Чтение онлайн

«Не знаю точно. — ответила я. — Мне кажется, что он хотел узнать про академию с самых низов. Знаешь, сидя у себя там в кабинете в Москве и приезжая сюда смотреть на цифры, истиной ситуации не поймешь. Он явно уже давно относиться к искателям как к продукту, и его не устраивает количество этого продукта. Планы у него большие».

«У всех свои планы…» — сказала моя призрачная подруга.

Когда я зашёл в комнату, Игорь сидел на кровати, поджав ноги. Он был в пижаме, волосы взлохмачены, глаза горят. Он явно не спал и ждал, когда же я вернусь.

— Ну? — он вскочил, едва я закрыл дверь. — Как всё прошло? Что говорили? Что ели? Князь злой? А дочка его красивая? А охранник страшный? А ректор? А Моисей Абрамович не уснул за столом?

— Игорь, — я поднял руку. — Тормози давай! Я ещё даже ботинки не снял, а ты уже сотню вопросов задал.

— Ну давай, снимай, — он нетерпеливо махнул рукой. — И рассказывай! Я что зря тебя ждал?

Я стянул ботинки, поставил их у двери, потом сел на свою кровать.

— Ничего особенного, — сказал я. — Ели десерт и много вкусностей. Пили чай и красное вино. Князь говорил про контракты и дела в целом. Ректор по большей части молчал. Моисей Абрамович не уснул. Все.

— И всё? Правда? — разочарованно протянул он.

— И всё! Правда! — ответил ему я.

— Скучно, — он плюхнулся обратно на кровать. — Как будто ты не на ужине с главным после императора человеком был.

— А что я должен был рассказать, по-твоему? — спросил я.

— Ну хоть что-то интересное, — он не унимался. — Хоть одну деталь, которая стоит рассказа.

— Ну, — я замялся, вспоминая. — Дочка его ко мне неровно дышит.

— Чего? — Игорь аж подскочил. — Серьёзно?

— Немножко, — махнул рукой. — Ничего такого не было. Обычный ужин. Ели, пили, говорили.

— Про меня спрашивали? — голос Виктора прозвучал из темноты. Он лежал на своей кровати, отвернувшись к стене.

— Нет, — ответил я. — Но мы говорили о студентах в целом. О том, сколько выпускников идёт к ним на службу.

— И что он сказал? — спросил Иванов.

— Сказал, что мало, — ответил я.

Виктор больше ничего не сказала после этого.

«Ты не всё рассказал», — заметила Алиса.

«А что я должен был сказать? — мысленно ответил я. — Что князь сделал вид, что не слышит фамилию Виктора? Не думаю, что этот ответ и бы его больше обрадовал».

«Тоже верно, — согласилась она. — Но всё равно как-то нечестно».

— Ладно, спать, — сказал я вслух. — Завтра тяжёлый день.

— Тяжёлый? — Игорь зевнул. — А сегодня лёгкий был?

— Сегодня был длинный, — ответил я и выключил свет.

Утром в столовой пахло овсянкой. Обычной, надоевшей, но после вчерашних изысков она почему-то хорошо так заходила. Я сел за наш столик, взял ложку.

— Ну, рассказывай, — сказала Елизавета, пододвигая ко мне тарелку. — Мы ждём рассказала! И скажи спасибо, что мы вчера не прибежали к вам в комнату и не стали тебя расспрашивать.

— А сегодня? — спросил я.

— Сегодня — да, — кивнула Анжелика. — У нас есть время за завтраком, поэтому ждем.

Я рассказал все тоже самое, что и парням. Почти всё. Про десерт, про чай, про разговоры о контрактах и отборах. Умолчал только про интерес со стороны княжеской дочки.

— А дочка его? — спросила Анжелика, и в её голосе послышалось что-то новое. Ревность? Как она?

— Красивая, — сказал я осторожно. — Но странная очень!

— Странная? — переспросила Елизавета.

— Шутки у неё специфические, — ответил я.

— Какие шутки? — не унималась девочка инди.

— Сказала, что ректор собирает заговор против князя. — ответил ей я.

— Что?! — Лиза аж ложку выронила.

— Пошутила, — добавил я. — Потом рассмеялась.

— Жестокая шутка, — заметил Виктор, который до этого молчал.

— Она сказала, что у неё такое чувство юмора, — добавил я.

«Чувство юмора у неё, — фыркнула Алиса. — Тьфу».

— А сам князь? — спросил Игорь.

— Властный, жесткий, самоуверенный… Наверное, таким и должен быть князья, — ответил я другу.

Настя Бозина подошла к нам, когда я уже заканчивал.

— Давайте быстрее, — сказала она. — Сейчас в холле будут называть участников турнира.

Холл был полон. Студенты стояли группами, переговаривались, шептались. Кто-то нервничал, кто-то, наоборот, выглядел расслабленным. На небольшом возвышении стояли Борис Ли и ректор.

— Приветствую всех! Ежегодный турнир академии по боевым искусствам и магии начинается! — начал ректор, и его голос перекрыл шум студентов. — Заявки подали семьдесят человек, но участвовать в этом году могут только шестьдесят четыре. Мы отобрали лучших, основываясь на тестах и успеваемости. Пары будут составлены случайным образом по жеребьевке, которую мы провели с преподавательским составом.

Он развернул свиток. Бумага чуть шуршала в тишине.

— Первая пара: Настя Бозина против Анны Крамер. — объявил ректор.

— Анна Крамер? — удивилась Настя. — Второкурсница. Магия земли у нее. Неплохо.

— Справишься? — спросил Игорь.

— Конечно! Ты во мне сомневаешься? — ответила она.

— Вторая пара: Виктор Иванов против Фёдора Карамзина.

Виктор кивнул. Его лицо было спокойным, но я видел, как он сжал кулаки.

— Кто это? — спросил я.

— Тоже второкурсник, — ответил Настя Бозина. — Магия воды. Ничего особенного.

— Третья пара: Ярослав Шереметев против Михаила Ордынцева.

Я слегка напрягся. Михаил Ордынцев — тот самый, из свиты Трегубова. Первокурсник, который всегда смотрел на меня с ненавистью.

— Михаил Ордынцев? — спросил я у Игоря.

— Ага, — кивнул он. — Помнишь его? Он всегда рядом с Трегубовым был.

— Помню, значит, я не ошибся, — сказала я.

— Он сильный? — спросила Анжелика.

— Вроде бы неплох, — ответил Игорь. — Но Ярослав его сделает.

— Легко! — усмехнулся я.

Ректор продолжал называть пары. Незнакомые имена. Кто-то радовался, кто-то хмурился. Две девушки с первого курса переглянулись, когда услышали свои имена, обе были бледны.

Парень с третьего курса громко выдохнул, когда узнал, что его соперник — прошлогодний финалист.

— И последняя пара, — ректор слегка замялся. — Ники Верховский против Игоря Безухова….

Я посмотрел на Игоря. Он стоял, ссутулив плечи, и в его глазах я увидел… растерянность. Да, наверное это самое лучшее слово, которое можно подобрать в этой ситуации. Растерянность человека, который поставил все на красное и увидел, что выпало черное.