«Посмотрим, кто кого переупрямит…»
Шрифт:
И всё же это было последнее посещение Надеждой Яковлевной и Пскова, и нашего дома.
10 марта <1964 г., Москва>
Дорогие друзья!
Я в Москве. У Евг. Як. инфаркт, и полдня я провожу в больнице. Писать мне трудно, но вы не забывайте меня. Пишите о себе. Я о вас всегда помню. Н. М.
<Не ранее середины марта 1964 г., Москва>
Дорогие Танюша и Евгений Александрович! Простите, что я долго не писала. Почему-то устаю и мрачна. Бог его знает, почему. Брат уже дома. Даже выходит в садик у себя в доме. На 20 минут. Устает и слаб. В начале июня едет в санаторий.
Как Ксения Игнатьевна [581] . Бедная она – это всё очень трудно, и заболела она от непосильной работы и жизни. Кланяйтесь ей от меня. Я ее очень целую. Мне очень хочется в Псков, хотя бы на несколько дней, но пока я связана с Москвой – из-за Жени.
581
Имеется в виду повесть “Хранитель древностей”, первая книга дилогии Ю. Домбровского (Новый мир. 1964. № 7).
Как сейчас у вас? Куда вы едете летом? Как здоровье Тани? Что еще нового вздумала Катька? Н. М.
Приехала ли Соня?
Напишите скорее.
<На полях:> Решилась ли Кс. Игн. на операцию? Кажется, в этих случаях нужна операция. Напишите.
<Конец сентября – начало октября 1964 г., Таруса>
Дорогой Евгений Александрович! Наконец узнала от Танюши ваш адрес. Напишите мне, как ваша нога, как вы сами… Надеюсь, что сейчас за вас примутся серьезно – это все-таки то место, куда надо было попасть. Таня мне писала, как всё было сложно [582] .
582
Повесть была опубликована в журнале “Простор” в 1964 г.
У вас в Пскове была Софья Менделевна и очень хвалила в письме Катьку.
Очень по вас скучаю. У меня груда интересных книг, и хочется вам их показать.
Я приеду в Псков и привезу их.
Очень хвалят повесть Домбровского в “Новом мире” (7–8) [583] .
Я проделала летнюю кампанию, т. е. дачу… Сейчас одна в Тарусе. Работаю, живу тихо. Не соблазнилась возможностью работать в Москве. Не хочется… Скоро (в конце октября) мне 65 лет. Я это чувствую очень сильно. Здесь у меня лестница в подвальную кухню, где можно устраивать балы… А мне трудно.
583
Кафедра русской и зарубежной литературы, на которой работал Е. А. Маймин, была, в силу неординарности и характерности большинства ее членов, постоянным предметом обсуждения и иронических сетований его друзей. Примером тому эпиграмма – правда, чуть более позднего времени, написанная Ю. М. Лотманом как бы от имени Е. А. Маймина: “Как пройти мне биссектрисой / Меж Ларисой и Алисой, / Между Титовной и Верой, / Меж чумою и холерой?” 2 Выставка В. А. Фаворского, организованная главным образом усилиями Е. С. Левитина, состоялась в ГМИИ им. Пушкина в ноябре – декабре 1964 г. С М. В. Юдиной Фаворского связывала тесная дружба. На одной из поздних (1956) гравюр Фаворский изобразил Юдину во время выступления на концерте, на другой – ученики Юдиной исполняют соль-минорный квинтет Шостаковича. 29 декабря 1964 г., когда выставка была еще открыта, В. А. Фаворский умер. Юдина, по воспоминаниям очевидцев, играла и на его похоронах (сообщено Г. Загянской).
Кстати, не надо ли вам будет отдохнуть? Может, у Вас будет отпуск по больничному? Приезжайте ко мне. У меня чудные условия – половина дома… Роскошная комната (две!), тишина и нет гари.
Точно, как у Оттенов – вы ведь были.
Адрес: 1-я Садовая 2…
Целую вас. Надежда Ман<дельштам>.
<Осень 1964 г., Таруса>
Дорогая Танюша! Я была у Жени в среду.
У него посветлевшее лицо, и он ожил.
Лишь бы не спешить с лечением, вытерпеть всю эту канитель и не сорваться с места. Он мне рассказал о всех своих мытарствах. Частично я знала о них из ваших писем. Меня поразило, что все-таки рентгенолог, потребовавший операции, был пришлый, не из больницы.
Я поняла, как мы с вами сроднились или сдружились, я уже не знаю, как это назвать, когда была у него. Так почувствовалась мне его боль и все ваши метания, когда вы его старались устроить и чем-то ему помочь наперекор лени, тупости и чиновничьему равнодушию наших врачей. Дай-то Бог, чтобы всё было хорошо. Держите меня в курсе дел. Меня очень волнует, как он станет на ноги.
Крепко вас целую.
Привет маме. Поцелуйте в носик Катю….
Хотела бы написать сегодня и Соне, но кончились конверты, а на улицу еще не выйти. Напишу завтра…
Главное, что у Жени спокойный взгляд и нет той желтизны кожи, которая была до операции, хотя он столько лежит в больнице. Облегчение явное.
22 декабря <1964 г., Москва>
Дорогой Евгений Александрович! Очень рада первой весточке от вас из дому, где вы с семьей и на месте <нрзб>. После всего, что вы пережили, конечно, сразу нельзя оправиться. Хорошо, что вы посидите месяц дома. Кончается ли уже этот месяц?
Как Таня? Ей тоже пришлось туго. Как вы, Танюша? Как ваша дивная кафедра, заседания и старания? [584] Не огорчайтесь ничему и радуйтесь, что Евг. Александрович дома… Как мама? Катька? Она уже, наверное, ужасно взрослая дама.
584
Выставки Павла Варфоломеевича Кузнецова (1878–1968) и Василия Николаевича Чекрыгина (1897–1922) состоялись в декабре 1964 г. соответственно в Доме художника на Кузнецком мосту и в Музее В. В. Маяковского. В частности, на трехдневной выставке Чекрыгина экспонировалось 130 работ художника (сообщено Г. Суперфином; см. также: Точеный О. Выставка работ В. Н. Чекрыгина // Знамя (Калуга). 1965. № 3).
Я досиживаю последние дни в Москве – в воскресенье (сегодня вторник) еду на 3 месяца в Тарусу. А в апреле опять в Москву, а там спишемся и я приеду к вам.
Что-то мне отдыхается от всех трудов праведных, которые я кончила…
В Москве было шумно, а теперь стало потише… У нас здесь “культурное мероприятие” – выставка Фаворского [585] и сегодня в его честь концерт Юдиной и Шостако вича, а еще выставки Кузнецова и Чекрыгина [586] (обе – событие).
585
Имеется в виду первое издание кн.: Выготский Л. С. Психология искусства. М.: Искусство, 1965.
586
Речь идет о первом вечере Мандельштама на мехмате МГУ 13 мая 1965 г. (см. наст. издание, с. 332–343).
Постарайтесь достать алма-атинский журнал “Простор” (№ 9); там напечатана повесть “Джан” Платонова [587] . Прочтите! Они хотят напечатать подборку О. М… [588]
А о книге – ничего…
Целую вас всех… Н. М… “гранитная” – и еще что-то…
<Февраль 1965 г., Таруса>
Дорогие Танечка и Евгений Александрович!
Весна приближается, и я уже предвкушаю Псков, разговоры, сбивалку, соломинку и стояние у балкона с видом на Великую.
587
Румнев Александр Александрович (наст. фамилия Зякин; 1899–1965) – в 1920–1933 гг. актер труппы Московского Камерного театра, в 1962–1964 гг. руководил Театром-студией пантомимы. Умер 12 октября 1965 г.
588
Вышла в № 5 за 1965 г.
Я, правда, сроднилась с вами. Беспокоюсь, когда нет писем, и хочу вас видеть.
Вы не пишете, как нога, как общее состояние. Одно слово “болит” для меня мало.
Приехала ли Ксения Игнатьевна?
Как растет Катька?
Хорошо сделали, что не поехали в Ленинград. Там грипп здорово разбушевался.
Кто у вас бывает?
Целую вас обоих и Катьку. Н. М. До конца марта я в Тарусе.
<После 13 мая 1965 г., Таруса>
Милые!
Я совершенно замучилась.
Сама не знаю, что со мной.
Был вечер О. М. в МГУ на мехмате – по первому классу [589] .
В журнале “Простор” (Алма-Ата) огромная подборка стихов. Н. М.
Где Соня? Если в Ленинграде – как ее адрес.
<На полях:> Как Ксения Игнатьевна?
589
Осенью 1965 г. Катя Маймина пошла в первый класс.
6 июля <1965 г., Таруса>
Милые друзья!
Еще записочка о том, что я по вас скучаю и с удовольствием вспоминаю славные дни в Пскове.
Целую Танюшу…
Привет Лине…
Евг. Александрович, вышла очень интересная книга Л. С. Выготского “Психология искусства”… [590] Ищите ее. Н. М.
Получили ли вы записочку для Леоновой [591] ?
22 сентября <1965 г., Москва>
Дорогие друзья!
Я расквасилась – приступ язвы – очень тяжелый. Болезнь эта, как вы знаете, нервная. Вот и не писала…
Очень бы хотела вас видеть. Сейчас я в Москве. Жду квартиры. Целую. Н. М.
590
А. А. Ахматова умерла 5 марта 1966 г.
591
Неустановленное лицо.