Чтение онлайн

Прежде чем Джоанна успела заговорить об отсутствии у нее каких-либо честолюбивых замыслов в отношении театра, Холли начала вводить ее в курс новостей, в частности рассказала о последнем эпизоде ее бракоразводного процесса, который она окрестила Столетней войной.

Она говорила не переставая, пока они получали багаж Джоанны. Правда, она то и дело перебивала сама себя. Из всего сказанного Джоанна уяснила следующее: последняя схватка произошла из-за Принца Эндрю йоркширского терьера, который был признан американским клубом собаководов лучшим кобелем - производителем года. А возможно, речь шла о бывшем муже Холли, который оказался кобелем. Джоанна до конца так и не поняла. Из депрессии она начала выходить, когда увидела у обочины перед зданием аэровокзала дожидавшийся их белый автомобиль.

– Лимузин?!

– Специально для прибывающих звезд.

– Вряд ли я похожа на звезду, - пробормотала она, когда водитель в черном костюме распахнул перед ней дверцу пассажирского салона.

– Пока нет. Держись за меня, малышка, и обязательно ею станешь.

Сиденья были широкими, белыми, и от них так хорошо пахло. Разместившись в машине, Холли наклонилась поближе к Джоанне и внимательно посмотрела на нее.

– Это что, образец ручной работы Бертье?

Джоанна непроизвольно приложила ладонь к щеке, прикрывая синяк, который, как она думала, ей удалось успешно замаскировать с помощью макияжа.

– Не хочу говорить об этом.
– Она чувствовала себя еще слишком растерянной и смущенной, чтобы обсуждать собственное ужасное падение.

– Я тут подумывала, не кастрировать ли мне Принца Эндрю, чтобы лишить моего мужа-предателя собачьих алиментов, - призналась Холли.
– Но сейчас мне пришла идея получше. Почему бы нам не взять щипцы для орехов и не проделать такую же процедуру над небезызвестным французским модельером?

Джоанна невольно улыбнулась.

– Не стоит он того, чтобы из-за него садиться в тюрьму. Но все равно за идею спасибо.

Машина шла петляя, с трудом переходя из ряда в ряд, что представлялось вполне обычным в окрестностях аэропорта.

– Мужчины… - проворчала Холли.
– В этом поганом мире они считают себя главными только потому, что Бог сотворил их с яйцами. Ты веришь в судьбу?
– неожиданно сменила она тему.

– Нет, пожалуй.

– И я тоже.
– Холли достала бутылку шампанского из ведерка, набитого льдом, и разлила искрящийся напиток в два бокала.
– Путь наверх у меня был трудный, и я всегда считала: если хочешь чего-то достичь, надо строить счастье собственными руками.

Пробормотав слова благодарности, Джоанна приняла предложенный бокал.

– Вот и я всегда так думала.

Действительно, ведь не ждала же она, что судьба преподнесет ей работу у Бертье на блюдечке. Она нахмурилась, вспомнив о вероломстве развратного модельера.

Холли заметила ее хмурый взгляд, но комментировать не стала.

– Однако, познакомившись с тобой, я изменила свое мнение.

– Да?… - Джоанна отпила шампанское, наслаждаясь приятным ощущением от лопающихся на языке пузырьков газа.

– Я сама собиралась связаться с тобой по телефону, когда раздался твой звонок.

– Ты имеешь в виду создание моделей одежды для твоих дневных мыльных опер?

– Не совсем.

Значит, Холли не собиралась приглашать ее на работу в Голливуд. Неужели она встретила ее в аэропорту на шикарном лимузине только для того, чтобы сообщить, что она передумала? Джоанне не верилось, что Холли способна на такое. Впрочем, совсем недавно она открыла для себя правило: если тебе кажется, что дела идут в гору, прояви благоразумие - оглянись вокруг в поисках возможных терний на твоем пути.

– В прошлом месяце я получила приглашение на ланч от одной телевизионной шишки. Кажется, они проводили какие-то опросы с группами по интересам для изучения рынка и выяснилось, что мои мыльные оперы побили все рекорды.

– Ничего удивительного. По-моему, они великолепны.

– Благослови тебя Бог, девочка!
– Холли подняла вверх свои выразительные глаза.
– Так вот, - продолжила она, - хотя официально об этом еще не объявлено, я только что подписала договор на создание драматического шоу для ночного телевидения с последующим развитием сюжетной линии. Так сказать, мыльная опера в самое выгодное телевизионное время!

– Вроде сериала «Империя»?
– Джоанна смотрела его в Париже. Конечно, странно было видеть Чака Бертона и Кэтрин Веллингтон разговаривающими по-французски, но вскоре ее, как и большинство телезрителей в мире, увлекла история о разбогатевшем на техасской нефти семействе.

– Да, такого же уровня, как «Империя», - подтвердила Холли.
– Только ребята из той компании хотят побольше блеска и обаяния, чем в этом фильме. Побольше секса и всяческого греха.
– Она снова наполнила бокалы.
– Что, естественно, заставило меня вспомнить о тебе. Ну, конечно, о твоих рисунках. Что же до секса и грехов в твоей личной жизни, то это никого не касается, кроме тебя.

При упоминании о сексе ни одна черточка спокойного лица Джоанны не дрогнула, но руки у нее похолодели.

– Я польщена.

– Не стоит. Я говорила тебе, что по характеру твое творческое видение ближе всего к кинематографу. Собственно, поэтому я никак не могла понять, зачем тебе хоронить свою творческую индивидуальность в салоне Бертье.

Джоанне не хотелось говорить об этом типе.

– Расскажи мне сюжет.

– Ну, это пока всего лишь схема. Действие разворачивается в Оклахоме пятидесятых годов вокруг нефтяного магната и трех женщин, фигурирующих в его жизни: всегда равнодушная к нему бывшая жена, сделавшая себе приличную карьеру в бизнесе, которая все время пытается урвать побольше; его безгрешная нынешняя жена, которая делает все возможное, чтобы превратить его особняк в настоящий дом; и его молодая честолюбивая любовница, танцовщица. Мне хочется сделать из этого что-нибудь динамичное и крутое.

Такие диаметрально противоположные характеры открывают массу возможностей для дизайнера, подумала Джоанна.

– Похоже, задача не из легких.

– Не беспокойся, у нас впереди много времени. Телекомпания хочет, чтобы мой «Лунный берег» отличался экстравагантностью, и я не собираюсь лепить это шоу с бухты-барахты. Поэтому я заключила договор, который позволяет нам посвятить наступающий сезон проработке сюжетных линий, подбору актеров на контрактной основе, созданию эскизов декораций и костюмов. Первым показом наше шоу пойдет мини-сериями в течение трех вечеров подряд на неделе телевизионной лотереи. У нас гарантия на показ в течение двадцати шести недель, что в два раза больше обычного для контракта на новую передачу.

– Двадцать шесть недель! Это же сколько надо костюмов?!

– У меня запланирован такой объем вышивок, что можно было бы загрузить сверхурочной работой целую деревню в Индии.

– Но это недешево обойдется, - сочла своим долгом предупредить Джоанна.

– Пусть тебя это не волнует. В нашем распоряжении деньги компании. Мы планируем провести большую часть съемок на природе. А что касается гардероба персонажей, то здесь вообще никаких ограничений.

Энтузиазмом эта женщина могла заразить кого угодно. Джоанна почувствовала, как лицо ее расплывается в улыбке.