Чтение онлайн

Не растерявшись, я тут же предложил руку госпоже Орловой, опередив тем самым Бессера. Судя по выражению его лица, это приведёт к последствиям для меня. Но мне нужно было с ней срочно поговорить.

Я повёл её в манеж, чуть наклонив голову.

– Диана, вы были правы! Вы во всём были правы!
– восклицал я.

– Да неужели, Павел Андреевич?
– издевательски воскликнула она.

– Нам нужно срочно поговорить наедине.

– У вас был шанс. Я сидела напротив в вашем имении, готовая на…

Она тут же осеклась и не закончила фразу.

– Диана, вы не понимаете, - продолжал я, - дело не в том, что мы обсуждали на веранде. Нам действительно стоило бы объединить усилия.

Она остановилась и убрала руку с моего локтя.

– Да вы издеваетесь надо мной?
– воскликнула графиня.
– Мало того, что унижаться пришлось, так теперь вы мои идеи выдаёте за свои?! Немыслимо!

Я тяжело вздохнул. Кажется, она держала на меня обиду всё это время. В её глазах мелькало недовольство, её поза говорила о конфронтации со мной. Руки скрещены, поворот полубоком, косой взгляд.

Но я чувствовал, что за всем этим скрывается симпатия. Она хотела взять и уйти, прекратив беседу, но почему-то этого не делала.

– Диана, - нагнулся я вперёд и начал говорить почти шёпотом, - Бессер и Черкасов для меня такие же враги, как и для вас.

– Неправда, - вздёрнула подбородок девушка, - я вот вполне мирно общалась с Леонидом Давидовичем. Не такой уж и плохой человек. Если не считать запаха изо рта.

Сказав это, она улыбнулась кончиком губ и затянулась папиросой в мундштуке.

– Вы сейчас играете со мной, Диана, не нужно этого.

– Тогда принесите свои извинения!
– резко потребовала она.

– За что?!

– За ваше хамское поведение!

– Моё хамское поведение?!
– опешил я.
– Да вы себя-то слышали?

– В таком случае нам не о чем разговаривать, Павел Андреевич, - она отвернулась, видимо, ожидая, что я дам заднюю, - На этом и закончим.

– Какая вы колючая, - выпалил я, - Думаете на вас свет клином сошёлся?

– Он и на вас клином не сходился! Всего доброго.

На этом она развернулась и пошла в манеж в гордом одиночестве.

Ну и пусть идёт. Мы ещё не раз с ней пересечёмся внутри. И она будет вынуждена со мной общаться. При условии, если я сам того захочу.

Но, признаться честно, её помощь мне бы не помешала. Всё-таки она телепат, а значит может залезать в голову к Бессеру. Интересно, она это сделала? Или нет?

Тот выглядел заинтересованным. Как только мы разминулись с ней, он подбежал и предложил ей своё общество вновь.

Ну конечно, она обрабатывала его. А я вмешался. Он же в ней души не чает. Улыбается, когда смотрит на неё, обхаживает, делает комплименты.

Интересно получается, он причастен к убийству её родни, при этом обхаживает. С каких пор подобное считается нормальным?

Я спешно зашёл внутрь манежа и поразился размаху. Подготовка «Лунной ночи» оказалась поистине грандиозной.

Под потолком сияли яркие созвездия ночного неба, в центре - сияла луна. Везде мелькали разноцветные огни. А я ведь раньше никогда не задумывался о природе этих огней. Это же чистая магия, что мелькала под носом всю жизнь.

На сцене слева расположился оркестр, исполняющий приятную мелодию. В меру ритмичную, местами плавную и размеренную.

Все вокруг выглядели потрясающе, надели такие наряды, что я диву давался. Чьи-то платья были крайне помпезны, но встречались и скромные одежды.

Я относился к скромникам. Но не потому, что не умел одеваться вызывающе прекрасно. А потому что спешил и намерен был заняться тут делами.

Проталкиваясь через толпу, со мной здоровались дамы знатных родов, что узнавали меня даже в маске. Одной из них стала Елизавета Водопьянова. Именно от неё днём ранее я получил письмо со страстным призывом посетить их имение вновь.

– Ваше Сиятельство, Павел Андреевич, - обратилась ко мне прекрасная особа, - Какая неожиданность увидеть вас тут! В последние годы на «Лунных ночах» вас не сыскать.

Она держала в руке бокал шампанского.

– Лизонька!
– позволил я себе фамильярность, и она оценила.
– Вы просто прекрасны!

Внутри же, я проклинал ту секунду, когда она меня заметила. Хотелось уже уйти, но я не мог это сделать без причины.

– Благодарю, Павел Андреевич.

Она прятала взгляд и всячески кокетничала. Покачивала бёдрами, томно вздыхала и поправляла волосы.

– Вы здесь на всю ночь или только на открытие?
– спросила она застенчиво.

Она не могла скрывать свой интерес, бедняжка была в меня безнадёжно влюблена.

Увы, взаимностью ответить я не мог.

– Посмотрим, Лиза. Никогда точно не знаешь, какие открытия тебя ждут впереди.

Она улыбнулась, видимо, подумав, что эта фраза адресована ей. Но честно говоря, я уже мечтал, чтобы меня кто-то спас от её общества.

И я даже подозревать не мог, что спасёт меня именно этот человек.

В груди вновь начало щемить. Я чувствовал нечто таинственное, скрытое. Затем появилась тягучая вязкость и тревожность. Мысли мои омрачились. Кто-то опустил тяжёлую руку мне на плечо.

Я развернулся, чтобы посмотреть и едва сдержал удивление.

– Павел Андреевич, какая честь!
– воскликнул человек, которого я знал.
– Надеюсь, я не отвлёк вас от важной беседы?

– Нет, нет, что вы, Виктор Борисович, - улыбнулся я так искренне, как только смог, - Наоборот, я надеялся вас здесь встретить.

– Беклемишевых все хотят встретить, но не каждому они отвечают взаимностью, - сказал он и повернулся к Лизе, - Елизавета Артёмовна, вы позволите ненадолго забрать у вас кавалера? Обещаю вернуть его в целостности и сохранности.

Уже через пару минут мы с Беклемишевым находились вдвоём в небольшом помещении. Оно явно предназначалось для приёмов. Тут был камин, диван, два кресла, журнальный столик, ковёр и даже собрание книг на полках возле стены.