Чтение онлайн

Командор спокойно и молча ждал моего решения. То ли не сомневался, что соглашусь. То ли давал время все обдумать. А я отчаянно душила в себе желание послать арлинта туда, откуда даже на скоростных катерах не возвращаются. Перевесило то, что Борис в общем-то не виноват в грехах того, кто взялся о нем заботиться. Да и вызывать лишнее внимание к себе и своим призовым тараканам тоже не хотелось. Да, я не обязана перед арлинтом отчитываться. Но ведь он все равно поинтересуется мотивами такого странного поведения: то морду ему бью за право учить мальчишку, то отказываюсь участвовать в его судьбе. Поэтому, кое-как справившись с собственными растрепанными чувствами, я выдавила из себя:

— Странный выбор опекуна. Не находишь? Неужели мальчишку больше некому доверить?

— Вопрос не в доверии.

Я подозрительно прищурилась на блондина. Неужели, что-то заподозрил?

— А в чем тогда?

Командор шумно вздохнул, растер ладонями лицо, словно желал проснуться, прийти в себя. А потом неловко взъерошил коротко стриженые волосы:

— Вы с Борисом уже нашли общий язык. Ему интересно и хочется у тебя учиться. И ты для него авторитет. Оставлять мальчишку кому-то из своих близких или приятелей я не хочу не только потому, что он модификант и может создать им кучу проблем. Но и потому, что их взгляды на жизнь скорее всего будут диаметрально противоположными. Ты прав, Борису необходимо научиться выживать: приобрести какие-то практические навыки, научиться маскироваться. Никто из моего окружения не научит его этому лучше, чем контрабандист, постоянно играющий в прятки с властями. Так что выбор очевиден. — Бирюзовые глаза словно два лазерных прицела впились в меня: — Ну, Бинго, твое слово?

Соглашаться отчаянно не хотелось. Одно дело в пику командору учить мальчишку азам штурманского дела, и совсем другое — взвалить на свои плечи ответственность за модификанта, которого уже с собаками ищут по всей Вселенной. Я уже давно привыкла заботиться лишь о себе. Команда «Королевы солнца» не в счет, это тоже своеобразная забота о себе и своем будущем. А вот подросток…

Я прищурилась, полностью копируя гримасу арлинта:

— Мне кажется, ты утрируешь. Если тебя поймают без мальчишки, то максимум, погрозят пальчиком. Или ты дезертир?

Нартанн слегка опешил, но отрицательно качнул головой:

— Подал в отставку сразу, как только понял, что Борис засветился и нам нужно бежать. Но это не играет никакой роли. Потому что случай с Борисом хоть и не доказан, но он не единственный. Старфф, как мог, прикрывал меня, но если попадусь в когти военному трибуналу, то все случаи разом всплывут наверх как дерьмо. Так что, если даже меня не ликвидируют, срок заключения может оказаться длиннее, чем моя жизнь.

Спокойные рассуждения командора о собственной возможной смерти потрясли. В голове мелькнула догадка: так может быть, он не ради детей ввязывался в эти авантюры? А просто искал способ сократить себе жизнь? Накатила тошнота от отвращения. Неужели этот арлинт настолько гнилой?

Я встряхнула головой, отгоняя от себя наваждение:

— Понятно. Что ж, мне это не нравится, но лучше опекун вне закона, чем совсем никакого. Я надеюсь, что мои услуги все же не понадобятся. Но в случае чего, позабочусь о Борисе, как смогу.

Нартанн неожиданно светло улыбнулся:

— Спасибо. Я не богач. После оплаты тебе личных средств останется совсем мало. Но все, что останется, будет у Бориса. Увы, это все, что я могу сделать.

Я скривилась:

— Надеюсь, этот разговор так и останется разговором и до дела не дойдет.

Арлинт кивнул:

— Но все равно спасибо, Бинго. За все.

Командор выбрался из штурманского кресла и вышел из рубки, вскоре растаяв в полутьме ночного освещения коридора. Я глядела ему в спину и думала о том, какая я идиотка. Мало мне своих скелетов в шкафу, так еще и в эту темную историю со всеми «остальными случаями» ввязалась!

***

…лазерный прицел, методично обшаривая помещение, постоянно выхватывал из задымленной темноты изломанные серебристые ребра вышедших из строя клеток-боксов для содержания подопытных. Откуда-то сверху поминутно доносились крики: «Чисто!», «Пятый сектор зачищен!», «Живых не осталось!». План сработал на ура. Одно крохотное взрывное устройство, заложенное разведкой в нужном месте, разрушило практически весь лабораторный комплекс заговорщиков, погребя под своими обломками и персонал, и подопытных. Даже если кто-то и сбежал, это не играло большой роли. Космодром тоже разрушен. Два присутствующих корабля будут взорваны дистанционно после отлета штурмовиков Альянса. Установки по производству кислорода разрушены. Так что даже если и пропущен какой-то продовольственный склад, он все равно никому не поможет. Без кислорода на этой заброшенной ледяной планетке долго не протянет никто.

Пора было сворачиваться. За все то время, что он тут находился, в изломанных, искореженных грудах живых когда-то тел никто даже не дернулся. Только грани некоторых боксов все еще искрили. Но это была ерунда.

Устав водить прицелом из стороны в сторону в поисках выживших, но подлежащих уничтожению модификантов, он опустил ствол штурмового бластера вниз. Твилл с ними. Даже если сейчас за ним кто-то и наблюдает, затаив дыхание и прикидываясь мертвецом, это не важно. Он надежно защищен легким скафандром, ему ничего не сделают. А потом уже будет все равно. Тот, кто прикидывается трупом, после отлета сил Альянса быстро им станет на самом деле.

Он повернулся к выходу и уже открыл рот доложить о зачистке, когда его взгляд наткнулся на них. Женщина едва дышала. Из ее груди торчало очередное сломанное серебристое ребро куба-клетки. Он присел и вгляделся в нее: сердце не задето скорее всего. Но штырь прошел очень близко к нему, и женщина уже практически истекла кровью. Тратить на нее время и заряд лазера не имело смысла. Сама скоро подохнет. Но за руку женщины цеплялся худенький большеглазый ребенок лет семи без видимых повреждений. Он пригляделся. Понять мальчик перед ним или девочка было нельзя: ребенок был хрупким, наверняка истощенным, с короткой рваной стрижкой на темных волосах неопределимого в полутьме оттенка. Он вздохнул: не повезло, надо зачищать, и поднял дуло бластера. И в этот момент женщина открыла мутные глаза:

— Не убивайте! Пожалуйста!

На большее ее не хватило. Приподнявшаяся в умоляющем жесте тонкая рука бессильно упала. Тело слабо вздрогнуло. Женщина затихла. Теперь уже навсегда.

Ребенок продолжал не мигая, в упор смотреть на него своими огромными серыми глазищами. Он вздохнул, опустил ствол и поднялся на ноги. Долг и совесть договорились между собой на удивление легко. Главным аргументом было то, то ребенок без матери не выживет. Да и будь жива мать, в этих условиях они бы и вдвоем не выжили.

Крикнуть «Зачищено!» оказалось легко.

***

Словно в компенсацию за пережитые неприятности или за грядущие, после визита патруля Альянса потянулись унылые монотонные будни. Я снова начала подменять Эрва в рубке во время его дежурств, давая напарнику возможность заниматься мелким текущим ремонтом. А то на «Королеве» без этого было нельзя. Борис, с горящими от восторга и чистого, ничем не замутненного энтузиазма глазами метался между мной и напарником. Не знаю, разговаривал ли с Эрвом Нартанн, но напарник перестал гонять подростка, и теперь Борис, фонтанируя азартом и рвением помочь, повсюду таскался за техником и виновато косился в мою сторону, потому что страдали занятия со мной.

В один из таких дней, когда я с утра подменила Эрва, чтобы он смог провести диагностику системы жизнеобеспечения корабля, и Борис радостно увязался за напарником, неожиданно прилетел ясный и четкий сигнал галанета. В принципе, это было ненормально. Всемирная паутина дотягивалась только туда, где были приемники. А тут до ближайшего стационарного было еще пилить и пилить. Да и находился он в стороне. Так что, скорее всего, кусочек галанета мне подарил промелькнувший мимо корабль. Но, с какого бы корабля мы не уловили сигнал, я с благодарностью принялась торопливо грузить новости Альянса.