Чтение онлайн

– У меня закружилась голова, и живот как будто пронзило острой болью. Это все, что я помню.
– Я виновато пожала плечами. Этого было мало, чтобы определить диагноз, я и сама это понимала, но большей информацией, к сожалению, не располагала.

– Ну что же, думаю вам нужно поспать, мисс Слинстоун. Вы потеряли много магических сил, но мы уже ввели вам в кровь раствор, повышающий регенерацию и ускоряющий заполнение внутреннего магического резерва. Вам это сейчас необходимо. Отдыхайте, адептка. – И лекарь покинул мою палату. А я еще долго пялилась не верящими глазами в потолок.

Что значит почти пустой резерв? На меня же никто не нападал, или все-таки напал?

С такой мыслью я и провалилась в сон.

Когда я уже в сотый раз спросила лекаря: приходил ли брат, он сдался и признался, что Талина не оповестили о моем состоянии. Я лишь удивленно вздернула бровь и уставилась с неверием на лечащего врача.

– Как это, не оповестили?

– Понимаете….
– Видимо мужчина не знал, как поделикатнее объяснить мне суть вопроса. – Все в курсе, что ваш брат переживает не лучшие времена. Мы подумали, что чем позже он узнает о происшествии, тем целее будет наше учебное заведение.

Я только беззлобно фыркнула. Эта тема с Адорой уже сидела у меня в печенке. Когда же они перестанут мусолить этот слух? Еще компетентными специалистами называются! Сплетники!

– Может вы и правы, - спорить с доктором у меня не было желания. Брат все равно узнает о моем положении в ближайшее время. Понедельник как-никак, адепты вернулись в обитель знаний и, скоро слух достигнет заостренных ушей брата. Тогда мы и поговорим.

– Я хочу встретиться с Ибби. Мне ведь не запрещено вставать?

– Да, конечно, я сообщу адептке Краузден, что вы хотите ее видеть.
– После этих слов лекарь шустро покинул мою палату, а я принялась ждать, когда Ибби меня посетит. По его тону было понятно, что выпускать меня никто не собирается. Ну и ладно, подруга сама придет.

– Привет. Как ты? – Голос у Ибби был еще слабым, но от этого не менее обеспокоенным, чем обычно.

– Не выпускают из палаты.
– Мое лицо озарила гримаса недовольства. – Представляешь, они даже не сказали ничего Талину!

Лицо подруги сейчас выражало такую же степень недоумения, как и мое ранее.

– Что это за дурость такая? Он имеет право знать, да что там, он обязан знать!

– Буду надеяться, что скоро слухи дойдут и до него. Хотелось бы поговорить с братом.

– Мне не разрешили надолго отходить от постели. Сказали, что еще слишком слаба.
– Подруга виновато на меня посмотрела. Я тоже хотела побыть с ней подольше, но рисковать здоровьем Ибби никогда бы не стала.

– Конечно, я все понимаю. Пожалуй, мне тоже не мешало бы вздремнуть.

После ухода подруги я еще долго ворочалась. Но все же уснула.

Не знаю, сколько времени прошло, но дикий ор из приемной моментально привел меня в чувства, сон как рукой сняло.

Только я хотела прислушаться и понять, что там, в конце концов, происходит, как в мою комнату влетел злой, но в тоже время не менее обеспокоенный брат, а за ним с таким же выражением лица… Чейз.

– Да как они посмели не сказать мне! – Вопль Талина резанул мне по ушам, отчего я скривилась и схватилась за разом заболевшую голову.

Брат мой маневр заметил и виновато потупился, после чего спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

– Пожалуй, до твоего прихода мое самочувствие было получше.

– Извини, пожалуйста, я идиот.
– Голос брата был полон заботы и участия и, я больше не могла на него злиться.

– Привет, Даль. Это тебе, - бурый кицунэ положил мне на стол сверток, из которого торчала ножка банана, а еще исходил очень вкусный запах чищеных апельсинов.

Подавив порыв слюноотделения, я с искренностью произнесла: «Спасибо, вы - мои спасители. Еда из столовой, подаваемая здесь три раза в сутки, сводит меня с ума».

Рванув за повязку, я раскрыла сверток и с жадностью начала поедать свежие фрукты. Старалась, конечно, делать это как можно красивее, не хотелось, чтобы Чейз увидел меня в образе изголодавшегося зверя, готового вгрызться в еще теплую плоть своей жертвы. Но как вышло – так вышло.

Друзья-кицунэ с веселой улыбкой смотрели на меня весь процесс поедания мной несчастных фруктов.

– Как это произошло? – задал очевидный вопрос брат, присаживаясь в кресло.

Пересказав ему все, с начала, то есть, с самого моего выхода и встречи Дерека и Сали, задала встречный вопрос:

– Вы что-нибудь нашли?

Друзья приуныли, отчего я поняла – зацепок никаких нет. Но я же точно уверена, что это было неспроста! А мой выпитый резерв просто скулил, указывая на то, что это было покушение.

Кицунэ надолго у меня не задержались, их вызывали в Патруль, причем сегодня они больше не должны были вернуться в ИСМ, но Талин заверил, что проведает меня вечером. Чейзу же предстояло отыгрывать версию с невестой…

К вечеру я чуть ли не волком выла от безделья. Мне стало гораздо лучше, но врачи и не планировали меня выписывать и, лишь безучастно твердили одно и то же: «Вам только кажется, что полегчало. На самом же деле, вам еще нездоровиться». Да как же! Просто держат меня тут как лабораторную мышь, пытаясь решить, от чего я потеряла столько сил и чуть ли не истощила магический резерв. Но это их проблемы! Пусть себе решают ребусы, а я хочу на занятия!

Это я и сказала, пришедшему вечером Талину, и брат, как неудивительно, согласился со мной. Он-то, прошедший обряд слияния со мной, как и все члены семьи, прекрасно чувствовал мое состояние. Что и поспешил высказать лекарям. Те лишь скривились, но привести аргумент в противовес им не удалось, и меня выписали в тот же вечер. Хватит, отдохнула, резерв заполнится и за пределами лекарского крыла, у меня не все так серьезно, по сравнению с Ибби. Пары сами себя не отсидят и зачеты, щелкая пальцами, не сдашь.

Отсидев с горем пополам пары и убедившись, что Ибби и правда идет на поправку, я посеменила в сторону башни воздуха. Нужно было еще подготовить уроки на завтра.

До комнаты я не дошла, встретила Дерека, уже по привычке подпирающего мою дверь.

– Ты задолжала мне прогулку. – У парня явно было приподнятое настроение.

– Погулять по городку ИСМ у нас не выйдет. Сегодня тут парочек и щебечущих подружек столько, что, проходя мимо них, голова начинает болеть. Извини, давай в другой раз.