Чтение онлайн

И ведь нет рядом его, а помощи столько, сколько от реального бы мужчины не дождалась, не допросилась бы!

– Спасибо тебе за заботу твою и нежность снежную, Повелитель…

– Собирай скорее рыбу, душа моя, пока она ко льду не пристыла, - и голос такой мягкий, словно снег пушистый, в котором зарыться хочется, и уснуть в нем не зная ни боли, ни печали, ни трудностей жизненных.

Мелкая рыбка все таки успела ко льду прилипнуть, когда я улов свой завидный собирала, поэтому пришлось искать ветку покрепче и поострее, чтобы отскабливать ее и в корзину собирать.

Так делом своим увлеклась я, что не сразу заметила, что не одна теперь у озера дальнего, куда люди из опаски и не приходили ни летом, ни зимой, а углядев вздрогнула всем телом, замерев испуганно.

Сидит волк черный, да огромный такой, что и моргнуть страшно.

Сидит спокойно на пригорке и за мной наблюдает…а глаза то у него голубые, словно небо чистое над головой моей в это морозное утро.

– Хотела ведь меня увидеть, ненаглядная моя, и снова растерялась вся, - голос прозвучал в голове ласково и явно улыбаясь, а потом и вовсе рассмеялся, и засияла морда волчья, словно на самом деле улыбаясь мне, видя, как я ахнула, прижав ладони к лицу своему и глядя восторженно на хищника огромного:

– И волком быть можешь?

– Кем захочу быть могу, - прозвучал голос в голове моей, когда волк улегся на снег, глядя на меня глазами своими голубыми так пристально и так…влюбленно.

А уж как я собрала рыбу всю, на лапы свои длинные и могучие поднялся, махнув большой головой черной снова на тропинку:

– Идем домой, душа моя. Бабушка твоя проснулась уже.

Я и вздохнуть не могла, глядя, как волк ко мне спрыгнул с высоты немалой даже не напрягаясь, и зубами взял корзину, полную рыбы, в глаза мне глядя взглядом своим осмысленными и ярким, что я прищурилась, улыбаясь ему, но не решаясь коснуться, даже если по телу дрожь прошла, оттого что рядом был Повелитель мой снежный.

Впервые так близко, что в глаза его смотрела!

Что смогла ощутить его дыхание морозное и аромат свежий настолько, что дыхание перехватывало!

Впервые ощущала я его возле себя, что кончики пальцев покалывало от силы его неземной, которую человеку и ощутить неведомо, видя, как волчья морда черная снова будто улыбается за собой маня в дорогу.

Послушно зашагала я за ним на ногах своих дрожащих, спотыкаясь постоянно, потому что глаз отвести не могла от тела звериного большого, где под шерстью мягкой выпирали мышцы крупные и упругие.А шерсть то какая! Словно соболиная! Каждая волосинка вся блестит от силы и здоровья, так и тянется рука, чтобы к ней прикоснуться, что в лучах солнца переливается вся и манит к себе, да смущена слишком, чтобы позволить подобное.

Так и шла за волком огромным, тайком рассматривая его и улыбаясь смущенно на смех Повелителя моего снежного, который смеялся в моей голове чувственно и хрипловато:

– Нравится, ненаглядная моя? Смотришь на меня, глаз своих не отводишь, с пути праведного меня сбиваешь глазами своими!..

Но когда волк остановился неожиданно и замер весь, я сразу и подумать не могла, что случилось что-то.

Лишь когда увидела, что шерсть черная на холке дыбом встала, и зарычал низко и утробно зверь, так, что земля, замерзшая и снегом запорошенная, под моими ногами задрожала, поняла, что злиться Повелитель мой, и страшно стало.

Не за себя.

Оттого, что ярости его не видела никогда и силы нечеловеческой не представляла.

А он поставил корзинку аккуратно на снег рядом с моими ногами, да прыгнул вдруг с силой, ударившись о землю так, что столп снега ввысь взвился, глаза мои застилая от света белого, а когда осели последние снежинки, передо мной медведь оказался!

Да такой огромный, что я на пару шагов назад отступила, в первую секунду испугавшись от всей души зверя, который надо мной возвышался, выше дома моего!

Разве в природе существую звери такое огромные да черные?

Нет! Повелитель это мой!

Его голос слышала в себе как всегда завораживающий и ласковый, который проговорил приглушенно и в этот раз напряженно как-то:

– За мной иди, душа моя. Спрячу тебя от глаз мира этого. Будешь в укрытии меня ждать.

Взял медведь корзину, сжав клыками острыми и оглянулся на меня, в глаза посмотрев взглядом своим голубым, который не менялся кем бы Повелитель не представал предо мной, и оставался все таким же пронзительным, но мягким и ласкающим, как и голос его незабываемый.

Поэтому без боязни зашагала я за медведем громадным, с удивлением отмечая, что он на снегу следов не оставляет, словно парит, даже если казалось мне что по земле идет он.

Привел меня медведь к берлоге пустующей.

Первым делом сам в нее заглянул и поставил в самый дальний угол корзину с рыбой, что уже замерзла и льдом покрылась, кивнув мне забираться следом:

– Здесь жди меня, душа моя. Из берлоги не выходи, что бы не услышала ты.

Я лишь закивала растерянно, понимая, что происходит что-то, и глядя глазами огромными на зверя прекрасного и мощного, что посмотрел в мои глаза еще пару секунд и вылез поспешно, словно боялся, что рядом со мной навечно останется и уйти больше ни за что не сможет.

Хорошо, что холода я не чувствовала и не боялась ничего больше, пока рядом со мной Повелитель был, поэтому устроилась в берлоге просторной, подтянув к себе колени и положив на них голову свою, потому и увидела, как медведь о землю лапами стукнул, что снова она вся содрогнулась, и вихрь снега столбом поднялся, а из вихря этого птица вылетела - черный ворон, что был крупнее любого орла или ястреба!

Улетел Повелитель мой многоликий, лишь голос его шепчет мне успокаивающе:

– Ничего не бойся, дитя моё. Всегда я рядом с тобой, ни за что тебя в обиду не дам.

И я верила! Поэтому и сидела спокойно, перебирая руками, что не замерзали, рыбу свою, когда вдруг услышала, что ветер страшный поднялся, да снег полетел хлопьями такими большими, что света белого не видно.

Вмиг берлогу сверху засыпало, а я сижу, словно в домике своем, где тепло, тихо и спокойно, прислушиваясь, как трещат деревья от ветра штормового и завывают волки где-то на окраине, что аж кровь в жилах стынет, а сама понимаю, что это все Повелитель мой лютует, и представить страшно, какого же оказаться в непогоду такую в лесу снежном. Погибель это.

Под вой ветра задремала я даже, к себе прислушиваясь и ожидая, когда голос Повелителя позволит мне на свет белый выбраться, когда неожиданно земля надо мной задрожала и послышался топот копыт, да не один, а за ним и голоса мужские, словно прямо над берлогой остановились они, отчего я испуганно к стене заледеневшей прижалась, боясь, вдруг верх обвалиться.

Ни холода, ни зверей лесных я не боялась, а что же будет, если земля меня погребет под собой?Успеет ли Повелитель мой снежный помочь и вовремя до меня добраться, даже если и земля его была?