Посвящение в бывшие
Шрифт:
Таким, как я нужен хозяин, а не тот, кто будет их носить на руках, тот кто вовремя натянет ошейник и скажет: «К ноге!». Я сменила трех «хозяев»: отца, деда и Яру. Сейчас поводка нет и вот, что я творю. Дикая, одичалая собака, которая потеряла себя в ритме московских улиц.
Мне конкретно больше не нужен хозяин, просто потому, что никто не сможет меня удержать. Я либо порву этот поводок, либо потащу этого человека за собой.
Глава 3.1.
После моего возвращения, спустя несколько минут, на пару зашел Хан, вызвав тем самым новый виток неудовольствия со стороны препода:
– Костеров, а что вы вообще здесь забыли?! Пропустили два месяца, а теперь решили учиться?!
– Ну, задания-то я выполнял исправно, да и платил тоже по графику, - усмехнулся он, сев рядом со мной, из-за чего я чуть не расплакалась.
– Заебал, - выдавила я со стоном и хныканьем, спрятав лицо в ладони, - Костеров, давай я тебе че-нить подарю, а ты в награду свалишь? – невинно похлопала я глазками, убрав руки от лица и посмотрев на его довольное лицо.
– Я тоже тебя обожаю, - тихо выдохнул он, а после, взяв мою правую руку в свою, медленно поднес к губам и поцеловал. Нет. Сашенька, не надо! Князь очень расстроится и уволит тебя, если узнает про труп, - какие планы на вечер?
– Сходить в спортзал и набухаться с горя, - я скривилась и выдернув свою руку из его, наконец отправила Князю эскизы костюмов и декораций, а еще песню Ханны «Зеркало», которую предложили девочки и одобрили все. «Свет мое зеркало, скажи: где любовь, где миражи? Он на сердце кандидат? Или только напрокат?». Усмехнувшись, достала из кармана беспроводные наушники и, подключив их к телефону, воткнула один в ухо. Второй же взял Хан.
– Можно? – он отзеркалил мою усмешку, а я закатила глаза.
– Ты уже взял, - буркнула я, а после включила наушники, тьфу ты Господи, громкость почти на полную. Хм, 5starfamily «Зачем». Как прекрасно!
В её глазах закат сиял
Всех своим светом затмевал,
При одном взгляде на неё
Он свой рассудок потерял... – на этой строчке я посмотрела на Хана, а он пялился на меня. Это не я, это проведение!
Смотрел в глаза и говорил,
Как сильно он её любил, - во-во, точно о нем!
Но наступала ночь
Он без ответа уходил...
Зачем ей все шелка, цветные облака?
Зачем всё это? Зачем?
Зачем ей все шелка, цветные облака?
Зачем всё это? Зачем?
Бриллианты в золоте дарил
И комплиментами сорил... – не-а, еще не дарил и не сорил.
Она же всё ждала, что её сердце скажет ДА, - «Не жду», - говорили мои глаза, глядя на него. Он же в ответ лишь усмехался.
Зачем она тогда о чувствах солгала?
Зачем всё это? Зачем?
Зачем она тогда о чувствах солгала?
Зачем всё это? Зачем?
Зачем всё это? Зачем?
Кто скажет?
Зачем всё это? Зачем?
Кто скажет?
К чему эти бриллианты, зачем золото?
Она смотрит на него,
Но на сердце холодно, - на этих словах я улыбнулась.
Он ждёт уже который год, но нет…
В её взгляде он читает пустоту комет.
Он смотрит, но он не видит... – я закачала головой в такт музыке. Слушай, мальчик, и запоминай – ты слеп и не видишь, что мне и без тебя хорошо. Ты лишний!
Она не любит, но не хочет обидеть...
Как лабиринт, в котором нет выхода...
Секунда на вздох, вся жизнь на выдохе...
Остаётся только падать вниз.
Он на охоте, её сердце - главный приз!
Как будто у него нет других причин,
А у неё уже нет других мужчин, - о, это правда. У меня вообще никого нет!
И в этот вечер он уйдёт ни с чем...
Он на свободе, но она как плен...
Стук в груди, но он не чувствует пульса,
Мысли о любви, но без единого чувства.
В её глазах горят огни,
Но он не видит в них любви,
Бриллианты и цветы ей вовсе не нужны... – я развела руками в разные стороны, мол, все верно, уж такая я. Ни ты, ни цветочки, ни брюлики.
Ей не нужны его слова,
От них лишь кругом голова
И каждый вечер не спеша
Она идёт домой одна... – ну, ладно, еду на Форде, но это мелочи.
Зачем ей все шелка, цветные облака?
Зачем всё это? Зачем?
Зачем ей все шелка, цветные облака?
Зачем всё это? Зачем?
Быть вместе с ней его мечта,
Но в её сердце – пустота...
Пусть время движется вперёд,
Его надежда не умрет!
Зачем? Зачем?
Зачем? Зачем?
Зачем ей все шелка, цветные облака?
Зачем всё это? Зачем?
Зачем ей все шелка, цветные облака?
Зачем всё это? Зачем?
Зачем ей все шелка, цветные облака?
Зачем всё это? Зачем?
– Я, кстати, видел то выступление. Правда, в записи. Ты тогда так эффектно скинула шубу… Кстати, это платье ведь с того раза, не так ли? – видимо, мои стреляния глазками не увенчались успехом, что злило.
– У каждого свои воспоминания, - огрызнулась я, понимая, что то выступление у меня ассоциируется со смертью Яры, тогда ее заменила другая рыжая девчонка. Положив наушник на место, он наконец отвернулся и начал усиленно конспектировать, пока я лишь смотрела на доску и создавала видимость работы, так как дед прекрасно все вдолбил мне это в голову лет так 9-12.
На перемене, как и следовало ожидать, после перемещения в другую аудиторию, к нам решила наведаться Софи.
– Слышишь, Костеров! А что это ты к замужней клинья подбиваешь? Или ты не в курсе? – она потрясенно ахнула, но Станиславкий, смотря на это, в очередной раз бы выдал свое коронное: «Не верю!»
– В курсе. Отстань, - он злобно посмотрел на нее, пока я активно запивала колой сосиску в тесте, рассчитывая на бой бульдога с носорогом, - ну и что ты еще стоишь?! – теперь его голос больше напоминал шипени.
– Пытаюсь понять, когда вот эта, - Софи презрительно окинула меня взглядом, - успела занять место своей шлюшки-подружки, которая, слава Господу, сдохла! И то, ее даже маньяк хотел трахнуть! – презрительно выплюнула она.
Никак не отреагировав внешне, я закрыла колу и запаковала остатки еды в пакет. А дальше, благодаря ярости, все произошло на инстинктах: схватив за волосы, я резко рванула ее на себя, дезориентировав. В мгновение ока перескочив через парту, я повалила ее пол, почувствовав, как ногти этой мрази раздирают мою правую щеку. Закричав, я схватила ее за горло и вдавила в пол, левой рукой взяв со стола ящик с инструментами и выхватив оттуда скальпель. Открыв ей рот, я вытащила ее язык наружу и приставила к нему лезвие, наблюдая за ужасом в ее глазах.