Чтение онлайн

–  А на нижних уровнях, куда всякие отходы скидывают, вообще что попало водится, - продолжил Кирилл.
– Там и черви, размером с мою руку, они могут взрослого человека высосать за несколько минут. И огромные мухи - они просто облепляют человека и съедают заживо. Они летят на запах.

–  Вот мы им Парда скормим, если что. От него и Тира прошлый раз так несло, что до сих пор попахивает, - хихикнула Травка.

–  Мы их лучше к вегетарианству приучим - будут травой питаться, - беззлобно парировал Тир.

Сейчас ребятам разные мутанты не казались такими уж реальными. Только Пард задумчиво играл ножом и о чем-то мечтал.

–  А однажды с «Парка Победы» прорвались трое торговцев. Говорят, их целый караван шел, но наткнулись на мутантов вообще непонятного вида. Они даже описать их не смогли, так напугались. Им и оружие не помогло - все полегли, только эти трое остались. Правда, товар донесли, хорошо его продали и обратно ушли, не побоялись.

–  А призраков у вас тут нет?
– вдруг очнулся от раздумий Пард.

–  Есть, как не быть? На «Тоннельной» в свое время эпидемия была, вся станция вымерла, карантин только недавно сняли. Они ближе всего к автомобильному путепроводу были, а там трупов столько, что на две чумы хватит.

–  так что там про привидения, ты не отвлекайся, - поторопил Пард.

–  Ну, разные слухи ходят, мы сами не видели. Говорят, есть там привидение одного мужика, если его увидишь, то он заставляет самоубиться, то есть самому с жизнью покончить. И даже если человек не послушается, его потом все равно мертвым находят. И он сам себя убил. Что-то я в словах запутался совсем, в общем, лучше с ним не встречаться.

–  А на станциях кто живет? Нам помочь кто-нибудь захочет?
– думая о своем, спросил Тир.

–  Не знаю, наверное, если заплатить, то нанять рабочих с лопатами можно. Деньги только нужны.
– Ответил Кирилл.- В «Крылатское» мы теперь не сунемся, на «Тоннельной» - после эпидемии селится всякий сброд, туда даже страшно заходить. В «Строгино» только разве что-нибудь получится. Там народу полно. Станция большая, наверное, кто-нибудь согласится. Только это станция закрытая - они эпидемии боятся и перенаселения. Туда только торговцев пускают. Да и то не всех. Вот дядю всегда везде пропускают, пронырливый он - черта уговорит.

–  А ты?
– подала голос Травка.

–  Что я?
– не понял Кирилл.

–  Ты - пронырливый?
– почему-то заинтересованно настаивала девушка.

–  Я - нет. Дядя все время сетовал, что я - придурок. Мне торговля не дается. С людьми разговаривать я люблю, только мне узнавать что-то новое интересно, а не втрюхивать товар за бешеные деньги.

–  Так, у нас - неприятности. Деньги мы, конечно, по истории проходили, нам их даже показывали, но у нас их нет, - решительным тоном проговорил Тир, которого сбить с темы было довольно трудно.

–  А как же вы без денег?
– изумился несостоявшийся торговец.

–  Никак. У нас продукты - со складов. Есть охрана, чтобы не разграбили и чтобы по справедливости. Говорят, раньше за склады целая война была. А сейчас народу так мало осталось, что всем хватает.
– пояснила Травка.

–  И просто так раздают продукты?
– Кирилл первый раз оставил невозмутимость и заерзал на месте.

–  Ну да, всем раздают по дневной норме. А кто работает, например, в охране, или на плантации, то еще по банке могут выбрать. Мне вот тоже давали и Тиру вот.

–  Здорово. У нас если денег нет, просто умрешь с голоду, никто не накормит. А откуда склады? Дядя - удавится от зависти, если узнает.
– Охнул Кирилл.

–  Просто склады какой-то крупной базы. Там было восемь подземных этажей, даже лифты сохранились. База огромная, два верхних этажа обвалились, наглухо закупорили выход наверх, а внутри все, как новенькое. А в метро обрушился кусок стены, когда взорвали тоннель, чтобы воду остановить. Просто повезло, иначе бы не выжили, - продолжала пояснения девушка, взявшая на себя роль справочного пособия.

–  Э-э-э, ты только дяде твоему не проболтайся. У нас потому все трещины и заделывают сразу же, чтобы такие любители нас не перебили,- встрепенулся Тир.

–  Ага, пусть бы только полезли, - вдруг снова очнулся от мечтаний Пард.

–  Пард бы их всех голыми руками перестрелял, - съязвила Травка. Но парень не обратил внимания на подколку. Его голова была занята какими-то своими мыслями.

–  А вампиры и оборотни есть?
– задал он свой очередной вопрос в тему.

–  Пард, сколько тебе объяснять, нет никаких вампиров и оборотней, и не может быть, - тоном терпеливого учителя, объясняющего таблицу умножения тупому ученику, проговорила Травка.

–  Почему?
– Заинтересовался вдруг Кирилл.

–  Потому что у природы есть свои законы. И не может из человека за 20 лет получиться оборотень. Мутации в наших условиях можно просчитать.
– Травка села на любимого конька.

–  Это как?
– Кирилл почувствовал новую информацию, и даже присел на корточки от любопытства. Ему биологию никто не преподавал.

–  Ну, смотри, - Травка сделала неопределенный жест рукой, видимо, на него и нужно было смотреть.
– Мутанты не появляются из ничего. Они происходят от существующих животных. Радиация - изменяет гены. Знаешь, что такое гены?

–  Нет, - не смутился внимательно слушающий Кирилл. Остальные тоже что-то соображали, смутно припоминая уроки биологии.

–  Это внутри любого организма крошечные такие молекулы, где записана информация, каким быть потомству. Например, человек с голубыми глазами. Это из-за того, что ему достался ген, где записано, что глаза - голубые, а не карие, или зеленые.
– Травка оглянулась, ее внимательно слушали.
– Под действием радиации гены сами по себе изменяются. Например, то место, где записано, что у человека голова одна, заменяется местом, что головы - две. Рождается двухголовый младенец.

–  Да, я видел такого, вот жуть была, но он быстро умер, - отозвался Кирилл.

–  А вот дальше, - продолжал будущий гений от биологии, - дело за жизнеспособностью. Люди за двадцать лет приспосабливаются слабо, потому что все мы - только первое поколение, родившихся у облученных родителей. Нас на станции только восемь детей, а взрослых - около семидесяти, а было раз в пять больше. Но дети либо рождались мертвыми, либо не выживали, типа тех, с двумя головами. Потому что из мутировавших организмов выживают только те, которые приспособлены к новым условиям.