Чтение онлайн

— У меня это что, на лбу написано? — разочарованно протянула я и потерла лоб, словно и правда ожидала увидеть на руке следы от надписи.

— У тебя блестящие волосы и бледная кожа, хотя у нас солнце жарит восемь месяцев в году, и брови ты давно не выщипывала, но видно руку мастера, а у нас таких нет. Могу поспорить, ты раньше не то что не работала в таких местах, как это, но и вообще не бывала. И смотришь вокруг, если честно, немного высокомерно.

— Ну, спасибо, Шерлок, — я попыталась сделать менее «высокомерное» выражение лица, хотя и не поняла, что с ним не так.

— По правде, вряд ли ты сможешь тут надолго задержаться. Фокс не любит… Своенравных.

— А ты, значит, не своенравная?

— А у меня все равно других вариантов нет, — в голосе ее послышалась безнадега, лишенная жалости к самой себе.

— У меня тоже, — возразила я, — мне нужны деньги и жилье.

— Дай угадаю, сбежала от мужа-абьюзера?

— Вроде того, — уклончиво ответила я.

— Послушай, — сказала Лидия. Она сунула руку в карман фартука, и, порывшись там, извлекла наружу несколько смятых долларов, блокнот и ручку. Деньги она сунула обратно, а в блокноте быстро что-то написала, вырвала лист и протянула мне.

Под записью заказа, включающего в себя два бургера и три лагера, едва разборчивым почерком был написан адрес.

— Им требуется домработница с проживанием, — затараторила Лидия так быстро, что мой измученный бессонной ночью мозг едва успевал улавливать смысл сказанного. — Это ферма в десяти милях отсюда, далековато от города, так что к ним никто идти работать не хочет, зато идеальное место, чтобы спрятаться и переждать бурю, или что там у тебя. Мистер Хейз — фермер, — болен, но он неплохой мужик. Не знаю, что по оплате, но он тебя точно не обидит. Правда, сын у него тот еще засранец. Он сегодня был на покере, ты должна была его…

Из бара на улицу вывалилась галдящая компания: та влюбленная парочка, рыжий Эрни и еще пара человек с покера.

— Мы закрыты, закрыты! — подгонял их Фокс.

— Э, старина, вы открыты кру-гло-суточно, — кричал ему Эрни, — что значится, сутки напролет, если я правильно понял!

— Не сегодня, Эрни, — грубо осадил его Фокс, — Эй, Ли! Давай-ка за работу, еще подмести надо.

— Короче, детка, советую пойти к нему. Скажи, что всю жизнь только и делала, что гладила панталоны и бифштексы стряпала, и тебя возьмут, если еще не нашли какую-нибудь старуху. Он тот еще привереда, этот Хейз, и из-за болезни, бывает, перегибает палку, но вариант что надо…

Я и слова не успела вымолвить, как Фокс снова позвал ее, на этот раз настойчивее и злее.

— А это вам от нас, милая мисс, — просиял улыбкой Эрни, подходя ко мне и протягивая десятку чаевых.

— Спасибо, — сказала я, принимая деньги с искренней благодарностью и без того иррационального чувства вины, что было раньше с Томпсоном.

Эрни вернулся к друзьям, и они начали выяснять, кого он, как единственный трезвенник, повезет домой первого.

— В общем, дерзай, — сказала мне на прощание Лидия, — если не срастется, приходи сюда, что-нибудь еще придумаем.

— Спасибо тебе, — сказала я, пожалуй, слишком безэмоционально для той радости и проблеска надежды, который она подарила мне вместе с этим измятым листком. Я до того устала, что готова была отключиться, не доходя до машины.

— Девчонкам надо держаться вместе, — просто ответила она, как будто это была самая очевидная вещь на свете. — Удачи, подруга. Если старик не захочет тебя взять, покажи ему сиськи.

И, звонко расхохотавшись, она юркнула мимо меня к Фоксу.

— Точно не хотите мне доплатить? Это полезно для кармы, — я состроила гримасу, не сомневаясь в том, каким будет ответ.

Бородач только усмехнулся.

— У меня таких, как ты, желающих, очереди стоят, — он повел рукой в сторону дороги, где, ясное дело, ни одной желающей и в помине не было, и повторил: — Бери, что дают, или катись отсюда.

— Мудак, — бросила я ему в спину.

— Пошла ты.

Он ушел. Эрни и компания с трудом погрузились в минивэн и уехали.

Я стояла одна на парковке, слушая усыпляюще размеренное жужжание мигающей вывески. В голову вдруг взбрела шальная мысль, что можно было бы ускорить ее кончину одним метким броском булыжника, но ее я отмела — с полицией связываться никак нельзя, а если не успею смыться, проблем не избежать.

Хотя вокруг бара стояла тишина, а по шоссе мимо за последние минут десять не проехала ни одна тачка, я решила, что это не самое безопасное место для ночлега, и что лучше отогнать машину поближе к городу и припарковаться там. С этими мыслями я подошла к своему «Доджу», — кроме него на парковке осталась только одна машина, судя по розовому меховому брелку под лобовым стеклом, принадлежащая Лидии, — и, открыв дверцу, рухнула на водительское сиденье.

Не успев вставить ключ в замок зажигания, я почувствовала, как глаза закрываются сами по себе, отдалась этому приятному спокойному ощущению и не заметила, как уснула.

Настойчивый звук барабанящих по крыше капель и холод настигли меня сначала во сне, — откуда им было взяться в солнечный день в Диснейленде? — а затем и в реальности. С неохотой открыв глаза, я обнаружила себя сидящей на переднем сиденье машины, и в первые секунды после пробуждения испугалась стука дождя. Спросонья я не сразу поняла, где нахожусь: лобовое стекло запотело, и видимость была почти нулевая. Протерев стекло рукавом рубашки, я увидела все то же деревянное здание бара с уже погасшей вывеской.

Из-за ненастной погоды и солнца, скрытого за низкими темными тучами, казалось, что время близится к вечеру. В салоне было прохладно, и я потянулась к пассажирскому сиденью, чтобы достать толстовку с надписью «НЬЮ-ЙОРК» — единственную теплую вещь, которую успела взять с собой из дома.

Мотор завелся только с третьей попытки. Плохой знак, потому что на услуги автомеханика денег у меня нет, а без машины как без рук. Надеюсь, до того, чтобы запрыгивать в проходящие мимо открытые вагоны товарных поездов, как какая-нибудь бродяжка, дело не дойдет. Да и где я тут найду железную дорогу?

Согласно вспыхнувшим зеленым светом часам на приборной панели, было уже два часа пополудни. По радио заиграла «Runaway» Бон Джови. От этой странной иронии мои губы расплылись в невеселой улыбке.

Чертыхнувшись, — едва не забыла о вчерашнем совете Лидии, — я нашла в кармане смятый листок бумаги с адресом. На самом деле, он мало чем мог мне помочь — в машине не было навигатора, а у меня телефона, в котором можно было проложить маршрут до фермы. Оставалось только спрашивать дорогу у прохожих, шанс встретить которых в такую погоду стремился к нулю, или надеяться, что у дома стоит табличка с адресом. Кажется, Лидия упоминала, что ферма находится в десяти милях отсюда, но чуть дальше от города — я решила проехать по шоссе на север, посмотреть, не наткнусь ли на нее.