Чтение онлайн

Перенести все удалось в два приема — у нее не хватило сил утащить все сразу, — и тут она поняла, что оставила около дюны «Анну Каренину». Она собиралась почитать прошлой ночью, но слишком устала и положила книгу под обломок плавника, что­бы туман ее не испортил. Возвращаясь на берег, она заметила парня в бежевом комбинезоне с логотипом «Блейкли брейкс». Он нес большую катушку желтой ленты и охапку палочек. Ронни показалось, что он направляется к их дому.

К тому времени, когда она нашла книгу, парень приблизил­ся еще и сейчас огибал дюну. Потом он направился к ней. Ког­да их глаза встретились, Ронни лишилась дара речи, что бывало крайне редко.

Несмотря на комбинезон, она сразу его узнала. И покрас­нела, увидев, какой он без рубашки: загорелый и мускулистый, каштановые волосы влажны от пота, браслет-макраме сполз с запястья. Это тот парень с волейбольного поля, который вре­зался в нее, тот парень, друг которого едва не подрался с Мар­кусом.

Остановившись перед ней, он, похоже, тоже не знал, что ска­зать. И просто смотрел на нее. И хотя она знала, что это безумие, все же чувствовала, что он рад снова ее видеть. Она видела это по его улыбке, хотя все это не имело для нее смысла.

— Эй, это ты! — воскликнул он. — Доброе утро!

Она не знала, что думать и почему он так дружелюбно на­строен.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она наконец.

— Мне позвонили из «Аквариума». Кто-то прошлой ночью рассказал, что нашел гнездо черепахи, и меня просили приехать и проверить.

— Ты работаешь в «Аквариуме»? Парень покачал головой.

— Просто волонтер. Тружусь в мастерской па по ремонту тормозов. Ты, случайно, не видела здесь черепашьего гнезда?

Ронни немного расслабилась.

— Оно вон там, — показала она.

— Здорово! — улыбнулся он. — Я надеялся, что оно рядом с домом.

— Почему?

— Из-за штормов. Волны вымывают яйца из гнезда, и они уже ни на что не годятся.

— Но это же морские черепахи!

Парень воздел руки к небу:

— Знаю и тоже ничего не понимаю, но такова их природа. В прошлом году мы потеряли пару гнезд после тропического шторма. Такая беда! Это же исчезающий вид! Только одна из тысячи доживает до зрелости.

— Знаю.

— Правда? — спросил он с уважением.

— Па рассказал.

— Вот как?

Он обвел рукой пляж:

— Насколько я понял, ты здесь живешь?

— Зачем тебе знать?

— Просто чтобы поддержать разговор, — легко ответил он. —

Кстати, меня зовут Уилл.

— Привет, Уилл.

— Интересно, — заметил он, помолчав.

— Что именно?

— Обычно, когда кто-то называет себя, собеседник делает

то же самое.

— Я не совсем обычный собеседник, — бросила Ронни, ста­раясь держаться как можно холоднее.

— Это я уже понял, — улыбнулся он. — Прости, что тогда едва не сбил тебя с ног.

— Ты уже извинялся, помнишь?

— Знаю. Но ты тогда здорово разозлилась.

— Газировка выплеснулась на майку.

— Мне очень жаль. Но тебе следовало бы обращать больше внимания на то, что происходит вокруг.

— Прости, ты о чем?

— Это очень энергичная игра.

Ронни картинно подбоченилась:

— Пытаешься доказать, что это я во всем виновата?

— Просто стараюсь сделать так, чтобы это не повторилось. Как уже было сказано, мне очень неловко из-за того, что случи­лось.

Ей вдруг показалось, что он пытается заигрывать с ней. Вот только почему? Она не в его вкусе, это сразу понятно, и, честно говоря, он тоже ей не слишком импонирует. Но сейчас еще очень рано, и у нее нет настроения гадать о причинах. Вместо этого она показала на его ношу, посчитав, что, возможно, лучше сразу при­ступить к делу:

— Как эта лента может отпугнуть енотов?

— Она и не отпугивает. Это для того, чтобы отметить гнездо. Я обмотаю лентой колышки, чтобы парни, которые придут ста­вить клетку, знали, где его найти.

— Когда они поставят клетку?

— Понятия не имею, — пожал он плечами. — Может, через пару дней.

Она вспомнила о страшно затекших конечностях, о ноющем теле и покачала головой:

— Нет. Это будет поздно. Позвони и объясни, что они прос­то обязаны защитить гнездо сегодня. Прошлой ночью я видела енота, бродившего неподалеку от гнезда.

— Правда видела?

— Скажи им, и все! Договорились?

— Как только закончу устанавливать колышки, обещаю, что позвоню.

Она недоверчиво прищурилась, посчитав, что он слишком легко согласился, но прежде чем успела что-то сказать, на заднем крыльце появился отец.

— Доброе утро, солнышко! — окликнул он. — Если ты голод­на, у меня готовится завтрак.

Уилл перевел взгляд с Ронни на ее отца.

— Так ты живешь здесь?

Вместо ответа она отступила.

— Только обязательно скажи людям в «Аквариуме», хорошо?

Она направилась к дому и поднялась на крыльцо.

— Эй! — крикнул Уилл.

Ронни обернулась.

— Ты так и не сказала, как тебя зовут.

— Нет, и вряд ли скажу.

Она направилась к двери, понимая, что не должна огляды­ваться. Но все же не устояла.

Увидев, что он вскинул брови, она мысленно выругала себя, но обрадовалась, что не назвала своего имени.

***

Когда она вошла, отец колдовал над сковородкой, помеши­вая еду лопаткой. На стойке лежал пакет с тортильями, и Ронни должна была признать, что аромат стряпни просто умопомрачи­тельный. Кроме того, она со вчерашнего дня ничего не ела.

— Привет! — воскликнул отец. — С кем ты разговаривала?

— С каким-то парнем из «Аквариума». Его прислали, чтобы отметить гнездо. Что ты готовишь?

— Вегетарианские буррито для завтрака.

— Шутишь?

— Рис, бобы и тофу. И все завернуто в тортильи. Надеюсь, тебе понравится. Я нашел рецепт в Интернете, так что за вкус не ручаюсь.

— Уверена, что вкус волшебный, — кивнула Ронни, помя­лась, но решила покончить с неприятным делом. — Ты уже го­ворил с ма?

Отец покачал головой:

— Нет еще. Но утром я потолковал с Питом. Он сказал, что еще не успел поговорить с владелицей. Ее нет в городе.

— Ее?

— Похоже, тот длинноволосый парень ее племянник. Но Пит говорит, что прекрасно знает хозяйку.