Чтение онлайн

— Конечно.

— Ты сейчас счастлива?

Она улыбается мне, и при одном взгляде на неё, меня переполняют эмоции.

— Да, счастлива.

— Хорошо.

Какое-то время мы смотрим друг на друга в тишине. Рэйн пытается подавить зевок. Она закатывает глаза, когда я начинаю смеяться, и говорит:

— Ты поцелуешь меня на прощанье или как? Мне надо поспать, чтобы завтра быть красивой.

— Надо подумать, — говорю я, после чего обхватываю её за талию и начинаю наступать, оттесняя её к стене до тех пор, пока она не упирается в неё.

— И тебе точно не нужен сон, чтобы быть красивой.

— Ну, тебе все равно следует решить поскорее, — говорит она. — Я устала.

Когда я целую её, она подносит руки к моему лицу и притягивает меня к себе. Я начинаю блуждать руками по её телу, стараясь коснуться её везде. Она вся такая мягкая и приятная. Я пытаюсь остаться в реальности. Я хочу запомнить ощущение от прикосновения к ней перед тем, как она уедет. Меня убивает необходимость отстраниться от неё. Но уже поздно, и я знаю, что она устала, как, впрочем, и я.

— Увидимся завтра? — спрашивает она.

Я вспоминаю о сообщении на своём телефоне, в котором подтверждается время и место моей встречи с продавцом гитары Рэйн.

— Вечером, — говорю я. — У меня есть кое какие дела в городе. А теперь поднимайся наверх и ложись в кровать.

Она морщит нос.

— Ты такой командир.

Я качаю головой.

— Спокойной ночи, Рэйн.

Она вздыхает.

— Ладно-ладно. Спокойной ночи.

Но когда она разворачивается, я хватаю её за руку, притягиваю к себе и снова целую. Потому что, как только она вернёт себе свою гитару, она сможет уехать отсюда тогда, когда пожелает. Потому что завтра всему этому может прийти конец.

Глава 18

Как только я возвращаюсь в Коб после покупки гитары Рэйн, я осматриваю паб в поисках её. Сейчас начало третьего. Люди, приходившие сюда на обед, уже ушли на работу, и в пабе станет людно только ближе к пяти. Помимо Ифы и Рошин в пабе сейчас пусто.

Рошин поднимает глаза от кулинарной книги, когда я захожу за барную стойку.

— Вы видели Рэйн? — спрашиваю я.

— Они с Кларой пошли в парк дикой природы "Фота" пару часов назад.

— И как они…

— У них всё хорошо, — говорит Рошин. — По крайней мере, так сказала Клара.

Она касается телефона, чтобы проверить время.

— Она сказала, что они вернутся около четырёх.

Ифа даже не отрывает глаз от газеты, лежащей перед ней. Взгляд Рошин опускается на гитарный чехол в моих руках.

— Это?..

Я похлопываю по чехлу.

— Да.

Глаза Ифы округляются.

— О, Джеки, — говорит она. — Ты попал.

Она снова раскрывает газету.

Из кухни выходит Олли. Он осматривает гитарный чехол в моих руках.

— Ты нашёл её.

Я кладу чехол на барную стойку. На протяжении всего того времени, что я ехал на встречу, я почти надеялся, что когда приеду туда, выяснится, что это ошибка. Как бы ужасно это ни звучало. Но, покрутив гитару в руках, я заметил ирландский флаг на обратной стороне и буквы "Р.Х.", написанные перманентным маркером в углу наклейки.

Дверь в паб открывается, и я разворачиваюсь, ожидая увидеть Рэйн и наконец-то покончить со всем этим, но в дверь входит Нина вмести с Джози и Жаклин.

Как только Жаклин видит Олли, она кричит: — Папочка! — и бежит к нему.

Нина водружает солнечные очки на голову и говорит.

— Я вынашивала этих детей девять месяцев, и они оба оказались похожими на него.

Она вздыхает.

— Мать природа так жестока.

Олли подхватывает Жаклин и треплет её по волосам.

— Может быть, нам просто стоит попробовать ещё раз?

— Очень смешно, Олли, — отвечает Нина. — Умираю от смеха.

Джози, которая стоит рядом с Ниной, указывает на гитарный чехол на барной стойке.

— Что это?

— Это гитара, — говорю я.

Нина пристально смотрит на чехол.

— Это…

— Ради всего святого, да, это гитара Рэйн. Боже, сколько ещё раз мне придётся это сказать? Если бы я знал, что здесь будет столько народа, я бы пронёс её через заднюю дверь.

— Как ты собираешься отдать её ей? — спрашивает Нина.

— Отдам его, когда она вернётся из "Фоты".

Нина смотрит на меня так, словно она никогда не слышала такой ужасной идеи.

— Не будь смешным. Это твой шанс сделать большой романтический жест!

— Зачем ему это делать? — говорит Олли.

Нина указывает на меня.

— Очевидно, потому что он влюблён!

Все смотрят на меня. Я начинаю щёлкать одним из замков на чехле, но ничего не говорю.

— Ты не можешь просто взять и отдать его ей, — говорит Нина.

— Вообще-то могу, докучливая невестка.

Я защёлкиваю замок, забираю чехол и, обойдя Олли, захожу на кухню и направляюсь прямо в офис.

Оказавшись там, я ставлю чехол на пол и просто стою, уставившись на него. Дверь приоткрывается, но я не поворачиваюсь.

— Джеки, — говорит Олли.

— Что? Почему вы не можете оставить меня одного?

Олли вздыхает, а когда я разворачиваюсь, то обнаруживаю его, стоящим в дверях с Жаклин на руках. Она положила голову ему на плечо, засунув большой палец в рот, и смотрит на меня так, словно пытается бороться со сном.

— Если ты, и правда, её любишь, может быть, тебе стоит с ней поговорить, — говорит Олли.

— Спасибо за непрошеный совет, — говорю я.

— Я серьёзно, Джеки.

Он входит внутрь и закрывает за собой дверь.

— О чём здесь разговаривать? Вся её жизнь это путешествия. А моя — здесь, хочу я этого или нет.

— Я просто хочу сказать, что если ты хочешь быть с ней, ты должен ей об этом сказать. Не обязательно всё должно быть чёрным или белым. Пусть она решит, чего хочет.

Олли начинает гладить Жаклин по волосам, и её глаза медленно закрываются.

— И не надо делать вид, что это я тебя здесь держу. Я уже сказал тебе, что могу выкупить твою половину паба, если ты захочешь.

Я опускаюсь на офисный стул и смотрю на разбросанные на столе стикеры. Всю последнюю неделю мы с Рэйн общались при помощи стикеров, и это переросло в соревнование по тому, кто может составить самую нелепую записку. Всё началось довольно просто. Я обнаружил записку от Рэйн, в которой говорилось: "Shaggy "Angel" для Хитклипа? Где?"