Чтение онлайн

Юз долго звенел, открывая двери и решетки. Наконец они оказались в небольшой камере - клетке с кучей соломы в углу и с пластмассовой бадьей у стены.

– Располагайтесь! Самое подходящее место для вас,- Юз решил их напутствовать.Если вздумаете вытворять ваши фокусы: пророчествовать или колдовать, то...- Юз задумался.- То я тебя, Чистюля, засуну в этот пыльный мешок,- он показал на Ллоха,- и утоплю в ближайшей реке!

Произнося речь, коротышка несело засмеялся. Смеялся он долго, чуть дольше, чем следовяло. Потом ушел, хлопнув дверью.

– Л-лоч,......позвал друга Роже,- он забыл запeрeть нас на замок. Это твои штучки?

– Ему было так весело, что он чуть-чуть забылся...

– Ну и ну,- удивился Роже.- Он же предупредил нас.

Он сел на солому, от усталости ему не хотелось ни пить, ни есть. Ллох с любопытством катался, обследуя углы камеры: - Так живут земляне?

– Не земляне, а скот!

– ???

– Ну. домашние животные, их неразумные друзья, которые дают мясо, молоко...

– Я вижу, что ты стыдишься своих друзей, их жилища?

– Просто мы живем в разных условиях, у них грязь, инфекция. Как тебе объяснить, что такое микробы?
– Роже замялся, потому что Ллох был убежден, что все болезни идут из души.- Скажи-ка лучше: зачем ты притащил меня на эту станцию? Здесь заправляет все та же шайка. Когда-то я сказал им: "Баста, хватит с меня ваших грязных дел",- и едва унес ноги.

– Мы посмотрим на них, мы будем вести с ними диалоги...

– Xa. Твои диалоги им ни к чему, им меньше всего нужно, чтобы кто-то с ними разговаривал или смотрел на них.

– Все земляне так скромны?

– Не все. Таких, как эти, скромных мало осталось. Даже на станции их немного, но они - на главных постах и поэтому верховодят. И не называй их "земляне". Вернее, я хотел сказать, не суди о всех землянах по ним. И скромность здесь ни при чем! Шутишь опять?- Роже с подозрением покосился на друга.
– Ох уж эти твои наивные вопросики и подвохи!
– Он разворошил кучу соломы, чтобы было мягче.- Похоже, что нас сегодня кормить не будут. Давай спать.

Сквозь сон Роже почувствовал, что кто-то плачет рядом, тихо и жалобно как ребенок.

"Не надо, перестань",- сказал Роже и хотел уйти, ускользнуть в сонную глубину. Но плач уже прильнул к нему, светлый и цепкий, и влек его к поверхности. Роже застонал и проснулся. Прислушался, было тихо. В темноте в противоположном углу молчаливо светился Ллох. Тысячи голубых крохотных звездочек, потрескивая, сбегали по его не видимому в темноте телу, собирались в созвездия, падали на пол и разбегались. Поэтому таких, как Ллох, и зовут Гнилушками. Роже вздохнул и перевернулся на спину: - Ну, ладно. Говори, если разбудил.

– Ты хорошо знаешь Арно?

– Хорошо ли я его знаю? Я учился с ним в Корпусе много лет назад...

На мгновение Роже увидел себя стоящим на ступеньках Корпуса, услышал шелест знамен над головой, когда они с Арно принимали присягу. Вспомнил хруст новенького скафандра на плечах и еще многое, чего он бы не смог рассказать и объяснить Ллоху...

– Это нечестно, Ллох,- Роже освободился от воспоминаний.- Ты через меня подглядывал за Арно.

– Ему грозит опасность!

– Опять ты за свое!
– Роже резко сел на соломе.- Тебя же предупредили!

– Ему грозит опасность!

– Тьфу! Ты уверен? Ты видел сон?

– Да, отрывок сна видел, наверно, и ты. От него пахло смертью. И цветной ореол был вокруг головы, он закатывается, уже скоро...

– С меня хватит! Я знаю, чем все это кончается. Я не пойду.

– Он твой друг.

Да, верно. Они были друзьями многие годы. Роже вспомнил мягкую улыбку Арно. "Я рад тебя видеть",- так он сказал.

– Мы были друзьями, - пробормотал Роже, ложась.- Не знаю, смогу ли я...

– Нет, знаешь,- настаивал Ллох.

"Что за несчастье - видеть чужие сны", подумал Роже. Они долго молчали в темноте.

Не спалось, предчувствие беды мешало им.

– Хотел бы я знать: зачем все это нужно?
– Роже вернулся к старому их спору.
– Не понимаю. Ты говоришь "нужно" и таскаешь меня с собой как игрушку. Второй раз мне отсюда не выбраться.

– Давно, когда шедарцев было много и к ним приходили такие, как мы с тобой сейчас, странники, все удивлялись и тоже спрашивали "Зачем?" и гнали их. Потом спрашивать стало некому и не у кого.

– А разве ты не всегда был провидцем?

– Нет, когда-то я был простым чиновником, много работал, но что делал не помню. Другие были странниками, люди показывали на них, спрашивая: "Зачем они говорят так непонятно? Зачем сеют тревогу в наших сердцах? Нам живется так хорошо!". Раса Шедара была тогда сильна и весьма воинственна, а цитадель неколебима!

– Ллох, что за цитадель? Откуда крепость взялась? Сколько раз просил тебя: говори проще!

– Я и стараюсь. Поэтому и свожу все к символам. У нас с тобой разные принципы логического построения мысли. И то, что я читаю в твоей голове, мало мне помогает - там память о чужой непонятной мне жизни. Другое дело образ, который можно прочувствовать. Образ - вот единственное, на чем мы можем сойтись, вместе осознать и сопережить. Что такое цитадель? Не могу объяснить, ты потом все поймешь. Для того чтобы действовать, человеку нужно верить, нужно на что-то опереться. Так строится цитадель. Но все меняется, приходит время сомнений. Тогда стены, которые он сам возвел, мешают видеть. Так разрушается цитадель. Я разрушил свои стены, с тех пор меня называют провидцем. Но за это я заплатил гибелью близких.

– Я не знал, что у тебя была семья, Ллох.

– Да, жена и сын,- Роже показалось, что жалобный звук струны поплыл в темноте.Он был маленький, пушистый и ласковый. Любил со смехом кататься по мне. Потом, когда наши города стали гореть, я бежал в пустыню, унося его с собой. Но жизнь его ускользала, она была так мала и слаба...

Он замолчал. Роже казалось, что быстрые пальцы бегут по тревожным струнам.

– С той ночи я стал провидцем, как вы это называете. Но я - одинокий старик, и мне ничего не нужно. Я думаю о вас, о молодой расе, о землянах, о тебе, об Арно - обо всех. А ты говоришь: "Зачем?".

– Это я так, сболтнул,- смутился Роже.Конечно, старина, я пойду завтра и предупрежу Арно об опасности. А потом мы сделаем главное: выложим этой компании всю правду. Сейчас спи, Ллох, вспомни про то большое дерево, на ветвях которого мы прошлой ночью ночевали.

– Роже, мне не нужно вспоминать дерево, чтобы заснуть. А вот ты спи.

Роже увидел, засыпая, как листья потянулись к нему, зашелестели, касаясь его лица, заговорили о счастливых снах.

Временами Роже едва сдерживался, чтобы не бежать, он шел, закрывая лицо локтем.