Чтение онлайн

— Сина!

Она обернулась на окрик.

Ньял вышел из тени. Сина потянулась к нему, и он взял ее руку, держась со странной торжественностью.

— Мне так и не представилось случая поздравить тебя с обретением Дара. Ты сказала, это Дар Пророчества?

— Да.

— Я счастлив за тебя.

— Мне так жаль, Ньял. Я пыталась отвергнуть Дар ради нас с тобой, но я не могу. Больше не могу. Я не хотела Дара. Я хотела только быть с тобой.

Ньял сжал ее руку.

— Мне надо было убежать с тобой, когда ты просила об этом.

Сина улыбнулась:

— Тебе не судьба была убежать.

— Тем хуже для тебя и Морбихана.

— Ньял, это неправда!

— Я убил нас всех, Сина. Если бы я не опростоволосился на лугу, вы бы спаслись.

— Ньял…

В слабом предрассветном свете было видно, что он тоже изменился. Похудел, оброс бородой. Его серые глаза потускнели от горя. Но главное, он был жив, и это придало Сине сил.

— Ты не понимаешь, любимый. — Сина забрала у него руку и попыталась его обнять.

Ньял отвернулся, страдание изменило его голос.

— Гном, который выковал мой меч, сказал, что Магия и предательство станут светом и тенью моей жизни. Сина, ты мой свет, но я навлек предательство на всех нас.

— Неправда, — резко ответила она.

Ньял коротко и резко рассмеялся.

— Я думал, что предадут меня, и я был готов к этому. Но преданы все, кого я любил. Предательство накрыло своей тенью всех и вся: Телерхайда, Брэндона, Морбихан. И теперь Черные Щиты собираются покончить с нами. Они собираются уничтожить Морбихан, и не осталось никого, чтобы остановить их.

— Ш-ш-ш. — Сина прижалась к Ньялу и прервала его речь легкими поцелуями. — Не говори так, — нежно проговорила она. — Не думай так.

Она чувствовала, как Ньял ускользает от нее. Такое уже было однажды, но в этот раз казалось, что он страшно далеко от нее и падает в темную яму.

Ньял взял ее руки, прижал к своей груди.

— Ты слышала, что сказал Мати: мы ничего не сможем сделать! Из-за меня умирает Тим, многие тролли уже мертвы. Кто бы ни был мой отец, я проклинаю его. Он породил ублюдка, который губит все кругом!

— Ньял, прекрати! — резко сказала Сина. — Не говори так. Не думай так!

Бихан заржал около стены:

— Спокойнее, Сина, спокойнее. Он не способен сейчас слышать тебя.

Пони подбежал к ним. Насторожив уши, он пристально посмотрел на измученного человека.

— Ньял, если бы ты мог иметь все, что захочешь, чего бы ты пожелал?

— Умереть! — крикнул Ньял с мукой в голосе. Сина попятилась.

— Нападение! Нападение! — закричал на стене какой-то тролль.

Мати побежал к стене, на ходу натягивая лук.

— К стенам! — крикнул он. — Ворота взяты!

Отряд Черных Щитов пешком перешел луг и, воспользовавшись неожиданностью, взял ворота. Двух троллей убили, остальные в страхе бежали. Вражеский полководец шагал вперед, его отряд за ним.

Еще на середине двора выхватив из ножен Огненный Удар, Ньял с разгона налетел на полководца. Не готовый к столь яростной атаке, полководец отступил, защищаясь. Ньял колол и рубил короткими сильными взмахами, на лезвии Огненного Удара вспышками драгоценных камней заблестела кровь.

Взревев, еще один вражеский воин присоединился к схватке. Его меч искал горло Ньяла. Остальные окружили сражающихся. Ньял взмахивал Огненным Ударом, расчищая пространство вокруг себя, рубя Черных Щитов справа и слева. Ярость ослепила его, и он даже не почувствовал, как чей-то меч рассек его бедро. Он продолжал сражаться, пока его не настиг второй удар. Ньял пошатнулся, а через минуту уже лежал на земле, пытаясь отбиться от ударов.

— Мати! Быстрее! — заржал Бихан и бросился к воротам.

Первый Черный Щит едва ли был готов к атаке взбешенного пони и закричал от боли, когда копыта Бихана вбили его в землю. Лягаясь и кусаясь, маленький пони пробился в самую середину схватки. Ньял по-прежнему лежал на земле, сражаясь уже голыми руками. Ухватив Ньяла за воротник, Бихан поволок его назад, к середине двора.

— Стреляйте! — крикнул Мати, как только пони вырвался из круга. Град стрел обрушился на захватчиков. Никто из них не уцелел. — Снимите с трупов оружие и доспехи, — кратко приказал вождь троллей. — Потом свалите тела перед воротами. Устройте заграждение для их товарищей, чтобы они хорошенько подумали, прежде чем снова наступать.

Бихан волочил Ньяла по земле, направляясь прямо к Сине. Ньял ухватил пони за ноги и старался остановить его, но тут их догнал Мати.

— Никогда не видел никого более храброго или более глупого и даже не думал, что человек на такое способен! — воскликнул Мати, передавая Ньялу его меч. — С тобой все в порядке?

Отцепившись от Бихана, Ньял, пошатываясь, встал.

— В порядке, — сказал он.

Путаясь в юбке, Сина подбежала к ним.

— Ньял, что случилось?

— Черные Щиты напали, — объяснил Мати.

— А потом Ньял напал на них, — хихикнул Бихан. (Ньял подумал, что смеяться тут вовсе не над чем.) — На двадцать сразу!

— Ты ранен! — воскликнула Сина. — Ты нужен нам, Ньял. Ты должен быть осторожнее!

— Я здоров, — настаивал он.

— Тогда почему у тебя идет кровь?

Сина встала на колени, чтобы осмотреть его рану. Кровь текла по ноге, и ботинок был мокрый.

— Со мной все в порядке! — взорвался Ньял.

Сина удивленно отдернула руку.

— Ньял, у тебя рана от меча…

— Какая разница? Оставь меня в покое! — Он вырвался от нее и зашагал по двору, подальше от любопытных глаз.

— Клянусь Законом! — Сина изумленно провожала его взглядом, сжав кулаки. Потом резко повернулась и зашагала в противоположном направлении. — Доверься Магии, доверься Магии, доверься Магии… — повторяла она вполголоса.

С ночи убийства Фаллона эти слова стали ее единственным заклинанием. Они приносили ей чудесную ясность ума, помогли сосредоточить ее магическую силу на похоронах Фаллона и у троллей в лагере. Но сейчас гнев сжимал ее грудь и сдавливал горло. Та же ярость, что заставила Ньяла напасть на двадцать воинов, вызвала гнев в ней. Сина остановилась посреди раненых, плотно закрыла глаза и попыталась очистить ум.