Чтение онлайн

XXVIII.

Небольшая березовая роща, играя, перешла в смешанный лес. Тропинка вывела на пригорок, и взгляду открылся вид патриархальной природы. Коровы, спокойно жующие подножный корм, небольшое озеро с купающимися детьми. Невысокая лесная трава, привычно вытянувшись к редкому из-за окружающих деревьев солнцу, мягко стелилась под ногами. Приятный, такой редкий в городах колокольный звон наполнил все окружающее пространство чарующим объемом и всколыхнул душу. Давно потерянная беззаботность, словно по мановению волшебной палочки, на мгновение поселилась в груди. Дорожка, в последний раз юркнув средь деревьев и обойдя древний, в несколько обхватов, заросший мхом, и ровный, словно стол, пень, вывела из лесу. Взгляд выхватил раскиданные со всех сторон деревни и златоглавую церквушку. И чуть вдали белеющий монастырь. Множество народу, вероятно, из соседних деревень, и разнообразные священнослужители, колокольный звон и висящая в воздухе легкость собирали даже неверующих. Природа, щедро возвращая посеянное, воздавала одной сельхозкультурой за другой. Ожидание обычных осенних многочисленных свадеб наполняло народ благодатью, и они напористо выражали свое смирение. Люди в радости стремятся сделать всем хорошо и опасаются потерять достигнутое счастье. Природа, увлеченная людьми, замерла, наблюдая действо. Даже легкий ветерок не ласкал листву. Ничто не предвещало близости смерти. Через много дней люди из газет узнают, что маньяк проникнет в храм и убьет одного и смертельно ранит другого служителя. Колокол на мгновение смолкнет от такого безумия. Хорошей работы стилет, украшенный тремя шестерками, вызовет некоторое смущение у прихожан и даст возможность следствию сформировать твердую версию о маньяке-одиночке. Как и в других местах, в разные времена и на разных континентах.

Каменный идол в образе прекрасного юноши задумчиво сидел на лавочке. Пред изваянием, на каменном ложе, возвышавшемся в окружении ковра с высоким пушистым ворсом, заполняющего всю площадь помещения, лежал человек, прикованный к постаменту, лицом к изваянию, в черной, похожей на рясу одежде. Ремень, обхватив рот пленника, удерживал голову в неподвижном состоянии. Руки и ноги удерживались металлическими обручами, прикрепленными к натянутым цепям. За ним стояли: четверо в белом, в виде вытянутого по диагонали четырехугольника, совсем юная девушка, в полупрозрачной тоге, с занесенным над жертвой двуручным кинжалом с раздваивающимся лезвием, и позади нее трое мужчин, завершая ромб, лицом к жертвеннику. В центре четырехугольника, высокая ваза из меди в виде подсвечника курилась благовониями. Языки желто-голубого пламени лизали стены, создавая ощущение нереальности происходящего. Откуда-то издалека полилась негромкая органная музыка, усиливаемая массивностью помещения. Авол и двое стоящие впереди по бокам упали на колени. Жрец, скрестив руки на груди, произнес:

– Ты вновь дал нам его. И взгляд на нас свой устремил. Прими же дар сей!

– Прими! - вторили остальные. И голос, усиленный стенами, словно ураганом, наполнил пространство. Жертва задергалась пред опускаемой смертью, но крепкие путы не дали ему даже сколь-нибудь значительно пошевелиться. Странность происходящего пародировала сон. Прекрасная, совсем юная девочка. Не более семнадцати лет. С распущенными золотыми волосами и ангельским личиком опускала гильотину. Острое лезвие вошло глубоко, но слабых сил не хватило одним ударом проткнуть шею насквозь и обезглавить тело. Вытащив окровавленный металл, она .приникла к шипящему разрезу и стала жадно глотать соленый нектар. Кровь, стекая по ее губам, забрызгала ее легкую одежду, очертив упругую грудь и испачкав лицо. Пресытившись или не выдержав напряжения, а возможно от опьянения недозволенным, она упала, потеряв сознание. Прекрасная, даже окрашенная кровью. В боковых стенах открылись ниши и из каждой вышли по одному человеку, в черных одеждах и скрытых черными масками лицах. Они унесли оставшийся прах. Авол подошел и, подняв жрицу на руки, положил ее на ложе. Затем одним движением, двумя руками, сорвал с нее одежду. Без одежды она выглядела еще лучше. Он раздвинул ее колени и отошел, словно показывая дьяволу ее прелести. Уже уйдя в мир грез, она не выпустила ловаид, и он болтался в ее руке. Авол разжал ее руку и положил его ей в изголовье, острие почти касалось ее волос, потом, подняв глаза, спросил:

– Кто?

Стоящий слева сделал шаг вперед.

XXIX.

Измучившись в бесконечных ожиданиях, Татьяна пошла домой. Как всегда, когда никого не ждешь, кого-нибудь встречаешь.

– Здравствуй, Татьяна!

– Привет, Лада. Куда идешь?

– Просто решила пройтись. Воздухом подышать. А то весь день сегодня дома просидела, надоело уже. Что это ты, невеселая какая?

– Сашка опять исчез. Обещал с утра зайти, до сих пор нет.

– Да все они, мужики, такие. Послушать - так вроде за звездами на небо собрались, а чуть из глаз выпустишь... Да ладно, найдется твой. Никуда не денется. Пошли, вместе пройдемся по бульвару. И ты проветришься, и мне одной скучно не будет.

– Пойдем.

Они пошли неторопливой походкой, вдоль серых зданий и спешащих куда-то людей. Солнце уже перешло свою самую жаркую точку, но еще припекало. Прохожие оглядывались на привлекательную пару, они не обращали на окружающих никакого внимания и изредка обменивались ничего не значащими фразами. Мимо проехала "Волга", с тонированными стеклами, слегка притормозив около них и затем резко дав газу. Разговор не клеился, каждая думала о своем. Пройдя несколько остановок и посетив по пути все представляющие для них интерес магазины, они вышли на остановку. Тут же подъехали белые "Жигули", с синим фонарем на крыше. Из машины вышел средних лет мужчина, в форме.

– Пройдемте со мной, - обратился он к Ладе. - И вы тоже.

– А в чем дело? - удивилась Татьяна.

– Там узнаете. Давайте не будем устраивать скандал. Вы, надеюсь, не заставите меня применять силу? - Он галантно улыбнулся и открыл перед ними заднюю дверь. Девушкам ничего не оставалось, как подчиниться. Уже в машине Татьяна снова спросила:

– А на основании чего вы нас арестовали?

– Вас никто не арестовал. Просто поступил сигнал, что две девушки, красивые девушки, подсыпали что-то двум клиентам. А затем обчистили "друзей" до нитки. Если это не вы, то для вас это простая формальность. Вы уж извините. Сами понимаете, работа такая.

– А что? Мы похожи на "таких"? - рассмеялась Лада.

– Нет, конечно. Мне просто приятно задерживать таких красавиц.

– И надолго это затянется? - Татьяна была не склонна поддерживать фривольный разговор.

– Обычно недолго. Следователь вас посадит рядом с другими и все.

Они подъехали к месту. Милиционер вышел и открыл девушкам дверь.

– Выходите.

Они вышли. К машине подошел человек в серой тройке.

– Привез, - хмуро обратился он.

– В мою машину проводи, я сейчас подойду. - Он развернулся и ушел.

– Вот как раз и следователь. Пройдемте.

Девушек посадили в рядом стоящие спортивные "Жигули", а, возможно, похожий на них "Москвич". За рулем сидел человек в штатском. На машине не было никаких знаков, выдающих принадлежность к соответствующему ведомству. Подошел человек в сером костюме. Сел на переднее сиденье. Неторопливо пристегнул ремень, и машина тронулась.

– И куда вы нас? - весело спросила Лада у пришедшего, тот медленно повернул голову и, смерив ее высокомерным жестким взглядом, повернул голову обратно. У Лады сразу пропало желание продолжать задавать вопросы. Дальше ехали в полной тишине. По мере того как дорога накручивала километры, настроение девушек ухудшалось.

– Куда вы нас везете? - не выдержала Татьяна. - Вы не имеете права взять нас на улице и увозить дальше ближайшего отделения милиции. Если вы сейчас же не отвезете нас обратно - я выпрыгну. - Он так же медленно повернулся и безразличным тоном бросил:

– Ты хочешь, чтобы я одел тебе наручники?

– Я вам не "ты". Как вы смеете со мной так обращаться? - Татьяна уже овладела собой, и в ее голосе зашелестели металлические нотки. Легкая усмешка, не затронув глаза, мелькнула на лице следователя, и он вновь повернулся к лобовому стеклу, и больше уже до конца поездки не поворачивался. Они выехали за город и повернули на узкую асфальтированную дорогу. Дорога привела назад в город к какому-то невзрачному зданию. Машина подъехала к решетчатым металлическим воротам, и шофер посигналил тремя длинными трелями. Почти моментально появился охранник. Судя по внешнему виду, он был явно не спившийся пенсионер, а, скорее всего только что закончивший выступать в большом спорте борец. Ворота открылись, и они подъехали к невысокому, отделанному мрамором крыльцу. Следователь вышел и, не говоря ни слова, открыл девушкам дверь.

– Что это? Куда вы нас привезли? - запаниковала Лада, выходя из автомобиля.

Следователь закрыл дверь и рукой показал на вход в здание. Татьяна, поняв бесполезность всяческих расспросов, решительно поднялась и открыла дверь здания. Лада, боясь расстаться с ней, заспешила за Татьяной. Пройдя небольшой коридор, они вошли в зал. Вид внутри поразил обеих. Что-то подобное они видели только в кино, когда показывали балы во дворцах. Потолок, устремляющийся в небо, множество колонн, стилизованные ковры, низкие полукресла, полудиваны и множество всяких мелких дополняющих деталей, располагающих к отдыху. Помещение явно не соответствовало месту, где допрашивают стражи порядка. Их провели через зал, маленькие уютные комнаты и привели в спальню. Спальня представляла собой средней величины комнату с кроватью, занимающей половину помещения и балдахином над ней, со спускающимися прозрачными шторами. Некоторые дополнительные штрихи свидетельствовали о том, что комната специально была отделана для "определенных" работ. Мужчина вышел, оставив девушек вдвоем.

– Как ты считаешь, что это все значит? - спросила Лада испуганно.

– Я не знаю, но твердо уверена - нас привезли не на опознание.

– Об этом я и сама догадалась. Что теперь будет! Я думала, такое бывает только в фильмах.

– Пока ничего еще не было. Посмотрим, что будет дальше. Главное, держать себя в руках. Мольбы и слезы здесь, судя по всему, не помогут.

– Дверь открылась и в комнату вошла женщина, одетая весьма двусмысленно. Судя по всему, она была незначительно старше девушек, и, вероятно, нравилась мужчинам.