Чтение онлайн

И только взрывные аплодисменты зала на последних аккордах выступления вернули ее в реальность, позволив вновь облачиться в привычную броню цинизма

Все же, в чем-то учитель Эсперансы был прав. Всех знатных и богатых гостей мисс Барет впечатлило выступление. Эти люди редко расставались со своими личинами, слишком привыкли жить в рамках установленного порядка вещей, а живая и свободная музыка Эсперансы поразила до глубины души даже тех, кто давно забыл, что душа у них есть. Эта музыка не переворачивала представления о себе и мире, а деликатно сдувала пыль с тех чувств, что горожане давно не могли себе позволить. Скорее, приятный легкий бриз, освежающий в летний полдень, чем ураган, разрушающий все вокруг. И потому это был триумф.

Когда артисты вернулись в зал после выступления, к ним тут же ринулась толпа поклонников. Эсперанса успела заметить Умку, опасливо отступающую на второй этаж к дамским комнатам, прежде чем ее саму окружило множество воздыхателей, желающих выразить свое восхищение и урвать минуту общения со знаменитостью.

Но внезапно шум бала разорвали женские крики, доносящийся со второго этажа особняка. Чувствуя, как волоски на шее встают дыбом от страха, Эсперанса осознала, что один из кричащих голосов принадлежал Умке. И уже в следующее мгновение она сорвалась в сторону лестницы.

То ли реакция, подстегнутая страхом, то ли цирковое прошлое, позволили ей добежать одной из первых и увидеть чудовищную картину. Хозяйка дома лежала на спине, раскинув руки, в луже собственной крови, вытекшей из распахнутой двери дамской комнаты. На фоне рубиновой в ярком свете лужи, кожа, несомненно, мертвой женщины выглядела так, как будто из нее вытянули все краски. Ее глаза, еще недавно искрящиеся голубые, казались белыми пятнами на сером лице. А на шее чернел глубокий разрез. Умка и горничная испуганно стояли рядом.

Растолкав других зевак, Эсперанса пробралась к подопечной и сгребла ее в объятия.

– Там была тень, темная тень в конце коридора. Нужно проверить, возможно, ее убили и убийца еще в доме. – Тихий голос Умки, более встревоженный, чем напуганный, пробился сквозь панику, сковывающую певицу. Выросшая на улице девушка гораздо спокойнее восприняла столкновение с покойницей, чем Эсперанса и перепуганная горничная, которую била крупная дрожь.

– Да, конечно, но с тобой все в порядке? – Эсперанса все еще прижимала Умку к себе, скорее для собственного успокоения, чем для ее.

– Да-да, я просто попросила горничную показать мне где ванна, а тут она. Но тень! Мы все еще можем ее поймать!

– Даже не вздумай! – Эсперанса почти взвизгнула, – это не наше дело. А тут полно полиции, которая со всем разберется.

Она была готова увести Умку прочь от места событий, когда полиция действительно появилась на сцене. Тифус, в сопровождении непонятно откуда появившихся констеблей, решительно раздвинул зевак, столпившихся в коридоре.

– Дамы и господа, прошу всех пройти в зал первого этажа. Полиция осмотрит место происшествия, проведет опрос свидетелей, и вы сможете отправиться по домам. Прошу вас, ничего не трогайте и сохраняйте спокойствие.

Умка бросилась наперерез детективу:

– Это мы, это мы ее нашли. А там был кто-то в коридоре. Возможно, это был убийца, и он все еще в доме! – ее громкий голос вызвал взволнованный шепот среди собравшихся, но Тифус одним движением прервал возмущение.

– Всем сохранять спокойствие, констебль, проверить коридор, – кивок одному из его сопровождавших, – а вы, барышня, подождите пока вот в этой комнате. Мы закончим с осмотром и выслушаем вас, – с этими словами он ловко направил девушку в одну из соседних комнат и прикрыл дверь, дав знак еще одному констеблю никого туда не пускать.

Этого не могла допустить уже Эсперанса, которая не успела среагировать на эскападу Умки.

– Господин старший детектив, – большой опыт взаимодействия с разными чиновниками позволили ей с ходу определить должность собеседника, а заискивающая улыбка должна была бы расположить его к певице, – но Умка несовершеннолетняя, а я являюсь ее опекуном. Вы не сможете допрашивать ее без моего присутствия и согласия.

– А вы тоже что-то видели? – внимательный взор Тифуса тут же устремился на Эсперансу.

– Да, мы были вместе, – она соврала скорее по наитию, зная, как нервно Умка может реагировать на общение с представителями закона и стремясь остаться вместе с ней.

Но ее чаяниям в этот раз не суждено было сбыться. Детектив кивнул, принимая ее доводы, и дал знак еще одному констеблю сопроводить ее в отдельную комнату, а также спокойно сообщил, что контактировать с кем-то до особого распоряжения с его стороны недопустимо.

Эсперанса оказалась в библиотеке. Полутемная комната, освещённая только неярким лунным светом, проникающим через открытое окно, явно не предназначалась для приема гостей. Тяжелые шкафы, заполненные книгами, бросали на пушистый ковер густые тени. Старинные часы на каминной полке отсчитывали бег минут, комната застыла в тревожном ожидании. Неуютно поежившись от холодного ночного воздуха, Эсперанса подошла к окну и выглянула на улицу.

Растущие прямо под окном деревья намекали, что по ним можно спокойно добраться до окна соседней комнаты, в которой заперли Умку. По крайней мере для человека того образа жизни, что вела Эсперанса. Но она подавила в себе этот соблазн, понимая, что уже наврала полиции и не стоит привлекать внимание к своей персоне лишний раз. А вот об открытом окне и возможности проникнуть через него в дом, сообщить следует. Тяжело вздохнув, она принялась ждать.

В такой позе, застывшей у окна, ее и застали спустя некоторое время вернувшийся детектив и сопровождающий его инквизитор.

– Мисс Серна, так вы утверждаете, что присутствовали при обнаружении тела мисс Барет? – Тифус подошел к столику, стоящему в центре комнаты, уселся на одно из окружавших его кресел, и сделал остальным знак присоединиться.

– Ах, вы не так меня поняли, – Эсперанса остановилась за спинкой другого кресла, стараясь подавить волнение, охватившее ее при виде Бьерна, и одновременно не упускать из внимания полицейского, – при этом ужасе присутствовала моя несовершеннолетняя подопечная, сеньорита Снипкин. И насколько я знаю, по закону, вы не можете допрашивать ее в мое отсутствие. Я ведь не ошибаюсь?

Певица решила надеть перед ними маску, которую мужчины, тем более, наделенные властью, чаще всего хотят видеть. А потому, голос ее звенел чуть выше обычного, с сильным акцентом, чтобы показать волнение. Эсперанса мастерски изобразила соблазнительную беспомощность.

– Ну, конечно, – Тифус одарил Эсперансу своей фирменной улыбкой, – а сами вы что можете рассказать по этому делу?

– Боже мой, я видела только, – она поднесла руку к глазам, отгоняя от себя воспоминание об убитой, – только это море крови и бедняжку сеньориту Барет. Как она недвижимая лежала там, на полу, – затихающий голос, чтобы усилить эффект, а потом поднять на детектива глаза, полные слез, – она же мертва, да?