Чтение онлайн

– Угу. И мне ты решил об этом сказать…

– Потому что здесь сейчас находятся те, кому Най… королева доверяет абсолютно.

– Ну спасибо, - протянула я, - за доверие. Так что, двинем куда-то в другое место?

– Нет, продолжаем идти в Луимин. Иначе изменник сообразит, что его присутствие раскрыто и станет стократ осторожнее, - Кир принял чашку из рук королевы и помог Найдмир лечь. – Наверра утверждает, что прошлой ночью уловил всплеск магической энергии.

– Экая невидаль! – я отмахнулась. – Среди простолюдов полным-полно всяких недоучек, способных на простые фокусы. Знахари всякие, гадальщики. Баловал кто-то.

– Колдуны Жимуина с началом активных боевых действий, - теперь говорила Найдмир. Она крепко сжимала руку Кира, точно боялась его потерять. И смотрела, как она на него смотрела! – наполняют магический эфир колдовским мусором. Из-за этого шума передача магических сообщений становится невозможной. Наверра говорит, дескать ощутил наступление тишины, а потом – всплеск.

– Угу, - сказала я и покачала головой. А если подумать – ловко задумано. – Выходит, у них назначено условное время и как оно приходит, мышка начинает стучать.

– Приблизительно, так, - Кир уменьшил яркость светильника. – Если тебе не трудно, попробуй проследить этой ночью, возможно удастся что-нибудь обнаружить.

Ну, теперь-то хоть стало понятно, откуда такое доверие. То ли ветер, то ли накатившая волна, ударила о стену палатки и послышался протяжный шелест. Я вздохнула и медленно поднялась.

– Дар, - глаза королевы, вроде бы уже закрывшиеся, смотрели на меня. – подойди.

Что ещё?

Кир отпустил руку жены и отошёл к выходу. Хорошо, я приняла приглашение. Вблизи Найдмир выглядела не так хорошо и это вызвало короткий укол радости. Крохотные алые точки на коже щёк, покрасневшие белки и морщинки в уголках глаз. Девочке приходилось очень быстро взрослеть.

Тонкие пальцы взяли мои ладони и некоторое время не происходило ровным счётом ничего. Я ощущала растущую растерянность.

– Дар, - очень тихо сказала королева. – Я хотела бы стать тебе другом. Настоящим другом.

В её голосе вроде бы звучала искренность. Но я хорошо помнила, как Кирион объяснял, дескать подобным штукам дворян учат с раннего детства. Если не сумеешь убедить в своей преданности человека, которого собираешься зарезать – цена тебе медяк. Но чего добивается Найдмир? Какой ей в этом прок?

– Я подумаю, - ответила я. – Можно я пойду?

– Да. И спасибо тебе за всё, что ты сделала. И ещё сделаешь.

– Най немногим предлагает дружбу, - сухо заметил Кир у самого выхода, но так, чтобы подруга не услышала. – Да и вообще, королевская дружба…

– Очень важна тому, кому осталась неделя жизни, - бывший любовник закрыл глаза и выдохнул. – Спокойной ночи.

Простолюды прекратили петь. Видимо кто-то умный вправил им мозги. Впрочем, болтать они не перестали, да и костры бы следовало немного поуменьшить. А, какая разница! Рядом всё равно сидит шпион и выжидает, чтобы рассказать всё врагам.

Спать не хотелось. Пиная мелкие камешки, я выбралась на берег речушки и обнаружила у воды отца Найда. Монах задумчиво рассматривал отражения звёзд. Седые волосы трепал прохладный ветер, а длинный нос, как никогда, напоминал клюв. Казалось большой облезлый ворон пытается ловить свежую рыбку.

– Удачной охоты, - вырвалось у меня, против воли и я хихикнула.

Святоша не удивился и не испугался. Он повернул голову ко мне и некоторое время молчал. Может, пытался понять, о чём я, а может, просто не видел, кто с ним разговаривает. В старости зрение здорово портится.

– Присоединяйся, дитя моё, - сказал Найд и хлопнул ладонью по траве, серебрящейся в сиянии месяца. – Если есть желание, можем поговорить, а нет – просто насладимся ночью, ниспосланной Творцом.

– Так уж и Творцом? – съязвила я. Язык просто чесался.
– Сама по себе она наступить не может?

– Может. И наступает, - старик и не думал спорить. – Но красоту её может оценить лишь тот, кто обладает душой. И в таком случае, ночь тебе ниспослал Творец.

– Угу, Творец, значит, - я села и подобрав камень, запустила им в реку. – Ну и заодно, всех ночных тварей, которые рыщут во тьме, чтобы сожрать добычу.

– И их, - вновь Найд соглашался. – Но если в твоей душе больше от Вопрошающего, то ты увидишь в ночи лишь хищных прожорливых тварей. А если – Отдавшего долги, то тебя поприветствуют луна, речка и звёзды.

– Ого, как же, выходит, я была испорчена и одержима в раннем детстве, - я сцепила зубы, - когда блуждала по дорогам в поисках жратвы. Видела только ночных гадов и злых людей. Как думаешь, святоша, когда в пузе режет от голода, а в поле воют волки, ты сильно смотришь на небо? Красотами всякими любуешься, да?

– Господь посылает чадам своим испытания, дабы те преодолев их, очистились и пришли пред очи его нагими, аки дети безгрешные.

– Ты смеёшься? – я и сама расхохоталась, только вот ничего весёлого в моём смехе и близко не было. – Да мы тогда и так ползали, почти голышом, а грехи…Какие грехи у четырёхлетней спиногрызки, которую бросила мать? В носу ковырялась?

Отец Найд сидел, насупившись и безмолвно шевелил губами. Святоша казался смущённым. Да и то, даром что ли Воин Долга прячется от прошлого в монастыре? Видала я деревушки, которые эти говнюки обозвали юдолью ереси. Одни обгоревшие следы от домов и обугленные трупы в ямах. Вот так они и очищали грешные души.

– Возможно, в прошлой жизни твоя душа изрядно нагрешила, - глухо сказал монах, - посему путь очищения оказался дольше и труднее.

– Угу, - фыркнула я, - ты мне ещё про золотые ворота и восьмикрылого с книгой судеб! Вы хоть сами-то верите в свой загробный мир, лицемеры?

– Человек обязан иметь веру, - тут его голос обрёл прежнюю крепость, - иначе всё, ради чего он живёт – бессмысленно, а сам человек уподобится свинье, хрюкающей в луже.

– И ради этого вы кормите дураков сказочками про рай и ад?

– Неужто у тебя, дитя моё, вовсе нет веры во что-то лучшее?

Я подумала, рассказать ему или нет? А потом решилась – какого чёрта!

– Когда сёстры начали умирать, - глухо сказала я и Найд склонил ко мне голову, - одна из нас придумала. Дескать на самом деле мы не умираем. Просто за нами приходит Мать-волна и забирает к себе. Типа, мы становимся едины.

– И что?

– Да ничего! – я с досадой запустила камнем в реку и поднялась. – Ничего там нет, только мрак и пустота.