Чтение онлайн

— ПУСК… — зажмурив глаза, он нажал спусковую планку. И плюхнулся на задницу. В ушах стоял звон, но он не напрягал Дона. Дон увлеченно смотрел за белым шлейфом, который оставляла огненная точка, стремящаяся к вертолету встречным с ним курсом. Пилот тоже сообразил, что летит к нему на встречу и попытался сманеврировать, резко дернув рычаг управления вправо. И возможно, если бы это была «Стрела» ему бы это удалось. Но… Ракета моментально среагировала на движение цели и, дернувшись наперерез, влево, ударила своим трехкилограммовым зарядом прямо в левы двигатель.

Если вы думаете, что вертолет падал долго, то, как говорят в Одессе — «Таки нет»! Он моментально «клюнул носом» и, завалившись на бок, не долетев до подвала Китяжа метров триста, на полном ходу шмякнулся на землю и разлетелся на тысячи маленьких винтиков и обломков.

Сбросив с плеча, теперь бесполезную тубу, с плеча, Андрей метнулся к взорвавшемуся вертолету. Ему, почему-то казалось, что там должны быть живые. Он бежал что было сил, туда, где раньше был рынок. Но когда он преодолел треть дистанции, рванул боекомплект. Толи от того, что землю тряхнуло взрывом, толи от взрывной волны, Новиков рухнул на землю. Теперь он понял, что живых, в догорающей на земле машине точно нет. Андрей сел и взявшись двумя руками за голову, попытался успокоиться. Но это у него не получалось. В его голове творились удивительные метаморфозы. С одной стороны, он понимал, что только что, он спас своих товарищей от неминуемой гибели. Но с другой… Он только что убил человека. И не одного, а сразу двух. И у этих двух, наверное, были семьи… Родители… Дети… И, в одну секунду, они стали сиротами… А все он — Андрей Новиков. И кто он после этого? Новиков пытался, сам себе, ответить на этот вопрос. И ответ, казалось, лежал на поверхности… Но его, почему-то не было видно. С одной стороны — спаситель, с другой — убийца.

Сидел он так довольно долго. Пока не решил для себя, что спасителем быть, как то, приятнее…

«Все, Андрей! Ты доктор. Ты вырезал эту раковую опухоль… Ты спас своих, пусть и не самых лучших, но товарищей. Если бы не ты, от них бы остались только угольки. По этому, ты поступил верно. Все, Андрей. Все! Не раскисать! Китяжу нужны бинты и антибиотики. Встань и найди их!!!», — Дон резко поменялся в лице и, вскочив, с криком выпустил всю обойму в воздух. А когда, в автомате кончились патроны, магазин менял уже другой человек. Не Андрей Новиков, а ДОН. Дон, который выживет в этом страшном, смертельно опасном, но, до боли реальном мире. Дон! Это звучит гордо! Именно так, назвал его Китяж. И Китяжу нужна была помощь. Дон встал и, положив автомат на плечо, прогулочным шагом пошел в сторону поликлиники.

Однако, в подвалы детской поликлиники попасть Дону было не суждено. Он обошел ее фундамент два раза, но входа в подвал так и не нашел. Проанализировав ситуацию, он решил идти дальше, в город. Тем более, что начали появляться дома. Точнее, их первые этажи. «Чем дальше от завала, тем больше возможностей найти необходимые нам вещи. Похоже, Никотин явно переоценил возможности этой штуковины», — думал Дон подходя к 638-й школе. Здесь пыл лежала слоем не более пяти сантиметров, и первые этажи были даже с перекрытиями, — «В школе, по любому, должен быть медицинский кабинет», — он смело зашел в развалины «Alma mater».

Медицинский кабинет он искал довольно долго. Им были обнаружены кабинеты труда для мальчиков, с токарными станками и для девочек, со швейными машинками, Спортзал, кабинет ОБЖ, который, похоже, разгромили перед самым ударом. И только потом, он нашел медкабинет. В котором, конечно же, ничего не было. Вот только разгромом тут не пахло. Все было собранно и унесено в неизвестном направлении. На полу валялись только два рулона стерильных, пятисантиметровых бинтов. Этого, конечно, было мало. А где взять больше, Дон не знал. И если бы Китяж сейчас был рядом, он бы подсказал, что медикаменты находятся этажом ниже. В бомбоубежище. Их отнесла туда заботливая медсестра, которая дежурила в школьном летнем лагере, сразу после первого гудка сирены и сообщении о нанесении удара. Но Китяжа сейчас рядом не было. Китяж лежал без сознания в, чудом уцелевшей, мастерской старой бани.

«Парадокс, — подумал Дон, — я уже два раза спас ему жизнь», — он вспомнил сбитый вертолет, — «а сколько ещё предстоит…». Да уж. Ни Дон, ни кто либо другой и представить себе этого не могли. Да и не хотелось Дону это представлять. Даже думать об этом не хотелось. По этому, доктор вышел из школы и пошел направо. Туда, где дома были целее. К ВОГу. К магазину «Веста». Он мечтал о том, что в том районе ему, все-таки попадется аптека. Но он ошибся. Не на много, но ошибся. Он пошел на запад, а надо было на север, к вокзалу.

Но сказать, что он прогадал, тоже нельзя. Дойдя до огромного комплекса ВОГ, он запрыгнул в окно полиграфического цеха. В цеху стояли печатные станки. Оглядев цех, он заметил железный ящик с красным крестом на дверце, который висел на противоположной стене, и, не спеша, постоянно глядя себе под ноги, пошел к нему. Дон помнил все, чему его учил Китяж. По этому, когда он дошел до цеховой аптечки, он не стал сразу открывать железный ящичек, а сначала внимательно осмотрел его со всех сторон. Не обнаружив ничего подозрительного, он отщёлкнул застежку и медленно открыл дверцу. В аптечке оказался весьма не плохой комплект: бинты стерильные широкие — 2 штуки, бинты не стерильные — 2 штуки, ножницы, перекись водорода, жгут резиновый, йод. Ну и конечно, таблетки и капли: карвалол, нитроглицерин, олохол, активированный уголь и прочая ненужная дребедень. Все это моментально полетело в вещмешок. И если лекарства были не очень и нужны, то наличие бинтов, ножниц и жгута Дона порадовали.

На второй этаж он решил не ходить, тем более, что там не было перекрытий. По этому Дон выскочил через окно и оказался во внутреннем дворике общества глухих. Тут было все не весело. Сторожа сдавали дворик под стоянку и сейчас, он напоминал кладбище подержанных автомобилей, которые должны были уйти под пресс. Лавируя между обгоревшими остовами, Новиков подошел к котельной, которая стояла рядом с учебным корпусом. Здесь стояло четыре железных гаража. Они чудом уцелели во время удара. И то потому, что их «прикрыло собой» здание учебного корпуса. На гаражах висели замки, и Новиков быстро расправился с ними, пустив в каждый по пуле. Осмотр гаражей не дал ничего, кроме неплохого запаса картошки, нескольких банок варенья и кучи всяческого инструмента. «Все это вывезем после. На машине», — выйдя из гаражей, он пошел по двору дальше, к зданию общаги. И он уже почти дошел до него. Но что-то дернуло его повернуть голову налево. Он увидел руины маленького здания, которое когда-то было ЖЭК-ом, а за ним был абсолютно нетипичный холм. Насыпь. На которой, для детей было сделано, что-то типа укрепрайона, для их детских игр. Бетонные окопы с лесенками вели на самый верх, к двум огромным воздухозаборникам. Такой холм Дон видел у себя на районе. Прозрение пришло мгновенно, и он сломя голову кинулся к найденному БОМБОУБЕЖИЩУ.

Лестница в бомбоубежище была кем-то заботливо расчищена от хлама, а дверь внутрь чуть приоткрыта. Это сразу насторожило Дона. Ещё свежо было воспоминание о гранате на двери квартиры, где сидел невидимый снайпер. Андрей очень медленно, вымеряя каждый шаг, спустился по лестнице. А дальше… Дальше было темно. И без освещения он не мог идти дальше. А фонарика у него не было. «Интересно, дружище, а как ты собирался обыскивать подвал», — ругал себя Дон за свою непредусмотрительность. Он быстро поднялся по лестнице и побежал к гаражам. Там можно было найти что-нибудь подходящее. В гаражах он нашел старую швабру и кучу ветоши пропитанную машинным маслом и бутылку керасина. Все необходимые составляющие для факела были на лицо и Андрей, схватив все это в охапку, помчался к бомбоубежищу. Махом спустившись по, уже безопасной лестнице он намотал на чиренок от швабры тряпку и, плеснув на нее керосина поджог факел, а за одно и сигарету.

Осмотрев толстую железную дверь Дон медленно, сантиметр за сантиметром, открыл ее и также внимательно осмотрел дверной проем. Толстенная дверь открывалась и закрывалась на шесть штырей от одного большого привода, в виде вентиля, который находился с внутренней стороны двери прямо посередине. Новиков убедился, что проход чистый и шагнул внутрь. Было видно невооруженным глазом, что люди здесь были максимум двое суток назад. Помещение с низкими потолками, в которое попал Дон было заставлено двухъярусными шконками, на которых, ещё недавно спали. Повсюду были разбросаны вещи, из чего Новиков сделал вывод, что обитатели убежища покидали его в большой спешке. В противном случае такого бардака здесь бы не было. Здесь Новикову надо было быть очень осторожным. В этих тряпках могло быть все, что угодно. Медленно он прошелся по комнате и подошел к двум огромным, висевшим под потолком, бакам, на которых было написано «ВОДА». С торца каждого бака была стеклянная трубка, которая показывала уровень жидкости в баке. Оба бака были, почти полные. «Это просто великолепно», — обрадовался Дон, — «посмотрим, что во второй комнате».

Вторая комната была такая же. Как и первая, но казалась она просторнее. А все по тому, что тут не было шконок и баков. В этой комнате были топчаны, по типу тех, что стояли в поликлиниках. Скорее всего, здесь укрывались женщины с детьми. Обнаруженные Доном пустышка и детские вещи, лишь подтвердили его догадку. И ему, почему-то, сразу вспомнилась его Танюша. Как она там? Все ли с ней в порядке? На этот вопрос Андрей не знал ответа. Он знал, только то, что они добрались до места. Он видел красную ракету, которая взлетела в утреннем небе над Покровкой. И это его успокаивало. Как и это место. Здесь можно пересидеть столько, сколько нужно. Это бомбоубежище — самое подходящее местечко для их израненной и уставшей команды. Если ещё Тема сделает свет, как обещал, то можно будет поставить Китяжа на ноги. «А сейчас осмотрим то, что осталось», — продолжил Дон.