стану проповедовать, чему учить стану избранных, если поддамся животному страху перед сильными мира людского?»

Под утро он всё же смежевал глаза ненадолго и провалился в тяжёлый сон. И видел Исаию во сне, и говорил с ним. И решил, что ещё не время противиться желанию Синедриона, и надобно уйти до времени из Иерушалаима.

Утром Иуда подсел к лекарю, пока тот отдалился от остальных, и тихо спросил, кто был ночью подле них. А Габриэль смотрел на Иуду и мысленно удивлялся, как же Иуда похож на старшего брата, на Иосифа Варавву. Не зря называют его близнецом. Только у Вараввы глаза зелёные, а у Иуды голубые.

— Сегодня ночью приходил Исаия… — наконец произнёс Габриэль.

— Что он хотел от тебя? Ты должен продолжить дело Вараввы?

— Открыл пророчество про вашего вождя, — задумчиво ответил он, глядя куда-то вдаль.

— Про Иошу? И что это за пророчество?

— Что Господь сделает агнца своего светом народов, чтобы спасение Его простёрлось до конца земли…

— И что?

— Пророчество толкует: «Он (раб Господень) был презрен и умалён пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице своё; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его…»

— И эти слова повергли тебя в уныние? Но ведь всё так и есть о Сыне Отца.

Габриэль понял, что Иуда не увидел в этих словах Исаии того, что в них увидел он сам, и потому поспешил перевести разговор на другую тему.

— Нынче я покину Иерушалаим.

— А как же мы? Как же царство Сына? — недоумевал Иуда.

— Позже, друг, — отозвался Габриэль и поднялся с земли. А Иуда остался сидеть, продолжая смотреть страннику вслед, не понимая того, чем же так тот встревожен. Однако при этом Иуде не понравилось решение странника теперь покинуть царственный Иерушалаим, в котором так живо виделась его тайная мечта о воцарении его старшего брата Иошу Вараввы на трон Давидов.

Вернулся Габриэль в дом Мариам озабоченный. Она сразу поняла, что случилось нечто неприятное.

— Сбылось моё предостережение о том, чтобы божий сын не бывал долго среди людей без своей спутницы? — поинтересовалась она.

— Сбылось. Вчера арестовали Варавву, Гестаса и Дисмоса.

— Ах, — она испуганно прикрыла ладонью рот.

— Среди их сторонников уныние. Они ищут спасения для своего царя. Начались аресты заговорщиков.

— Они выдадут тебя?

— Не знаю. Но мне надо покинуть город.

— Я с тобой! — живо заявила она.

— Это опасно, — предупредил он её.

— Я тебя одного не оставлю. Да и со мной ты не вызовешь подозрения. Будем выглядеть, как супружеская пара.

— Тогда уходим прямо сейчас. Ничего лишнего не бери. И слугам не говори лишнего.

— Я поняла, дорогой. Мы можем укрыться в Бет Ани, в моём родном селении.

— Пошли же.

И они, взяв с собой только деньги и немного еды, отправились окольными путями из города, предупредив слуг, что они собираются на поломничество на несколько дней.

Они шли долго.

— Если не в Бет Ани, то куда же мы идём? — поинтересовалась Мариам, догадавшись, что вовсе не в Вифанию они направляются.

— В Капернаум.

К вечеру они остановились возле скал и укрылись в пещере. Развели огонь и согрелись.

— Расскажи мне ещё что-нибудь? — попросила Мариам, выглядывая из пещеры и глядя на звёздное небо.

— Что ты хочешь знать?

— Как устроен наш мир? Что есть мужчина и женщина? Кто есть Бог? И кто есть Господь? Почему не стало живых богов среди нас? И отчего римляне смогли захватить весь мир?

— Ты задаёшь слишком много вопросов, милая. Не всякая женщина озадачена судьбами мира. Отчего это так заботит тебя?

— Наверное, оттого, что я познала тебя, божий сын. Оттого что я познала некую тайну бытия благодаря тебе, мой учитель.

Габриэль улыбнулся.

— Учитель? — смешливо переспросил он.

— Разве не ты учишь меня видеть этот мир и ценить его? Разве не помогаешь понять, как это чудесно — быть твоей женщиной?

Габриэль приблизился к Мариам и поцеловал её в губы.

— Ты радуешь меня.

— И ты, мой господин, радуешь меня тем, что нежишь и милуешь меня, что беседуешь будто с равной тебе. Наши мужчины не поступают так со своими женщинами, матерями и сёстрами. Мужчины нас считают глупыми и не достойными серьёзных разговоров о науках и Великом. Они даже о провидицах смущаются говорить.

Габриэль вздохнул, задумался на мгновение и начал повествование.

— Слушай же. Истинно, Вселенная состоит из малых частей, как кусок полотна соткан из множества пушинок шерсти. Из этой шерсти можно соткать гиматий, можно соткать дорогу до солнца, можно сшить мешок или связать чулки. Корень всего шерсть, то есть маленькие пушинки. Из них можно сотворить любую вещь.

— Из шерсти?

— Пусть слово моё звучит как притча, но ты уразумей шире.

— Да, я поняла. Шире и дальше.

— Да. Также есть такие крохотные пушинки, из которых созданы растения, животные, люди, звёзды и вся Вселенная. Все существа, все создания, все творения пребывают друг в друге, и друг с другом, как младенец внутри матери, как пища внутри наших тел, как кровь внутри нас и наши внутренности. Но мы все связаны между собой, друг с другом. Все вместе мы и есть Господь. И в нас во всех есть его корень, его дух.

— Что же есть Бог?

— Бог это тот, кто родил нас.

— Ты тоже бог? Ведь ты прародитель многих.

— Это вы называете нас богами. Но мы не Боги. Мы такие же, как и вы, но немногим иные. Бог — это всё, что мы видим вокруг себя в любой день жизни. Это всё сущее. А Господь это невидимый Дух, который оживляет всё божественное. Как вода поливает землю, и из земли появляются растения. Вода оживляет землю. И Господь оживляет Бога. И тогда Богиня рождает всё сущее.

— Значит, Бог — женщина?