Чтение онлайн

Я пристально наблюдала, как на экране передо мной незнакомый катер уходил вверх в отчаянной попытке избежать столкновения. Уже сейчас было понятно, что там, на катере, за штурвалом сидит настоящий ас. И даже несмотря на то, что «Королева» была лишена большей части своей маневренности, нам, кажется, все-таки удавалось избежать столкновения. При условии, что арлинт ошибся, и катер никто не преследует.

Стерженек индикатора состояния двигателей упрямо держался в «желтой зоне». Слишком близко к опасной «оранжевой», но все же не пересекая границ. Это означало, что мои манипуляции с траекторией движения корабля еще не вызывали критических разрушений, но они вот-вот могут начаться. Я провела дрожащей рукой по лбу и огрызнулась:

— Предпочитаешь сгореть в огне взрыва? Не смею мешать! Но Борис должен быть готов к экстренной эвакуации в любую секунду! Не смей отбирать у мальчишки даже призрачный шанс выжить!

Командор не внял. Никогда не думала, что арлинты еще упрямее, чем киллы! Но эта белобрысая отрыжка лысого твилла упрямо поджала губы и мотнула головой:

— Бинго, я не позволю…

На дисплее передо мной было хорошо видно, что мы с встречным катером все же смогли разойтись по корявой гиперболе. Тарана удалось избежать. Как и разрушения преобразователя материи. Вот только впереди, на фоне бархатной черноты космоса, мои глаза уже зафиксировали точку открытия прохода в гиперпространство. Я нервно покосилась на приборы: отклонения от нормы, согласно их показаниям, не было. Приборы прокола пространства не ощущали! Но я собственными глазами видела тускло мерцающую аномалию. Она была еще крошечной и неясной, и мне понадобился еще один удар сердца, чтобы осознать, что происходит.

Мерзавец Нартанн не ошибся в своем прогнозе. Практически. То несоответствие, которое видели мои глаза и не фиксировали чуткие измерительные приборы могло принадлежать только малому телу, выходящему из гиперпространства. Слишком малому, чтобы быть даже спасательной капсулой. Но всем известно, что метеориты и астероиды не способны проникать в гиперпространство и выходить из него. Это стало возможно лишь благодаря технологиям разумных существ. Но единственное, что приходило на ум из рукотворных челноков – это так называемая «Пуля Альянса». Мелкая дрянь размеров с пару голов гуманоидов, имеющая автономный движок и оснащенная тепловым датчиком. Я не знала толком, чем начинено это дерьмо. Но знала, что «пуля Альянса» способна подорвать даже линкор. Если угодит в нужное место. Никогда не предполагала, что придется столкнуться. Мне было известно, что единственный способ стряхнуть с хвоста эту мерзость — подбить ее из пушки. Любой, но лучше с лазерным или плазменным зарядом. Там не промахнешься. Пуля сама найдет свою смерть, так как ориентируется на самый яркий тепловой след.

План выкристаллизовался в голове практически мгновенно. Я обернулась к Нартанну и рявкнула ему в лицо:

— Выполнять приказ капитана корабля!

Арлинт поджал губы, но спорить дальше не стал, быстрым шагом покинув рубку. А я принялась лихорадочно корректировать работу систем корабля. Моей задачей было снизить скорость до минимума. Так, чтобы тепловой хвост от движка противника оказался сильней и привлекательней для пули. О нет! Я не обманывалась на этот счет. «Королева» доживала свои последние минуты. Даже если «подарочек», выпущенный кем-то из гиперпространства, и выберет своей целью не нас, то «Королеве» все равно не уйти из эпицентра взрыва. Слишком близко мы еще были к чужому катеру. Слишком опасным было резкое ускорение корабля.

В стремлении выиграть хотя бы несколько дополнительных минут я лихорадочно вводила корректировки, то и дело косясь на экран. Аномалия неумолимо расширялась. Но приборы ее по-прежнему не фиксировали. И сложно было сказать, сколько времени осталось до открытия прокола и выхода из гиперпространства «подарочка» для беглеца. Я неприязненно покосилась на экран бокового обзора. Уже сейчас было ясно, что с беглецом мы благополучно разминулись. И, кажется, пилот на катере даже расслабил булки. Во всяком случае, мне показалось, что катер уменьшил скорость. Или там тоже заметили расширяющийся прокол? Я постаралась еще больше ускориться.

Снизить ускорение до минимума. Сделано. Закрепить курс так, чтобы «Королева» скорее падала, чем летела. Сделано. Сколько у меня еще времени? Где Эрв и Борис? Торопливо введя последние команды и заблокировав пульт, чтобы даже случайное сотрясение не сбило установки, я, впервые прокляв отсутствие автопилота и мельком глянув на все расширяющуюся аномалию, машинально отметила, что до открытия прокола осталось не более полутора минут. Маловато. Но должно хватить. Если, конечно, Вселенная не подкинет очередной пакостный «сюрприз».

Из рубки я вылетела на хорошей крейсерской скорости. Снижение ускорения практически до нуля привело к тому, что коридор «Королевы», ведущий к каютам, стал похож на кишку: узкий, полутемный, неприветливый и тихий. Мои шаги-прыжки набатом отдавались под потолком. Я мчалась на пределе сил, на ходу прикидывая, что нужно успеть и сколько осталось времени. Оставалось только надеяться, что Эрв внял моему истерическому приказу и уже выбрался из коммуникаций. Я хорошо понимала, что даже ради спасения собственной шкуры не стану стартовать с корабля без напарника и Бориса. Но если они задержатся хоть на несколько секунд…

Впереди меня летела голограмма, на которой отображалось состояние аномалии на обзорном экране. Я вывела ее через коммуникатор еще будучи в рубке. И сейчас с тревогой приглядывалась: чернота посредине светящегося пятна – это помеха самой проекции или уже открывшийся прокол? Если прокол, то мы пропали. Времени на запуск капсулы нет.

В собственную каюту я практически ввалилась, тяжело дыша так, что от собственного хрипа закладывало уши, а перед глазами плавали багровые круги. Секунд двадцать у меня ушло на то, чтобы собрать в пластиковый кейс типа почтового все ценное и необходимое. За это время стало понятно, что черная точка в центре светящегося пятна – это не дефект голограммы, а уже наметившийся к открытию прокол. Плохо. Времени практически не осталось. Но мы все еще можем успеть. Успеть выжить.

Я рванула застежки привычного полускафандра, который в полете на корабле постоянно носила вместо обычного комбинезона, и ухмыльнулась. Если выживем, будет Нартанну сюрприз.

На выходе из каюты, торопливо прокручивая в голове все возможные варианты развития событий, я напоролась на три пары пытливо и взволнованно смотрящих глаз: Борис и Эрв выбрались из коммуникаций вовремя. И Эрв даже успел собрать свои пожитки, как мы и договаривались когда-то. Незаметно переведя облегченно дух по этому поводу, я рявкнула:

— Какого гребанного твилла вы тут торчите?! Марш в капсулу! Выполнять!

По негласному правилу, как капитан корабля, я обязана была покинуть его в последнюю очередь, обеспечив членам своего экипажа спокойную эвакуацию. Так что впереди бежал Эрв, показывая пассажирам дорогу. В принципе, практически на всех моделях космолетов расположение спасательных капсул было стандартным. Примерно по центру корабля. Чтобы все могли спокойно туда добраться. Но беда была в том, что капсул стандартной комплектации на «Королеве» не было уже тогда, когда капитан Шы`Рган приволок меня на нее в качестве юнги. А то, что я называла спасательной капсулой, на самом деле было четырехместным экскурсионным катером старого образца. И приобретено было мною год назад не совсем законно, «по случаю». Именно на функции жизнеобеспечения этой консервной банки я и возлагала все свои надежды, составляя план нашего спасения.

Из-за того, что конструкцией «Королевы» наличие на борту экскурсионного катера не было предусмотрено, мы и бежали сейчас в хвост корабля. Там, по соседству с неисправным преобразователем, в пустующем ангаре я и устроила свое приобретение. Да, опасно. Но тогда, когда я затаскивала сюда свое приобретение, и растягивала его на фиксаторах для крупногабаритного груза, я не знала, что когда-то на корабле случится такая беда.

Арлинт ошеломленно споткнулся на пороге ангара, куда его бесцеремонно втолкнул Эрв, и, оглянувшись, потрясенно уставился на меня. Это стоило ему еще одного тычка от напарника. Эрв, не колеблясь, пропихнул замершего командора внутрь, чтобы смог войти Борис и он сам. Я влетела туда последняя.