Чтение онлайн

– Бог в помощь, - поздоровался Амир.

– Лучшим людям наше с кисточкой, - отозвался банкомет.
– Что скажешь, уважаемый? Или дело есть?

– Есть, - сказал Амир.
– Только мокрухой пахнет, а сам я на мокруху не иду, знаете...

– Знаем, - кивнул банкомет.
– Возьми в долю, что надо, - сделаем.

– А ему можно верить?
– спросил один из игроков.
– Может, он ссучился! Может, его на правило поставить надо?

– Я те поставлю...
– Банкомет смазал недоверчивого вора по лицу.
– Ты, Корявый, баклан против Амира. За него кто хошь слово скажет!

– Любой жаронёт, Амир - никогда, - поддержал банкомета второй игрок. Амир дербанит по справедливости... Давай, Амир, говори.

– Есть баба, рыжья у ей навалом, - сказал Амир.
– Ейную кладку я надыбил. Можно взять. Почти верняк, но лучше, если сама покажет.

За дощатой стеной стоял Кутьков. Рядом с ним застыли несколько, бандитов. Все жадно слушали Амира - каждое его слово доносилось отчетливо.

– Я подъеду на лихаче, посадим бабу, увезем на хазу, там все скажет, развивал свой план Амир.

– Ты хоть намекни, кто она?
– осклабился банкомет.

– Мария, полюбовница жичигинская.

Кутьков отскочил от стены, забегал по комнате.

– То жизнь клади, то само на грабках виснет, - сказал он взволнованно.
– А все ж есть чутье у Кутькова. Есть! У Машки рыжьё.

– Подозрительно, - сказал один из бандитов.

– Амиру не веришь?
– резко спросил Кутьков.
– Амир - мастер, он - свой в доску, он ссучиться не может!

– Сделай так, - посоветовал сообщник, - пусть Амир и кто с ним в доле, - работают. А как рыжьё возьмут, - мы им гоп-стоп сделаем и не вертухайся!

– Заметано, - сказал Кутьков.

Амир условился со своими сообщниками о месте встречи и ушел...

Вечером Трепанов вызвал Колю:

– Все готово, браток. Деньги спрятали, наши сообщают, что воры за Машей ведут наблюдение. Звонил Амир: сегодня ее возьмут. Какое у нее настроение?

– Я с ней еще не говорил, - признался Коля.

– Как?
– опешил Трепанов.
– Мы готовим операцию в полной надежде на тебя, а ты? Теперь поздно. Поздно!

– Сделаю все, что смогу, - угрюмо сказал Коля.

– Наблюдение и охрану мы ей обеспечим, - сказал Трепанов.
– Но риск, конечно, есть, и немалый... Говорил и еще раз повторяю: скажи ей все честно! Я в нее почему-то верю.

"Верю, - повторил Коля по дороге домой.
– Верю... А собственно почему это он ей так верит? Чем она завоевала доверие? Или сказал для красного словца? Нет, не похоже это на Трепанова... Раз верит - имеет основания. А какие? Что может думать о Маше посторонний человек? Взбалмошная, насмешница. Вон Никифоров считает, что она вообще чуть ли не контра. Но он ошибается, это факт! А может, Трепанов заметил в Маше то, что он, Коля, не увидел?"

– Маша, - сказал Коля прямо с порога.
– Начальиик просит тебя помочь.

– Вам нужна уборщица?
– насмешливо спросила Маша.
– Или, может быть, кухарка? Или я буду грамотно переписывать ваши безграмотные документы? Что ты молчишь? Ты сражен моей догадливостью?

– Деньги, которые ты мне отдала... нам отдала, - деревянным голосом сказал Коля, - спрятаны на Калужской, двадцать шесть, квартира восемь... Там живет Николай Иванович Кузьмин, давний приятель твоего отца, он очень бедный, поэтому ты у него не жила.

– У отца никогда не было такого знакомого, - растерялась Маша.

– Был, - возразил Коля.
– За тобой следят люди Кутькова. Они возьмут тебя и будут пытаться выяснить, где клад. Ты назовешь этот адрес. Остальное - наше дело.

Маша смотрела на него с ужасом:

– И ты предлагаешь мне, своей жене, идти почти на верную гибель?

– Да. Своей жене. Самому дорогому для меня человеку, которому верю, как себе. Просто Маше Вентуловой я бы этого не предложил.

– Очень тронута. Я прослезилась!
– Маша постепенно повышала голос. Может быть, у вас, в среде бомбистов и революционеров, такие номера и приняты, но я не из цирка. Убирайся вон! Ты мне омерзителен! Фанатик!

– Я случайно стал милиционером, - тихо сказал Коля.
– Потом понял, что эта работа - мое призвание. Понял и другое: мне революция дала все. Если она потребует взамен мою жизнь - я отдам ее. Не имею права иначе.

– Ты!
– подчеркнула Маша.
– Но не я! Тебе революция все дала, а у меня все отняла! И вообще. Твоя работа - это не моя работа. Прошу запомнить!

– А разве ты не со мной?
– просто спросил Коля.
– И разве революция, которую ты так ругаешь, не сделала тебе самый главный подарок в твоей жизни?

– Интересно, какой же?
– с откровенным любопытством спросила Маша. Слова Коли ее очень удивили.

– А такой, - Коля широко улыбнулся и ткнул себя пальцем в грудь.
– Я это разве не подарок?

Она изумленно смотрела на него, не зная, что сказать.

– Ну и ну, - покачала она головой.
– А ты, однако, еще и юродивый чуть-чуть. Святые вы все там? Или очень хитрые?

– Конечно, хитрые, - сказал Коля.
– Сами отсиживаемся, других под пули подставляем. Самых близких. Самых любимых.
– Он привлек Машу к себе и добавил дрогнувшим голосом: - Страшно мне за тебя, Маша. Если что... случится, - не жить мне.

– С ума сошел!
– засмеялась она.
– Что за панихида? Да я их всех обведу и выведу, так и передай Трепанову!

– Не смейся.
– Коля провел рукой по ее волосам.
– Ненатуральный у тебя смех и несерьезно это. Одно скажу: мы будем все время рядом, не сомневайся.

– А ты, братское чувырло, обещай мне забыть начало нашего разговора. Хорошо?
– Маша повисла у него на шее.

– Ты хоть знаешь, что это такое?
– грустно спросил Коля.

– Знаю, - развеселилась Маша.
– Отвратительная рожа! Который день учу жаргон. А ты убежден, что ты красавчик? Идем-ка в Политехнический, счастье мое! Там Бальмонт сегодня выступает.

– Ладно, - сказал Коля.
– Туда - вместе. А там останешься одна.

Маша сразу же помрачнела, кивнула:

– Поедем. Возьми лихача. Прокатимся. Эх, может, в последний раз!
– Она бодрилась, но Коля видел, что где-то глубоко-глубоко в ее глазах пряталась тревога.

* * *

В Политехническом выступал Емельян Ярославский. Маша хотела уйти в фойе, но Коля не пустил ее.

– Примиритесь ли вы с тем злом, от которого страдает весь мир? говорил Ярославский.
– С нищетой, неравенством, проституцией, детской преступностью, войнами? Допустите ли вы, чтобы и юное поколение и подрастающие дети жили в той гнусной обстановке, которая создана имущими классами? Если вы хотите, чтобы борьба была короче и успешнее, чтобы меньше было жертв, - идите в ряды Коммунистической партии. Если хотите увидеть полную победу трудящихся не дряхлыми стариками, - идите в ряды Коммунистической партии!