Чтение онлайн

– Хорошо, предложи иной вариант.

– Чувства, мы сразимся в тайном мире чувств. Ты далеко не та, за кого себя выдаешь, и я докажу это. Опусти оружие. Оно нам больше ни к чему.

– Хорошо, — я опять согласилась, прикинув, что, если что, то я его и голыми руками придушу. И вздрогнув, внезапно поразилась — на краю пропасти стояла маленькая девочка со светлыми реденькими волосенками на головке и застенчиво глядела на меня.

– Мне страшно, — она тихо заплакала. Возьми меня на ручки, спаси.

Это была та девочка, что на Солеа попала под лошадь. Она молила о помощи. Я задохнулась, но странно, не почувствовала боли сострадания — дух, давя на давно забытое чувство, тянул меня к себе. Блеснуло жадное жало, оно страстно желало меня. Сделав шаг, я остановилась, Кольца до ломоты сжали мне пальцы.

– Я не спасаю детей. — И огненный вихрь из моих глаз скрыл маленькую фигурку, я слышала её отдаленный жалобный плач, но мне было все равно. Лишь пепел полетел по ветру.

– Солнечная, — мне хитровато подмигнул Гимли, опираясь на свою неизменную секиру, он поманил меня пальцем. — Пошли мифрил рыть. Я знаю такую роскошную шахту! Предлагаю как другу — честно поделим все пополам Пятьдесят на пятьдесят. Согласна? Отравленное лезвие хищно блеснуло…. и разлетелось на мелкие кусочки.

– От друзей одни неприятности!

– Эльфарран, любимая. — Это уже Леголас звал меня. Я, покорно подчиняясь воле его глаз, сделала шаг навстречу. — Приди, и останься со мной навсегда.

Последнее чувство, чувство любви, решило исход битвы. Я знала, что в его рукаве спрятана отравленная игла, но…

– Я иду к тебе. — Бросившись навстречу, беззаботно протянула ему руки. С мягким довольным урчанием ятаган вошел в сердце моего обожаемого мужа.

Инкуб не мог поверить, что в последний момент что-то сорвалось.

– Ты же эльфийка, — он упал к моим ногам, — почему?

Вытерев измазанный черной кровью клинок о его же одежду и повернув к себе остекленевшие глаза, я ядовито прошипела:

– Я не люблю, своего мужа.

Ошибка его была в том, что он попытался связать меня самым главным чувством. Он сделал ставку на любовь и проиграл, откуда ему было знать, что у меня нет сердца. Подняв отравленную иглу, я беззаботно приколола её на воротник — с детства не люблю разбросанных иголок, так и уколоться недолго.

– Теперь вы, ребята, ваша очередь, — махнув своим, я послала воинов в бой, и словно прорвав пелену страха, орки первыми ринулись на инкубов, с рычанием, они опрокинули первые ряды духов, с дальнего фланга произвели первый залп эльфы, и их стрелы быстро нашли своих жертв, демоны расправив крылья, ринулись на противника сверху.

– Убейте их, — я в последний раз грозно крикнула и сорвала голос. — А ладно, моя миссия выполнена, они сами ввязались в драку, значит сами и распутаются. Осторожно спустившись с каменной возвышенности, нашла глазами единственную полянку и устало опустилась на траву. Шум битвы нарастал, вой, подобный реву медных труб, грянул над толпой.

– Гоблины пошли в ход, — равнодушно отметила я.

Ко мне подбежал запыхавшийся Чаки.

– Ты чего расселась, ещё один налет и мы подавим их.

Тяжело охая, я полезла на ящера — отбитая спина ныла не переставая. Назгул заученным жестом подставил мне под ногу свою руку и подбросил в седло. Разобрав поводья, я рысью тронула ящера с места.

– Корону забыла, — подпрыгивая, Чаки из последних сил бежал за взлетающим ящером, протягивая мне походный венец.

– Угу, — я покрепче надвинула на лоб неудобный ободок и стала набирать высоту.

Гвардия встретила меня радостным воем, сложив крылья, мой ящер резко спикировал в самую гущу противника, хотя я его об этом не просила. Подавляя приступы тошноты, я вцепилась в седло, весь мир поплыл у меня перед глазами, как во сне взлетали мечи, крутились цепи булав, стрелы, словно осы, впивались в тела врагов и валили их навзничь. Я видела, как подошедшее подкрепление, состоявшее из ополчения гномов, смяло правый фланг противника, а с левого уже наступали эльфы, а в центре билась я в окружении верных урук-хаев. Точнее, как и подобает предводителю войска, я во все стороны крутилась на ящере и грозно размахивала ятаганом за спинами своих воинов, стараясь не попасть под мечи орков.

Мы наступали по всем флангам и, поняв бесполезность сопротивления, инкубы остановились, опустив призрачные руки, они сразу как-то сникли, сползались в центр поля и прижались дрожащими спинами друг к другу. Объеденные силы мира Арды, окружили их.

Все ждали моего решения.

Я видела как развеваются черные плащи назгулов, как блестят вороненые доспехи демонов, слышала как тяжелой поступью громыхали орки и пыхтели тролли. И внезапно почувствовала всю горечь поражения врагов, их разбитые надежды. Воспоминая резанули мою опустошенную душу. Когда-то давно я, подобно им, стояла одна на пустынной неизвестной дороге, прижимая к груди своё единственное сокровище — лук без тетивы. Ветер трепал старое, изорванное платье, было холодно и страшно. Может, именно тогда я и объявила войну всему миру. Как песочный замок, упрямо складывая щепочки — воспоминания, придорожные камушки — чувства, потерянные перышки — боль сердца, я построила свой дом — свою жизнь, но когда он стал Минас-Моргулом, вдруг поняла, что запуталась, запуталась в своей ненависти и в своей любви. Что же со мной случилось?

Битва закончена, я опять вернусь в свои пронзительно темные башни, буду бродить по пустым коридорам, и мои шаги, будут вспугивать лишь заспанных приведений. Я буду всем навязывать свою волю, буду сердиться, кричать, а по ночам буду рыдать в подушку, от безмерного одиночества. Я так давно не встречалась со своей семьей, с мамой, с друзьями, я готова была сейчас расцеловать всех своих родственников, даже самых дальних. Вот сейчас пойду к эльфам и скажу, что соскучилась, что все эти миры мне не нужны — просто подойду и скажу: "Заберите меня, домой."

Устало качнувшись в седле, я спрыгнула на землю.

– В темницы, на перевоспитание, — решив скопом несколько сотен тысяч судеб, я впервые задумалась о той единственной — своей — судьбе.

Между тем, мои кольца затеяли очередную разборку. Сейчас на поле, ещё сохранив пыл битвы, находились представители как светлых, так и темных сил. И оценив редкость, такой расстановки, кольца одновременно завопили

– Уничтожь орков, — этих грязных приспешников зла!

– Призови барлогов из резерва и сожги эльфов, пусть мрак пепла закроет ненавистное солнце!

– Прикажи — мы достанем назгулов, несколько выстрелов и мир воцарится в Арде!

– Убей рыжих недомерков!

Перебивая друг друга, кричали кольца — завладев моими мыслями, они буквально раздирали меня надвое. В пылу спора они, схватив меня за руки, рванули в разные стороны, и безжалостно распяли между тьмой и светом. Беспомощно закинув голову, я дернулась, в глазах отразилось багровое небо, и вспышка внезапной догадки, потрясла своей простотой.

Сейчас я столкну в последней схватке недавних союзников, и мир рухнет, а инкубы были просто поводом. Светлейшая Галадриель боялась этого, и, все же, она рискнула, отдав мне кольцо света, рискнула в надежде, что я приму правильное решение. Угроза светлому миру? Нет, во мне течет кровь эльфов! Сейчас, сейчас я все сделаю как надо. Только сначала выскажу все, что думаю о лицемерных друзьях.