Чтение онлайн

Я великолепно слышала и даже знала, куда всех зовут, однако сердце подсказывало: всё это – не к добру. И похоже, что угрозу ощущала не я одна. Стручок пряталась под койкой, Лентяйка – в шкафу, а Медвежонок полезла на крышу. Всех нашли, надавали оплеух и теперь мы молча брели к длинному чёрному зданию без окон. Именно к тому, откуда в первый день нашего здесь пребывания доносились жуткие крики, полные смертной боли.

Главный надзирающий, мужчина с длинной седой бородой, конец которой он заправил за пояс, разговаривал с магистром Цвахом. Коллега толстяка – магистр Гурам, изучал длинный жёлтый свиток и смешно шевелил бородавкой на носу. Вот только никто и не думал смеяться над парочкой жирдяев. В рядах девчонок, куда меня впихнули, то и дело начинался тихий скулёж и надзирающие принимались шипеть, точно взбесившиеся змеи.

– Удрать хотела? – шепнула Мышь, с которой мы успели сдружиться за пару прошедших недель. – Дурная?

– А тебе что? – огрызнулась я и шмыгнула носом. – Боюсь я. Гады эти что-то хреновое затевают, жопой чую!

– А то! – хихикнула Мышь, но смешок её получился больно нервный. – А ты как думала: кто-то задарма столько хавки даст?

Цвах кивнул и тотчас надзирающие распахнули ворота чёрного дома и приказали топать внутрь. На лицах здоровых мужиков появились багровые пятна и это пугало больше всего. Значит, они знали, что там произойдёт. Что-то плохое, зуб даю.

Я оглянулась, пытаясь найти хоть какую-то лазейку и тут же ощутила, как крепкие вальцы больно сжали ухо.

– Куда-то собираешься? – почти ласково проворчал надзирающий. – Марш вперёд.

Ноги подгибались, однако я сумела переступить порог жуткого здания и оказалась внутри. На первый взгляд здесь не было ничего страшного: стены, пол, засыпанный опилками и окна в потолке, откуда вниз падали столбы солнечного света. У стен стояли низкие столики, на которых тускло блестели боками маленькие глиняные чашки. Пахло тут неприятно.

– А теперь каждая девочка подойдёт и выпьет лекарство из чашечки, - магистр Цвах старался говорить ласково, но становилось жутко и неприятно, точно он предлагал поцеловать болотную жабу.

Но нас никто не спрашивал. Каждой впихнули чашку, и я ощутила, как гадко смердит чёрное варево, напоминающее жидкую смолу. Такое пить вообще не хотелось.

– Ой, ой! – сказала Мышь и разжала пальцы, обронив чашку. – Как неловко получилось…

Впрочем, её уловка ни к чему не привела. Подруга получила несколько крепких тумаков, новую порцию и обещание выдать плетей. Больше никто хитрить не пытался. Со всхлипыванием, шмыганьем носом и тяжёлыми вздохами, все покорно выпили чёрную дрянь. Я – тоже, ощутив кроме мерзопакостного вкуса, ещё и покалывание языка.

– Теперь – выходим, - Цвах первым покинул помещение, а следом торопливо зашагали надзирающие. Хлопнула дверь и загрохотал опускающийся засов.

– Ну и что? – Лист, самая старшая из нас вышла на середину помещения и подняла руки. – Что теперь?

Ничего не происходило. Все разбрелись по углам. Мышь начала хихикать, рассказывая историю про танцующего лиса. Кажется, такую ещё нельзя знать девочкам её возраста, но было реально смешно. К нам подсели Егоза и Воровка.

И тут я услышала шум.

Такой уже слышала, когда-то давно. Когда мы вышли на берег моря и увидели зелёные валы волн, с грохотом бьющие об острые камни берега.

– Что такое? – закричал кто-то. – Почему пол шатается?

И точно! Земля под ногами покачнулась, а стены начали ходить ходуном. Все принялись вопить и бегать. Несколько девчонок заколотили в дверь, умоляя выпустить наружу. Кто-то молился Отдавшему долги.

– Что бы ни случилось – держись рядом! – прошептала Мышь и мы взялись за руки.

И тут сверху хлынула вода. Холодная, смердящая дохлятиной. Когда омерзительная жидкость коснулась пяток я ощутила жуткую боль, пронизывающую каждую частичку тела. И эта боль становилась всё сильнее.

Я открыла глаза и увидела Кира.

– Нужно поговорить, - сказал он.

ГЛАВА 12: ГДЕ Я ПРИНИМАЮ УЧАСТИЕ В БЕСЕДАХ О ВСЯКОМ, О РАЗНОМ

Оказывается, мы стояли и судя по всему, уже достаточно долго. Солнце успело благополучно опуститься к горизонту и теперь угрюмо рассматривало мир своим единственным, налившимся кровью, глазом. На горизонте плыли облаками далёкие горы, чернели струйки дымов и поднимал вверх свои рожки серп бледной луны. Стало быть, стоило ожидать ветра и дождей. А может – и нет. Приметы работали не всегда.

Кажется, мы устроились на привал. Место выбрали вдалеке от дороги и нас от тракта отделяла небольшая рощица и пологий каменистый склон. Внизу тихо булькала узкая речушка, сделавшую в полусотне шагов аккуратную круглую заводь. Большинство простолюдов успели занять глинистый берег и сосредоточено окунали в воду толстые чёрные нити. Вроде бы, небезуспешно.

Королеве поставили палатку чуть выше по течению и расставили кругом караульных. Там же успели разжечь костёр, и я ощутила приятные ароматы чего-то мясного. Сама Найдмир лежала на боку недалеко от пламени и внимательно слушала отца Найда. При этом она ещё время от времени посматривала в нашу сторону. Кто её интересовал больше; Кир или я, понять оказалось сложно.

– О чём говорить-то станем? – спросила я и протянув руку, взяла флягу с Чёрной. Сделала несколько глотков. Кир поморщился и протянул мне платок. – Ах да, прости. Спасибо. Если мучает совесть за брошенную в монастыре любовнице, так топай к святоше. Думаю, он отпустит грехи, по-быстрому. Особливо – монарху. Ты ведь теперь у нас – король?

– Принц-консорт, - он протянул руку. – Помочь? Дар, ни в чём каяться я не собираюсь. Ситуация оказалась такой, что просто не предполагала других решений. А потом случилось то…что случилось.

Сейчас он находился совсем рядом, так что я могла видеть его глаза. В них притаились боль, тщательно скрываемый страх и что-то ещё. Стыда не было. Вовсе. Этот засранец действительно считал, что поступил правильно. Похоже, моё мнение по этому вопросу можно смело засовывать в мою же тощую задницу.

Проигнорировав протянутую руку, я спрыгнула и ощутила, как мир качнулся, медленно проворачиваясь вокруг. Шум бегущей воды внезапно сделался громче и глубже, точно вода текла аккурат через мою голову. Проклятье, я даже ощущала этот поток, бьющий о стенки черепа. Кир придержал меня под локоть.

– Попробуй пить чуть меньше этой гадости, - боль в его глазах стала отчётливее. – Ты же убиваешь себя.

– А ты не волнуйся, - спокойно сказала я и убрала его пальцы от локтя. – Королеву твою спасти ещё успею. Так всё-таки, о чём разговаривать станем?

– Пойдём, - он вяло махнул рукой. – Заодно и поужинаем.

Сначала поужинали. Забун всё время раздражённо пыхтел, глядя, как я орудую пальцами в тарелке, а потом сделал попытку выговорить мне. Типа, этикет и все дела. Я немедленно выдала очень длинную и цветастую фразу, частично подслушанную в раннем детстве на постоялом дворе и дополненную в сладкий период ученичества. Преподаватель фехтования была такой затейницей!