Чтение онлайн

Друзья внимательно рассматривали правителей Лайтии. Эбенор был осанистым мужчиной в расцвете лет и сил. Прямые тёмные волосы, ровно прочерченные брови, волнистые длинные усы без бороды, крупное «породистое» лицо с весёлыми глазами — король, безусловно, внушал восхищение женщинам и расположение мужчинам. Мирела была, говоря откровенно, чересчур стройна, из-за чего казалась куда выше мужа, хотя была одного с ним роста. На миловидном лице бросались в глаза тонкий слегка вздёрнутый нос и властный рот женщины, с детства привыкшей повелевать (что неудивительно, если вспомнить, что Мирела была дочерью короля Вишира, правителя лежащего по ту сторону Горной Страны государства Агарии). Поговаривали, что на короля, человека по своей природе весёлого и склонного к приключениям и развлечениям, королева влияла весьма благотворно как женщина с хорошо выраженным чувством долга и ответственности. Во многом именно присутствие рядом такой женщины, как Мирела, помогало Эбенору быть тем «хорошим» монархом, каким его знали подданные и иноземцы.

Когда королевствующая чета разместилась на тронах, трубы умолкли и мальчики-пажи выстроились позади возвышения, лицом к застывшим возле столов гостям. Эбенор знаком поманил к себе следовавшего за ними отрока, который тут же взбежал вверх по ступеням и, обняв его рукой за плечи, громко произнёс:

— Гости моего дворца! Друзья, мои подданные и прибывшие из других мест! Сегодня у нас немалый праздник. Фанаг, племянник моей супруги, королевы Мирелы, пройдя «испытание зверем», доказал, что отныне он уже не ребёнок. Конечно, перед тем, как доказать своё право именоваться мужчиной, ему ещё предстоит пройти не менее опасное, но куда более приятное испытание, — король весело подмигнул сначала Фанагу, затем всем присутствующим: мальчик в мгновение ока покраснел до кончиков ушей, а гости засмеялись нескромной шутке правителя. Эбенор, довольный собственным остроумием, от души захохотал, но тут же постарался сдержать себя, еле слышно пожурённый Мирелой («ну перестань, не смущай мальчика…»), и вернуться к серьёзному разговору.

— Итак, сегодня мы празднуем это особое в жизни Фанага событие, важное для каждого мужчины. Наполним же кубки!

С разных сторон на возвышение взбежали пажи, заблаговременно запасшиеся кувшинами, и осторожно налили тёмно-красное искрящееся в лучах клонившегося к закату солнца вино в золотые королевские кубки. Тем, чьи места были за ближним столом, кубки наполнили шныряющие рядом слуги; остальным гостям пришлось позаботиться о себе собственными силами. По залу волной пронёсся звук журчащей жидкости и переставляемых с места на место кувшинов. Подождав немного, король и королева встали и Эбенор, подняв кубок, громко выкрикнул:

— Пусть же жизнь этого вчерашнего ребёнка, а сегодня юноши, будет долгой, беспечальной, непраздной и счастливой!

Казалось, стёкла огромных окон дрогнули от единодушного оглушительного возгласа:

— Пусть!!!

Все приложились к кубкам. Кто-то выпил содержимое залпом, другие, более сведущие в пирах, лишь слегка пригубили — поспешишь напиться на пиру, домой не скоро попадёшь. Зихий, отпивший из кубка еда ли десятую часть, с восхищённым изумлением смотрел на Зеникса, осушившего свой кубок одним глотком. Пока гигант, удовлетворённо крякнув, утирал губы рукавом, Древославный наклонился к нему и поинтересовался:

— Не боишься с такой скоростью пить? Захмелеешь, мы тебя отсюда не вытащим…

Зеникс отмахнулся и потянулся за лежащей неподалёку зажаренной в чесночном соусе оленьей ногой:

— На меня вино не действует. Сколько ни выпью, всё нипочём.

— Вообще не пьянеешь?

— Будто воду пью.

— Вот бы мне так.

— Что, вино любишь?

— Ну как… От кубка-другого не откажусь. Напиваться не напиваюсь, конечно. Но если лишнего хлебну, на утро плохо…

Зеникс, занятый поеданием оленьей ноги, пожал плечами: мне, парень, эти проблемы не знакомы. «Ну не может быть, чтобы вообще на него выпивка не действовала» — подумал Зихий и повернулся к Лейрусу. Тот, слышавший весь разговор, опередил вопрос Зихия ответом:

— Он в самом деле от вина не пьянеет. Да что вино — всякие зелья и даже яды Зениксу нипочём.

Зихию оставалось только удивлённо покачать головой, что он и сделал. В этот момент он случайно посмотрел на Побидоса: вельможа, нахмурив брови, зловеще смотрел на него. Древославный в ответ показал ему язык, заставив хранителя библиотеки растерянно моргнуть — ему, наверное, никто ни разу в жизни язык не показывал. Девушка в голубом платье, сидевшая подле Побидоса и также наблюдавшая за Зихием, заливисто и громко рассмеялась. Суровый взгляд вельможи заставил её смолкнуть, но взгляд девушки продолжал следить за Зихием, который, довольный своим очередным подвигом в столице (восседает практически по соседству с королём, язык высунул по адресу влиятельного вельможи — геройство за геройством…), задорно улыбнулся соседке Побидоса. Девица подарила в ответ еле заметную короткую улыбку, моментально исчезнувшую под повторившимся подозрительным взглядом ещё более помрачневшего вельможи.

После того, как гости утолили немного свой голод (некоторые специально ничего не ели с самого утра, чтобы сполна отведать от королевских щедрот), в тронном зале начались разнообразные забавы. Сначала выступали хмурого вида субъекты с дрессированным диковинным зверьём с побережья Океана — длинными блестящими животными, лишёнными меха, походившие бы на разъевшуюся змею, кабы не морды, смахивающие на головы оленей, да не четыре плоских похожих на маленькие корыта лапы с короткими когтями. Эти странные создания вставали на голову, удерживаясь только на кончике носа; ловили головами бросаемые в них с большой скоростью и в немалом числе деревянные обручи, а затем незаметными движениями швыряли их на расставленные вокруг шесты; вставали на задние лапы и вполне сносно дрались с теми из гостей, кто вызывался вступить в единоборство. Парочка чересчур самонадеянных и не слишком уже трезвых «храбрецов» были повалены на пол размашистыми ударами зверей. Зеникс, насмотревшийся на мучения гостей, собирался было сам отправиться сразиться с чудного вида умноглазыми животными, но Зихий охладил его пыл:

— Куда ты собрался? Зверушек избивать? А говорил, что вино на тебя не действует…

Океанские диковины так и покинули импровизированную арену непобеждёнными, удостоенные одобрительных возгласов Эбенора. За ними последовали жонглёры факелами, устроившими настоящую пылающую круговерть. Потом были танцы невероятно гибких девиц, гнущихся едва ли не пополам и скрещивающие ноги за шеей. Когда в зале появились шуты, затеявшие уморительные игры с нелепыми хороводами, прыжками и гримасами, более половины пирующих уже слабо следили за происходящим — крепкое старое вино из королевских подвалов давало о себе знать. Всё чаще слуги выносили за двери бесчувственные тела гостей. Уже наступила ночь, но в зале было светло от множества светильников, расставленных где только можно.

Король тоже немного пресытился представлениями и стал беседовать то с одним, то с другим из сидевших за ближним к трону столом. Наконец, он обратился к Ширелу:

— Ширел, друг мой! Очень рад тебя видеть! Мирела подтвердит — не далее как позавчера я говорил: «что-то давно не видел я Великого Мага».

Королева с дружелюбной улыбкой кивнула:

— Это так. Я тоже рада твоему приезду, Великий Маг.

Волшебник с достоинством поклонился.

— Благодарю вас, ваши величества.

— Где же ты так долго пропадал? — спросил король.

— Дела.

— И наверняка сюда ты приехал тоже не просто так.

Ширел с наигранной ошеломлённостью развёл руки в стороны.

— Вы, видимо, читаете мысли, ваше величество. Впору не меня, а вас именовать Великим Магом.

— Да ладно, ладно тебе, — махнул рукой Эбенор, не скрывая того, что лестное замечание мага ему весьма приятно.

— Если уж вы обладаете такой проницательностью, то наверняка догадались, что именно дело привело меня сюда.

— Вот как?

— Да, и в ваших силах помочь мне, ваше величество.

— Что ж, говори. Я с радостью тебе помогу, Ширел.

— В вашей библиотеке находится манускрипт, с которым мне крайне важно ознакомиться.

— Ну, так весьма кстати с нами и хранитель библиотеки. Побидос!

— Слушаю, Ваше Величество!

Лейрус, наблюдавший за Побидосом, заметил, что при упоминании Ширелом королевской библиотеки лицо вельможи на долю мгновения вспыхнуло злорадной усмешкой. «Просто так мы в библиотеку не попадём» — понял Лейрус.

Эбенор между тем продолжал: