Чтение онлайн

Солнце уже поднялось над городом, горожане потихоньку выползали из домов на работу или по иным делам. Начинал подниматься шум. Пока мы шли, Дерек общался с Клавдием, узнавал, не писал ли тот семье, не знает ли где те сейчас и все ли с ними в порядке? Предлагал его отпустить, чтобы он мог их отыскать и оберегать. Но Клавдий отвечал, что писал им весточку по прибытии в Обар, просил отвечать на имя профессора в Умбоджу. И к счастью, гонцу удалось застать его семью дома: они как раз собирались переселяться в Вилнорград, чтобы спрятаться под защитой белых стен от бестий.

— Обещали написать, как только обустроятся, все еще жду, повелитель, — продолжил Клавдий.

— Хорошо, только помни: если понадобится, я освобождаю тебя и можешь брать с собой кого-нибудь из ребят, — отвечал ему Дерек.

Часа через два уже показались складские строения. Расположились они среди развалин и руин альдских построек — тут продолжался Отшиб, а значит мы были уже практически у главных ворот. Остановились мы возле вытянутого вдоль переулка здания. Кроме альдского металлического фартука, присущего всякому древнему строению в городе, оно ничем не выделялось. Небольшие квадратные окна были либо плотно зашторены, либо просто заклеены тканью изнутри. Профессор постучал в дверь. И через несколько минут она отворилась. Криг прошел внутрь, следом Клавдий, шепнув нам:

— Чудное место. Здесь и Ходячий город покажется игрушкой.

Мы с Дереком удивленно переглянулись и прошли за порог.

Никого кроме нас четверых в прихожей не было. Я осмотрелся в поисках того, кто мог бы открыть дверь и был поражен. За дверью стоял небольших размеров механизм, отдаленно походящий на альдского голема, но менее изящного. За грудными пластинами у него вертелись шестерни, и что-то мелькало, точно маятник качался. Одно подобие руки было прикреплено к ручке, а второе — к замку. К самому механизму шла цепь, которая крепилась к шестеренчатому колесу. Она едва заметно дрогнула, точно кто-то за нее потянул, колесо прокрутилось и механизм, проделав несложные движения, затворил дверь и задвинул замок.

— Леонард, — закричал профессор, — это Криг Бертон и Клавдий Марек. Я привел своих друзей, о которых рассказывал.

— Проходите, я в дальнем зале! — послышался приглушенный крик из коридора.

Криг кивнул нам и, указав рукой в коридор, скрылся в нем. Мы последовали за ним: впереди Дерек, я замыкающий. Клавдий, верно, остался в прихожей.

По мере продвижения по мастерской я все больше дивился. Вдоль голых стен тянулись то какие-то нагромождения то мешков, то обломков и остатков каких-то деталей, а то и тумб, на которые были свалены кипы исписанных листов, книг и инструментов. Мимо проплывали небольшие комнатушки, в которых практически ничего не было видно: свечи в них не горели, а окна были запечатаны. Мгновение спустя коридор окончился просторным залом, как оказалось, одним из трех залов в мастерской.

Здесь стены были завешаны досками, на которые цеплялись листки с мастерски начерченными схемами и чертежами: чего только на них не было изображено, я поражался воображению этого Леонарда. Тут же были и воплощенные творения: под потолком в странном ритме вращались шестерни передвигая небольшую сферу по желобу; на множестве столов лежали, насколько я мог судить, прототипы механизма встреченного на входе, были и совершенно иные подобия големов, которые уже имели и что-то вроде головы и туловища, а также ног.

— Я вам говорил, что Леонард — гений? — шепотом спросил Криг, пока мы осматривали зал.

Я все дивился такому мастерству. Никто из механиков и близко не мог повторить подобные творения. Они ограничивались выделыванием простеньких механизмов и игрушек. Во мне затеплилась надежда, отчего я крепче сжал лямки сумки с чертежами.

Мы прошли в соседний зал за профессором. Множество светильников освещали его, так что даже при плотно закрытых окнах тени были только под столами. Здесь по залу расхаживал голем… Нет, мне, конечно же показалось. Это был лишь механизм, сильно отличающийся от альдского творения, но он очень отдаленно напоминал их. Высокий металлический каркас в виде туловища, закрытого грудными и спинными пластинами, под которыми вращались шестерни, руки с мастерски выделанными ладонями и фалангами пальцев, ноги с простенькими стопами, верно, устроенными так, чтобы механизм был устойчив. Сверху голова в виде шлема, в глазницы которого были вставлены стекляшки. Он шагал, медленно поднимая и опуская ноги, я бы даже сказал, переваливался, но, тем не менее, такого не достигал еще никто. Механизм прошагал мимо нас, чуть не задев профессора (тот успел отстраниться), дошел до стены и замер, обвиснув, точно обессилев.

— Завод кончился, — прозвучал довольно молодой голос.

Говорил худощавый человек, сидящий к нам спиной, за верстаком. Он что-то мастерил, не обращая на нас внимания. Однако после покашливания профессора он отвлекся, отложил инструменты в сторону и повернулся к нам лицом, измазанным черными пятнами, точно от масла. На голове у него были надеты очки-гогглы, на которые были навешаны еще штук десять увеличительных линз различного размера и цвета.

— Рад вас видеть, Криг! — произнес он, стягивая гогглы на макушку и открывая свои голубые глаза.

— И я вас, — отозвался профессор. — Позвольте представить моих дорогих друзей. Архимаг Соворус Марет и, как я рассказывал, драконий повелитель Дерек Гиблер. — Мы поклонились.

— Лео Винарди, — представился механик, вставая со своего высокого стула и протягивая руку. — Это честь для меня познакомиться с повелителем и архимагом.

Дерек пожал ему руку, потом подошла и моя очередь.

Леонард был высок, ростом с Дерека. Молодое лицо с коричневатыми недлинными усами, я бы не дал ему больше двадцати пяти, хотя Криг говорил, что ему двадцать семь. Длинные каштанового цвета волосы, были затянуты в тугую косу, оплетенную покрытым патиной медным кольцом. «На манер альдов», — мелькнула у меня мысль.

Тут же глаза невольно уставились на левую его руку. Вся кисть была металлической. В просвете между пластинками мелькали вращающиеся шестерни, фаланги пальцев были тонкими, точно ветки.

— Неудачный эксперимент, — хихикнул Лео и поднял левую руку перед собой, верно, заметив мой интерес. Он сжал и разжал пальцы, двигались они несколько замедленно, но это было по-своему чудесно. — Был такой взрыв, вся мастерская чуть не загорелась. Пришлось долго мучиться прежде, чем заменить потерю вот этим. Древние альдские чертежи помогли.

— Это правда механизм? — удивленно поинтересовался Дерек.

— Немного неуклюжий, тонкую работу такими пальцами не сделаешь, но что есть, то есть, — отвечал Леонард, точно это было какой-то обыденностью.

— Удивительно! — вымолвил я. — Профессор говорил, что вы мастер, каких поискать, но увиденное мною здесь поражает!

— Криг, вы опять вздумали меня нахваливать? — улыбнувшись, спросил он.

— Нет, что вы? — открестился профессор и усмехнулся.

— Скажите, Леонард, а вот этот механизм, — я указал на осевшую машину, что недавно шагала по залу, — работает подобно альдонерскому голему?

Лео засмеялся, достал из переднего кармана кузнечного фартука ключ и подошел к механизму. Вставив ключ куда-то между спинных пластин, он повернул его раза три и затем вытащил. Машина же после этого снова ожила и стала шагать дальше, дойдя до стены и стукнувшись об нее, она неуклюже развернулась и стала шагать вдоль стены.

— Чудеса, — вымолвил Дерек.

— До гениальных альдонерских големов тут еще работать и работать, — наконец отозвался Леонард, рассматривая собственное творение. — Он заводной, система из пружин, шестерней и шатунов. Хм… Подобно часам! Вы видели такие на башне университета? Принцип схож… Я думаю… Завода хватает на тридцать шагов. Больше они ничего не умеют. Альдские големы — работают от пара и масла, они могут думать… Ну или что-то на подобии. Выполнять поставленную перед ними цель. Я сейчас этим занимаюсь…