Чтение онлайн

— Андрюха, — сказал Тёма подходя к лежащему на койке Никотину, — Ты извини меня за сегодняшнее… Не рвусь я в полководцы… Просто… Ну, не готов я брать на себя ответственность за смерти этих мальчишек… Они же не виноваты в том что попали в эту жопу…

— Кончай трепаться, Тёма, — перебил его Никотин, — Принёс чай, так не дразни… Итак уже запах стоит… Хочу чаю, аж кончаю… Одно тебе скажу… Мы договорились — Стволами друг в друга не тыкать… Ты это предложил, — он отхлебнул из горячей кружки обжигающий, древний напиток и просиял от удовольствия, — М-м-м-м… Божественно… Так вот, ты это предложил и сам же, меня под ствол ставишь. Вот как я тебе в бою могу доверить свою спину??? — глаза Никотина говорили совсем другое. Что-то типа: «Ну и гад же ты, Архангел. Я к тебе всей душой, а ты ко мне — жопой». Но после трёх или четырёх глотков крепкого, ароматного чая он ослабил свой моральный нажим на Тёму, — Ладно, проехали. Хотя, я ещё не отошел, — он погрозил Тёме пальцем, — Рассказывай, откуда у нас такая медицина? — он кивнул на капельницы, висевшие на стенах рядом с Китяжем.

И Тёма пересказал ему историю Дона.

— Ай да Дон, — покачал головой Никотин, — Везучий, чёрт…

Тема сделал глубокий глоток и ответил, глядя куда-то в пустоту:

— Мы все здесь — везучие…

— Это почему?

— Да потому что… Живы мы до сих пор… Ладно, Андрюха. Тиха украинская ночь, но сало нужно перепрятать…

— Ты о чём? — Никотин, как человек военный, предпочитал конкретные выражения метафорическим.

— Я о том, что надобно сгонять в старенький подвал. И притащить всё, что ещё можно спасти. А ты охраняй сон и покой мирных жителей города Павловск. А именно, господ Китяжа и Дона, — Тёма встал с топчана и, допив одним глотком остатки чая, пошёл к выходу.

— Ты давай, по аккуратнее там, — напутствовал его Никотин.

— Это — как доведётся… — многозначительно щёлкнул затвором «Калаша» Тёма и улыбнувшись махнул ему рукой.

Кровь в машине уже запеклась, но ехать в ней, всё равно было неприятно. Салон и раньше не блистал чистотой. Кровищи в нём было достаточно. Но после сегодняшнего приключения Дона, он стал напоминать бойню. Причём бойню, на которой забивали скот самыми изощрёнными способами. Но Тёма уже не парился по этому поводу. Главное сейчас было — спасти то, что могло бы пригодиться. Подъехав с выключенными фарами к подвалу, он заглушил «Тигра» и достал из багажника пяток вещмешков, которые им благополучно сдали Погосяновские бойцы.

Спустившись в пролом, он увидел искорёженный ствол «утёса», который навёл его на весёлую мысль. У «утёса» были сменные стволы. И лежали они в «золотой кладовой». «Если их найти, то сам пулемёт, который лежит сейчас в убежище, можно будет установить на самой верхней точке, среди бетонных окопчиков. Тогда нам сам чёрт — не брат. Хрен вы нас возьмёте!»

При свете фонарика, «золотая кладовая», которая и раньше не блистала своими убранствами, сейчас выглядела вообще мрачно. Но всё выглядело мрачно до тех пор, пока Архангел, случайно, не зацепил головой перекрытие, сложившееся домиком и лежавшее на ящике с аптечками. И если Дон, когда спустился в подвал, очень опасался, что перекрытия могут рухнуть, то Тёма моментально вспомнил кирпичи, которые рассыпались у него в руках. Перекрытие было мягким как вата. На радостях Тёма перевел автомат в режим одиночного огня и выстрелил в этот, казавшийся таким опасным, потолок…

На вас, когда-нибудь, высыпали мешок муки? А тонну? А на Тёму обрушилось тонны три. Пыль забила ему нос, уши, она скрипела на зубах. А Тёма, поняв, какую глупость он сделал, стоял не шевелясь. Он только дышал через воротник камуфляжа, прикрыв им рот. Перекрытие, которое превратилось в миллиарды маленьких и почти невесомых частичек, теперь лежало на полу толстым слоем. Постояв две минуты, Архангел открыл глаза и посмотрел на себя. Он был весь белый. Пыль ещё витала в воздухе, но дышать уже можно было свободно. Осветив фонарем, пространство вокруг себя Тёма сообразил, что сначала, перекрытие всё-таки упало, а уже потом изменило свои свойства. И то, не полностью. В том месте, где оно было ближе к наружной стене, где стоял ящик, перекрытие так и упало — куском. «С этим — потом. Сейчас то, что можно вытащить» — Артём подошёл к ящикам. К тому месту, где Дон схватил ПЗРК. В углу стояли две какие-то трубы, присыпанные пылью. И это было первой, но не единственной на сегодня удачей Тёмы. Это были два сменных ствола от «Утёса». Как Новиков их не заметил, Артём не понял. Стволы сразу перекочевали в багажник машины. Дальше, Тёма начал осматривать шкафчики. Первые два были пустыми. Дон выпотрошил их полностью. Остальные были изрядно помяты, и Новиков не стал их открывать, боясь, что его придавит. Такой опасности больше не было и Артём начал их курочить. Патроны, снаряженные и перекрученные изолентой магазины к автоматам и сами автоматы, а так же десяток гранат, мин. И пара гранатомётов. Всё это лежало в багажнике. Хотя оружия у них было уже на роту, Тёма подумал так: «Запас карман не тянет. Пусть лучше будет у нас, чем у не пойми кого». И он был прав. После истории с Доном и его людоедами, оставлять оружие бесхозным, было преступно опасно. Так же была найдена снаряжённая лента для «утёса». Дальше Тёма принялся за ящик с противогазами и аптечками. Найдя какой-то обломок арматуры, он, сантиметр за сантиметром, начал сдвигать обломок перекрытия. И через полчаса уронил его на пол. Перекурив эту маленькую победу, он начал забивать вещмешки, столь необходимыми в этом мире вещами. Забив четыре вещмешка, он отнёс их в машину и, взяв пустые, снова спустился в подвал. Из «золотой кладовой» он вынес всё, что можно было спасти. Теперь в хоз-блок. Из него было вынесены товары, нужные в обычной, повседневной жизни — бытовая химия, посуда и коробка гелевых свечей. Все продукты, которые можно было спасти, Дон вытащил ещё в прошлый раз. Время подходило к пяти утра. Уже светало, и Тёма поехал назад, к их уже обжитому жилищу. По пути он решил послушать радиоэфир и, конечно, был очень удивлён, когда просканировав частоты, наткнулся на знакомое, нам с вами:

— Ш-ш. Кора вызывает Китяжа… Кора вызывает Китяжа… Китяж, ответь…

— Спать надо больше, а пить — меньше, — сказал Тёма и выключил рацию. Но слова, услышанные им, прочно засели в его мозгу. Когда он подъехал к убежищу, Никотин сидел на ступенях. Рядом с импровизированной печкой лежала куча дров в которых Тёма узнал топчаны из «лазарета».

— Ну и на кой болт? — вопросительно указал он на дрова.

— Да нам, всё равно, больше четырёх не надо, — убийственно спокойно ответил снайпер, — Ты посмотри, какой я порядок навёл. Заходи, дорогой, — с кавказским акцентом добавил он и махнул рукой в «нору».

За то время, что Тёма отсутствовал, их новое жилище, действительно преобразилось. Двухъярусные шконки превратились в трёхъярусные и стояли теперь вдоль стен, как стеллажи на складе. На центральном ярусе было аккуратно разложено оружие и боеприпас. На верхнем ярусе лежали те продукты, которые принёс Дон. Кстати Дон спал здесь же. На одном из двух топчанов. Ещё два топчана стояли в «лазарете», рядом. Тот, на котором лежал Китяж, стоял на том же месте, где и был раньше. На второй присел Никотин.

— Я так подумал… Пока у нас тут госпиталь, то тут и находиться надо только «больным». А я, если что, и одеяло ему подоткну и присмотрю…

— Да молодец ты, Андрюха, — уважительно покивал головой Тёма, — Всё правильно сделал. Теперь, давай разгружаться. Хабара много. Я буду носить, а ты раскладывай.

— Договорились, — согласился Никотин, — я всё равно заснуть не могу. Болит всё, хоть волком вой.

— Не переживай, — подбодрил его Тёма, — сейчас разгрузимся — заснёшь, как младенец. Вколю тебе лекарства особого. Прамидол называется.

— Вот это дело, — обрадовался Никотин, — а то, сил уже нет.

— Будут силы, дружище. Будут. Ты мне лучше вот что скажи, — Артём стал серьёзным, — Ты с пулемётами знаком?

— Я Тёмыч, со всем, что стреляет, знаком, — заверил его Никотин, — а чё за тема?

— Ты мне скажи, а где наш «Утёс»?

— А ты что, ствол надыбал??? — удивился и обрадовался одновременно десантник.

— А вот это мы сейчас и проверим, — много значительно поднял указательный палец вверх Тёма и скрылся в дверном проёме. Появился он в нём с двумя вещмешками за плечами и парой стволов в руках.

— Они? — он протянул снайперу железки.

— Они, — не веря своему счастью, Никотин разглядывал один из стволов, — Они, Тёмочка! Только пыльные очень… Ну ничего… Я их начищу… Будут блестеть, как у кота яйца… А что у нас с боеприпасом?

— Есть, — кивнул ему довольный Тёма, — правда, всего одна лента.

— Длинная или короткая? — Никотин совсем забыл, что Тёма не особо разбирается в таких тонкостях.

— А хрен его знает, — пожал плечами Артём, — патронов на пятьдесят.

— Короткая, — резюмировал Никотин, — Херня, всё равно, с этой штукой к нам теперь просто так не подойдёшь.

— Я тут вот что подумал, — Артём почесал за ухом, — А что, если мы его поставим на самом верху. В бетонном окопе.

— Верно, там ему самое место, — Никотин положил стволы на стеллаж, — Ну, что там у тебя, давай, — он махнул рукой, — неси. Я разбирать буду.

Разгрузка прошла довольно быстро. Таскал Тёма довольно резво, а Никотин так быстро ориентировался в импровизированном складе, что создавалось впечатление, будто он всю жизнь просидел на месте кладовщика. Разобрав весь привезённый Тёмой хабар, друзья перекурили, и Артём сделал обещанный укол.