Потери и обретения. Книга вторая
Шрифт:
И тут голова у нее закружилась, все в комнате завертелось, в глазах стало рябить. Пол качнулся под ногами и полетел ей навстречу.
Редклифф едва успел схватить ее, не дав упасть на роскошный ковер. Подхватив под мышки, он бережно усадил ее в кресло.
– Почему, черт побери, договариваясь с моей секретаршей о встрече, ты не сказала ей, что плохо себя чувствуешь?
– прорычал он.
– Он был страшно зол на Джоанну: так наплевательски относиться к собственному здоровью! Но еще больше он злился на себя самого за то, что сразу, увидев, в каком она состоянии, не отменил разговор.
– Можно же было перенести встречу, пока ты не почувствуешь себя лучше.
– Я не хотела ничего переносить, потому что мы и так уже выбились из графика. К тому же я просто простудилась.
– От простуды не падают в обморок. Да и не тебе решать, когда назначать встречу.
– Я думала…
– Ты слишком много думаешь, черт побери!
– Присев перед ней на корточки, он приложил ладонь к ее лбу.
– Ты вся горишь.
Ее действительно бросало то в жар, то в холод. Внезапно Редклиффа пронзил такой страх, которого раньше он не испытывал.
– Я сейчас отвезу тебя в больницу, в отделение неотложной помощи.
– Это уж слишком.
– Почему он не оставит ее в покое? Возмущенная Джоанна попробовала встать, но он легонько толкнул ее в плечо, и она упала обратно в кресло.
– Я просто простудилась, - повторила она.
– И, возможно, немного устала.
– Слишком устала! Так точнее, тебе не кажется? Когда ты в последний раз нормально ела?
– Вчера вечером ела спагетти.
– Макароны в томатном соусе сильно отдавали запахом картонной коробки, в которой их принесли. Разогрев их в микроволновой печи, она выбросила ужин, так и не притронувшись к нему.
– К тому же я не хочу в больницу.
– Не робей, там совсем не страшно.
– Черт побери, Ред… - Она хотела было запротестовать, но сильный кашель не дал ей договорить.
Глядя на нее, он витиевато выругался.
– Ну вот.
– Он крепко обхватил ее за плечи и, потянув на себя, помог подняться на ноги. Все это произошло так быстро, что у нее снова закружилась голова.
– Не прикасайся ко мне.
– Да все эти месяцы я только это и делаю, черт побери!
– парировал он.
– Но из-за того, что тебе плевать на собственное здоровье, нам придется закрыть на это глаза.
– Не обращая внимания на судорожный вздох, вырвавшийся у нее при этих словах, он поинтересовался: - Ты сможешь идти?
– Конечно.
– Она надеялась, что сможет.
– Тогда идем.
– Обхватив ее рукой за талию, он чуть не на себе вынес ее из офиса.
– Позвоните Сэму Кригеру из Пресвитерианской больницы, - приказал он секретарше несвойственным ему резким тоном.
– Скажите, что я сейчас привезу ему пациентку.
– Не нужно никому звонить, - возразила Джоанна.
– Не поеду я ни в какую больницу.
Редклифф еще крепче сжал ей талию.
– Помолчи.
– Тон у него бы отрывистый, не допускающий возражений. Вновь обращаясь к секретарше, он добавил: - Скажите, что мы будем у него, самое большее, через пятнадцать минут.
И он потащил Джоанну к своему личному лифту у входа в офис.
– Ты не имеешь права так обращаться со мной, - заявила она, когда он с силой нажал на кнопку.
– Я не работаю у тебя в штате. Напоминаю, господин Редклифф Морино, что я - частное лицо и у меня есть лицензия. Это на тот случай, если вы забыли. По контракту, который я заключила с «Сэвидж», вы не имеете права вмешиваться в мою личную жизнь.
Крепко обняв, он привлек ее к себе. Если бы не он, Джоанна, наверное, не смогла бы держаться на ногах.
– Если ты не перестанешь тратить силы на пустую болтовню, я, пожалуй, врежу тебе разок слева, чтобы ты замолчала.
– Ты не посмеешь!
Конечно, не посмеет. За всю свою жизнь он ни разу не ударил женщину. Даже Памелу, хотя та давала ему для этого немало поводов.
– Будь я на твоем месте, я бы не стал искушать судьбу, - последовал ответ.
Они спустились на лифте в подземный гараж. Когда они вышли из кабины, ноги у Джоанны подкосились. Она оступилась, но Редклифф крепко держал ее в своих объятиях.
– Я же сказала, что могу идти сама, - настаивала она.
– Да, у тебя все получается просто прекрасно.
– Ему хотелось крепко прижать ее к себе и никогда больше не отпускать. Хотелось заботиться о ней. И не только сегодня, а всю оставшуюся жизнь.
– Не пойму, из-за чего ты так разозлился, - проворчала Джоанна.
– Поддавшись неодолимому искушению положить голову на его сильное плечо, она прижалась щекой к серой шерстяной ткани его пиджака.
– Глупость всегда меня злит. Мне казалось, ты уже достаточно взрослая, чтобы обходиться без няньки.
– У меня было много работы.
Открыв свободной рукой дверцу машины, он усадил ее на пассажирское сиденье и застегнул ремень безопасности.
– Ты что, никогда не слышала о существовании помощников?
– Но ведь на этой коллекции будет стоять мое имя.
– Очертания гаража поплыли у нее перед глазами, и, откинув голову на спинку кожаного сиденья, она закрыла их.
– Если я хочу, чтобы моя одежда была верхом совершенства… а я действительно этого хочу, то должна целиком и полностью отвечать за нее.
– Только этого не хватало. Настоящий трудоголик.
– Как бы я хотела, чтобы ты оставил меня в покое.
– Я тоже, - парировал он.
– Однако хочу напомнить - на тот случай, если ты не обратила внимания, о чем говорилось на всех прошедших совещаниях, - что группа «Сэвидж» инвестирует в Джоанну Лейк колоссальные деньги. Я не допущу, чтобы эти инвестиции пострадали.
– Вот, значит, о чем речь? О деньгах?
– А ты как думала, черт побери!
При звуках его резкого низкого голоса по телу Джоанны разлилось тепло, которое, как она опасалась, не имело ничего общего с жаром, вызванным простудой. Открыв глаза, она поймала его взгляд в упор.
– Джанни, - уже более мягко сказал он, глядя на нее менее сурово, - не спорь. Хотя бы сейчас.
Он медленно и нежно провел пальцами по ее щеке с мыслью лишь успокоить ее, но даже от этого невинного прикосновения ее охватило страстное желание.
С трудом отведя от него глаза, она окинула рассеянным взглядом роскошно отделанный салон машины, где пахло кожей и деревом.
– Хорошая машина.
– Спасибо. Мне тоже нравится.
Мальчишкой он проводил многие часы, изучая дядины журналы «Мотор-тренд», и чуть ли не исходил слюной, рассматривая фотографии ослепительно красивых и умопомрачительно дорогих машин. Если бы раньше ему кто-то сказал, что когда-нибудь у него будет вот такой «ягуар», Редклифф спросил бы этого человека, не пользуется ли он услугами психиатра.