Чтение онлайн

– Худо, - вздохнул Коля.
– Нашли ниточку, а она возьми и порвись. Убили дочь бухгалтера. Помнишь, я тебе рассказывал?

– Мне теперь только и остается, что твои рассказы слушать. Николай, у тебя нет ощущения, что мы начинаем жить как-то не так?

– Нет, - удивленно сказал Коля.
– А почему ты об этом говоришь?

– Было когда-то хорошее время. Была я тебе боевой подругой. И делили мы все пополам, дорогой муженек: и хлеб, и сахар, и пули. Слава богу, хоть Генка у нас есть.

– Сотрудником УГРО хочет стать, - с гордостью сообщил Коля.

Маша кивнула и улыбнулась:

– Я знаю, Коля. Никогда бы не подумала, что мой сын захочет стать милиционером, а я буду этому радоваться. Он приходит из школы, рассказывает, как ребята дразнят его за то, что отец - милиционер. А он дает отпор, веришь - агитирует их за милицию! У них в классе уже человек десять хотят у вас работать. Надо их к вам на экскурсию сводить.

– Не детское это зрелище, - вздохнул Коля.
– А вообще-то, веди! Я, знаешь, о чем подумал? При государе-императоре такое было невозможно. Дети тогда о чем угодно могли мечтать, только не о службе в полиции! Значит, мы резко отличаемся от них, и это хорошо. Это очень приближает последний день…

– Какой еще последний день?

– А тот самый, - улыбнулся Коля, - в который мы выпустим из домзака последнего жулика.

В кабинете было душно - комендант расщедрился и натопил печку докрасна. Коля открыл окно, в комнату ворвался свежий, морозный воздух. Вечерняя Дворцовая площадь переливалась огнями фонарей, гуляли парочки.

– А что, братцы, - задумчиво сказал Коля, - гуляют люди. Вечер - а они гуляют и ничего не боятся. Гордитесь! Это ваша заслуга.
– Коля повесил пальто на вешалку и пригладил волосы.
– Изучаете?

– Есть одно несоответствие.
– Маруська подняла голову от бумаг.
– Мы с Витей все проверили и сопоставили.

– Что именно?
– Коля начал перелистывать дело.

– Проверяй, - сказала Маруська.
– За убитым вахтером Ивановым числится наган номер сто восемьдесят три двести пятнадцать. А фактически при нем обнаружен сто тринадцать пятьсот шестнадцать. Нашел?

– Нашел, - кивнул Коля.
– Это кто же усмотрел? Ты, Витя?

– Я.
– Витька не скрывал гордости.
– В постовой ведомости значится один номер, а фактически - другой! А этого другого у них на заводе никогда и не было! Вот поглядите, я привез ведомости со времен Ивана Пермитина, хозяина.

– А может, твой Куликов и в самом деле хороший человек, - проговорил Коля.
– Интерес к первому изданию Лермонтова и убийство двух человек плохо вяжутся.

– Бывают и исключения, - заметила Маруська.
– Помнишь, в прошлом году на Владимирском взяли карманника? Студент третьего курса технологического!

– Ну и что?
– Коля пожал плечами.
– Это исключение, редкость. Вы же знаете: мир преступника не выходит за пределы бутылки. У всех у них узкие, тупые лбы. Но вот я думаю: если не Куликов, то кто? Свой? Он в полном смысле этого слова должен быть своим, товарищи! Его все знают, никто не опасается. Он заходит в кассу, когда там никого еще нет. У него два нагана. Один - куликовский, номер четыреста двадцать один восемьсот, второй - посторонний, номер сто тринадцать пятьсот шестнадцать. Из куликовского он убивает Анисимова, Евстигнеева и Иванова, а из постороннего - Куликова! Затем сует этот посторонний в руку мертвого Иванова, а куликовский - Куликову. А настоящий наган Иванова и тот, что заранее подсунул Куликову, уносит и уничтожает, и тогда получается, что всех убил Куликов, а Куликова подстрелил Иванов! Если я прав, Куликов сном-духом ни в чем не виноват. Кстати, эта версия объясняет, почему в руках Иванова оказался наган сто тринадцать пятьсот шестнадцать.

– Имею вопрос, - сказал Витька.
– А как, по-вашему, удалось Своему заполучить наган Куликова? Выходит, он его заменил другим наганом, чтобы Куликов не обнаружил пропажи? По-вашему, тот, кто это сделал, - не вызывал у Куликова ни малейших подозрений? Он что, вместе с ним жил? А куда он дел деньги? Как их вынес? Слабо, товарищ начальник!

– Тут вот ведь какое дело, - вступила в разговор Маруська.
– Ты, Коля, забываешь, что зайти в кассу никто не мог. Свидетель Анохин как говорит? Стучал в кассу без пяти два, - кроме Тихоныча никого не было. А без одной минуты два уже стояла очередь и преступнику, если по-твоему считать, деться было некуда!

– Четыре минуты… - вдруг сказал Витька.

– Ты про что?
– Коля с интересом посмотрел на разгорячившегося парня.

– Про то, что от без пяти два до без одной минуты два - ровно четыре минуты прошло. В этот промежуток у кассы никого не было, а если преступник - мастер, то… - Витька развел руками: сами, мол, понимаете.

– Верно, - оживился Коля.
– У него были в запасе четыре минуты. Это не так уж и мало! А потом вы учтите, что Анохин с Тихонычем через окошечко разговаривал. А может, в эту минуту убийца уже в кассе сидел, только Тихонычу он опять-таки своим человеком казался?

– А может, Тихоныч тоже был с ними в сговоре?
– вскочил Витька и покраснел.
– Не-е… Чепуха. Сморозил я.

– Нужно все проверить в натуре, - сказала Маруська.
– Я предлагаю провести эксперимент. Сыграем спектакль. Все сделаем, как тогда.

На следующий день всех участников недавних заводских событий собрали в кабинете заместителя директора. Коля объяснил, что будет проведен следственный эксперимент, поэтому, находясь на месте происшествия, все должны делать по возможности то же самое, что делали в день ограбления кассы.

– От точности ваших поступков будет зависеть раскрытие преступления, - Коля несколько преувеличил значение эксперимента, но сделал это умышленно, чтобы вызвать у свидетелей энтузиазм. Все разошлись. Анохин повел Колю в кассу.

Лестница и коридор были пусты, и Анохин заметил по пути, что именно так оно и было в прошлый раз.

– Начали… - Коля посмотрел на часы.

Анохин постучал в дверь кассы. Открылось окошечко.

– Чего тебе?
– спросил Витька. Он играл роль кассира Тихоныча.

– Я… - растерялся Анохин.
– Понимаете… А, была - не была!
– Анохин махнул рукой и затараторил: - Тихоныч, войди и положение, деньги - во как нужны! Будет зарплата?

– Вали в цех, - сказал Витька.
– Объявят - придешь. У нас ни для кого исключений нет.

– Тихоныч… - Анохин вошел во вкус и роль играл очень правдоподобно.
– Чего тебе стоит? Ты только намекни, а уж я догадаюсь!

Коля смотрел на часы.

– Я все тебе сказал.

Витька захлопнул окошечко кассы.

– По времени - сходится, - заметил Коля.
– Ладно. А теперь скажи, видел кого-нибудь в кассе? В момент разговора?

– И тогда не видел, и теперь, - сказал Анохин.

– Пойдем.

По коридору навстречу им уже шли три человека - "Евстигнеев" и два "вахтера".

– Я с ними только поздоровался, - сказал Анохин.
– Привет, ребята! Увидел денежный мешок, понял, что зарплата все же будет, и побежал в цех объявить! На все ушло минуты четыре. Потом я вернулся - уже стояла очередь.