Чтение онлайн

Не должны были меня у озера дальнего видеть, поэтому бросила корзину свою в камышах я, чтобы потом за ней вернуться, поспешив скорее в лес, а там кузнец с глазами перепуганными и волосами взъерошенными, что сразу сердце мое дрогнуло, понимая, что случилось худое что-то, иначе стал бы он меня в лесу-то искать, да звать?

Кинулась к нему скорее в глаза его заглядывая и услышать боясь, когда он за руку меня схватил за собой к деревне увлекая:

– Бабушка твоя! Плохо ей совсем! Задыхается, умирает!

Словно сердце мое на куски окровавленные разорвалось, отчего дышать не могу, рыдать не могу, стою на месте, словно корни в землю пустила, а он все тянет за собой, рукой в даль показывая:

– Скорее! Успеть тебе надо! Конь там мой, поехали! Сама можешь не успеть добежать то!

Лишь тогда смогла я ногами шевелить, бросившись за ним к опушке лесной, где и правда конь стоял, фыркая и ногами землю воротя, словно испугавшись чего, но не думала я об этом, в слезах за кузнецом к коню кидаясь, когда он сам в седло влетел ловко, и мне помог запрыгнуть, ногами его ударив и направляя вперед скакать со всей силушки.

Рыдала я, слезы вытирая и света белого не видя, слыша лишь как сердце мое колотиться, не силах с родным человеком проститься и от себя отпустить ее, когда счастье так близко было уже, да как конь фыркает и пыхтит, летя со скоростью такой, словно сам бес за ним гнался….

…потому сквозь пелену слез и поняла не сразу, что и деревню-то нашу мы проскакали, устремляясь куда-то!

Лишь когда рычание в глубине души своей услышала, да крик оглушающий Повелителя своего в голове, вздрогнула вся, видя, как и лес уже за спиною моей оказался, и деревня, и бабушка, да только кузнец останавливаться никак не собирался.

– Что делаешь ты?!! А как же бабушка моя?!!
– кричала я, пытаясь из рук его сильных и жестоких вырваться, да поводья натянуть, чтобы заставить коня остановиться, да только куда мои силы против его?

– Все равно моею будешь ты!!!
– закричал в ответ кузнец, еще сильнее меня руками своими сжимая, словно кости сломать готов был, да коня бедного подгоняя криками и хлыстом, чтобы скакал он, пока дух свой не испустит, - Не смогли тебя выкрасть пришлые, замерзли глупые в лесу, у самой деревни, словно и впрямь все силы природы за тебя горою встали!

И страшно мне стало от мысли о том, что те мужчины за мной шли и поплатились за это жестоко, попав в руки Повелителя моего, и навсегда оставшись ледяными статуями бездушными.

– …а как же бабушка моя?!...

– Да что с нею ведьмой старой будет?
– усмехнулся он жестоко и злобно, глазами своими яростными и бесстыжим по моему лицу скользнув, когда поняла я, что обманул он меня, - И тебя ведьмой вырастила! Но ничегоооо, знаю я как это исправить! В церкви нас обвенчают, всю дурь эту ведьминскую я из тебя выбью, а уж как вернемся, то никто и слова не скажет! Моею ты будешь!! Испорченная никому не нужна будешь, и в округе все согласятся! Правду говорил мне отец, что ты как плод запретный! Чем больше отговаривают от тебя, тем сильнее вкусить хочется!

А у самого глаза так и светятся безумием, словно не ведает он что творит, боль мне причиняя и планы свои замышляя, не понимая, что на гибель себя обрекает!

Не слыша, как кричит в голове моей Повелитель мой снежный, землю на части разрывая да так, что даже небо содрогнулось испуганно громом ахнув.

– Остановись, пока не поздно!
– кричать я пыталась, чтобы услышал он меня через безумие свое и стука копыт коня ретивого, в руки сильные впиваясь, и отцепить от себя пробуя, да только безуспешно, - Другому я принадлежу!

Но это еще больше кузнеца разозлило, когда с криком он за шею схватил, поперек седла укладывая, чтобы душу всю выбить рукой своей, что на бедра мои с силой опустилась да так, что взвыла я, беспомощно за горячие бока коня хватаясь, и понимая, что земля под копытами его содрогается, а деверья за спинами нашими валятся, словно спички, корнями своими вековыми со стоном переворачиваясь.

– Оставь меня и беги, пока не поздно!! Погибель настигнет тебя страшная!!
– все равно кричала, понимая, что уже ничего не спасет кузнеца глупого, потому что вырвался Повелитель из земли жаркой и дело времени только, а настигнет нас даже если на другом конце света был он.

– Совсем ополоумела ты, девка!!
– закричал кузнец, слова мои слыша и видимо нутром своим чуя, что не лгу я, а предупреждаю из сил последних, когда вцепилась в ногу его зубами, пока не взвыл он от боли, а я вкус крови его не почувствовала даже через ткань плотную, полетев головой вниз с коня, оттого что поводья натянулись и кузнец, словно мешок меня скинул на землю горячую, сам с него спрыгивая.

От удара я едва дышать могла, не в силах на ноги подняться и ладонями в землю упираясь, ощущая, как она с каждой секундой все горячее для меня становится, словно лава прибывает и жгется так, что невыносимо мне.

– Беги отсюда, беги…не будет тебе спасения, но может хоть пару часов поживешь, покуда погибель тебя не настигла, - шептала я, морщась от боли и пытаясь глазами отыскать себе прибежище от жара невыносимого, который все сильнее становился, словно сама земля воспалилась, а я в сон свой попала, пытаясь глазами хоть один камень отыскать.

Да разве слышал меня кузнец глупый, снова ко мне кидаясь и рукой замахиваясь в безумии своем, но только ударить не решился, вдруг в ужасе отшатываясь, словно рога на мне выросли.

Только все гораздо хуже было, и не было больше времени у него, чтобы смерть свою страшную отсрочить, когда земля под ногами нашими содрогнулась вся, отчего все камни в округе подпрыгнули испуганно, и последние деревья со стоном повалились в борозду глубокую, словно в могилу падая, а кузнец пошатнулся, глаза округлив и не веря тому, что видел.

Из земли прямо, что стонала и расползалась, змей черный появился.

Смерть его страшная.

Любовь моя с глазами голубыми.

Даже закричать кузнец не успел, тут же в лед обратившись, стоило только глазам голубым и полыхающим яростью нечеловеческой на нем остановиться.

Так и застыл он изваянием бездушным со взором, в котором весь страх человеческий отразился при виде смерти истинной, которая шипя метнулась к нему, оплетая кольцами тела длинного и могучего с силой такой, что на мелкие части статуя эта развалилась…страшно и жутко смотреть было на это, видя, что в кусках того, что человеком было даже кровь застыла, рассыпаясь по земле теперь, словно камни драгоценные были это.

Старалась не смотреть на это я, глаза отводила, и плакала от горя, что виной смерти стала страшной, и улыбалась радостно сквозь слезы Повелителю своему, которого раньше времени установленного увидела, ощущая, что земля все горячее становится, так, что невыносимо уже на ней находиться….и слыша, как шипит в ранах жутких и глубоких кожа на змее черном, который кровью истекает, словно поджаривается на земле этой.