Чтение онлайн

— В постель! Живо! — Меня толкнули в сторону топчана и рухнув на него, я попыталась сесть, но рыжий улегшись рядом, подмял меня, не позволив это сделать. — Спать!

— Какого?.. — Хотела спросить я, как Рохан поднял мою голову, вновь сжав подбородок и прошипел:

— Я уже сказал тебе, что ты моя постельная грелка, а это значит, что ты должна лежать здесь и ждать меня, что не ясно?! Еще раз отдашь приказ от моего имени высеку и не пожалею. А сейчас спать! — Он откинул мое лицо и закрыл глаза, все еще сжимая челюсти от злости.

Я часто дышала, пытаясь понять, что происходит.

Он больной самоубийца, который желает видеть банши в своей постели! Что ж, пусть будет так как он хочет. Я достаточно его предупреждала.

Развернувшись в его руках, я повернулась спиной и сжалась калачиком, притянув колени к груди. Тяжелая рука опустилась сверху, притягивая меня к себе, а косматая борода щекотала шею, но и это не помещало моему уставшему организму, не успевшему отойти после болезни унести мое сознание в сон.

Проснулась я в одиночестве и потерев глаза, зевнула и сладко потянулась. Все-таки топчан гораздо удобнее моего матрасика, и тело благодарило за не отлежанные конечности.

У постели стоял столик, на котором стояла тарелка с бульоном, уже остывшим и еще пара лепешек и записка, на помятом клочке бумаги.

«Не съешь все — высеку. Не придешь вечером сама — найду и высеку»

Вот тебе и доброе утро.

На удивление быстро проглотив завтрак я опять бегло причесала пальцами растрепанные волосы и пригладив ладонями помятое платье пошла на свое рабочее место. Служанки встретили меня косыми взглядами, но молча, только бросая мне в след возмущенные взоры.

Слухи расходятся быстро этого следовало ожидать. Только та самая горничная, что вчера принесла мне платье, осмотрела меня откровенно ненавидя. Видимо ей хорошо досталось за мою самодеятельность. Экономка сообщила мне, что я теперь тружусь на кухне, чищу овощи и мою посуду. К плите меня допустить побоялись.

В кухне было тепло, даже немного жарко. Поварята носились как ужаленные, под руководством крупной бабищи, что мотала половником в воздухе словно воин мечом. Она встретила меня настороженно и молча указала на мойку, где полные корыта грязной посуды с засохшими кусками еды, едва ли не пованивали.

Когда мне нагрели воды, я возрадовалась всем богам! Это же надо! Горячая вода! С радостью взявшись за работу мне хватило пары часов что бы привести в порядок рабочее место. Когда я, довольная собой, утирала пот со лба мне вытащили мешок картошки и мешок морковки, приказав перечистить все. Я резалась и проклинала проклятые тупые ножи, что срывались со шкурки корнеплодов и врезались в огрубевшую кожу рук. Но и с ними было покончено. Сжалившись мне налили плошку овощного супа и угостили краюшками от сладких пирогов.

Сытая и довольная собой, я поняла, что за работой прошел весь день и пора возвращаться к рыжему чудовищу с повадками самоубийцы.

В покоях никого не было, и я прилегла на топчан, подложив изрезанные руки под голову, и не заметила, как задремала.

Рохан пришел глубоко за полночь, и рухнув рядом притянул мое сонное тело к себе, вытянув ладошки из-под головы. Я зашипела спросонья, пытаясь вырвать пораненные пальцы, когда с удивлением поняла, что их целуют!

Открыв глаза, я обнаружила рыжего, который облокотившись на своей локоть, другой рукой прижимал мои пальцы к своим губам, спрятанным где-то в глубине бороды и усов.

— Вы чего делаете, хозяин? — Он поднял на меня пьяный взгляд.

— Руки твои целую, не видно?

— На… Зачем?

— Хочу так. Еще вопросы?

— Может не надо? — Он оторвался от обмусоливания моих конечностей и запустил пальцы в мои волосы, рассыпая потрепанную сном прическу.

— Волосы грязные. Иди помойся. — Почему-то я даже обиделась.

— Обросли весь, как леший. Идите побрейтесь.

Он улыбнулся.

— Ты определись уже на «ты» или на «вы», а то как побриться так выкаешь, а как кричать «Рохан! Прекрати трахать меня пальцами!», так на «ты» не стесняясь.

Я вспыхнула. Смущение, как вампиру похоти, мне было чуждо, а этот мужчина уже второй раз умудряется вогнать меня в краску.

— На «Вы».

— Тогда в следующий раз, когда будешь стонать подо мной, кричи «Хозяин Росс», поняла?

— А не пошли бы вы хозяин Росс… Бриться!

Он хохотнул и начал подниматься, утаскивая меня за собой.

За еще одной дверью была ванная. Деревянное корыто было наполнено водой, что подогревалась в металлическом баке, стоявшем у противоположной от входа стены.

Рохан начал раздеваться, скидывая с себя рубашку. Я заалела, отворачиваясь к стене.

— Чего отвернулась? Брить меня тоже через спину будешь?

Я в изумлении вытаращила глаза.

— Я не брадобрей!

— Как видишь, я тоже. — Он сел на табурет оставшись в брюках, и протянул мне ножницы. — Вперед. Не трать мое время.

У Рохана были широкие плечи, массивные. Было видно, что он крепко сложен, хоть мускулы и не выпирали со всех сторон. Теперь я не сомневалась, что в нем есть кровь великанов, так как руки и торс, оказались значительно крупнее чем казалось на первый взгляд.

Я взяла протянутые ножницы и сделала неуверенный шаг.

— Давай быстрее, Эва. Пока я не передумал.

Первый срез и на колени упал рыжий клок, который вызвал во мне омерзение, и я с уверенностью принялась состригать все остальное. Когда борода больше не напоминала гнездо для диких птиц, Рохан протянул мне бритву и помазок, от которых я шарахнулась как ошпаренная.

— Не беси меня! — Крикнул он и я вздохнув смирилась с тем, что мне, последней банши придется брить опасной бритвой северного рыжего тролля.

Работа шла медленно, но мне удалось сбрить волосы с щек и шеи, а вот усы брить я категорически отказалась.

Он зарычал и схватив мою руку, в которой все еще была бритва, подвел ее к верхней губе, втянув ее в рот, что бы натянуть кожу и принялся водить ее, удаляя криво обстриженные мной пучки.

— Ну как? — Спросил он, разжимая мои пальцы и вынимая из них бритву, убирая ее на полку.

— Ничего. — Честно призналась я.

Он дернул меня за руку усаживая на свои колени и приобнимая одной рукой.