Чтение онлайн

Прошло несколько минут, моя мама бормотала «угу» через каждые два удара сердца. Наконец она повесила трубку, и я прокралась обратно в свою комнату, подождала, пока слезы высохнут на моих глазах и меня перестанет так сильно трясти, прежде чем отправиться на кухню.

Я не хотела, чтобы она знала, что я подслушивала, поэтому не стала упоминать о телефонном звонке.

Она тоже этого не сделала.

Когда мама подала завтрак, я вежливо поблагодарила. Я не знала, что еще ей сказать. Да и что я могла сказать?

— Ешь и иди в школу, — был ее единственный ответ. Она направилась к раковине, чтобы вымыть посуду с помощью ферментного спрея, стоя ко мне спиной.

Я удивленно моргнула. Она что, передумала отправлять меня в лагерь? Или они отказали ей и тоже не захотели иметь дело со мной?

Я не знала, как заставить ее понять, что я изменилась. Что уже не та наркоманка, которой была раньше. Я пыталась, хотелось мне закричать. Более того, я все еще хотела найти Райана — и Эллисон тоже — притащить их домой и заставить объяснить, что на самом деле произошло той ночью.

Не то чтобы я до конца понимала, что произошло.

— Я не хочу, чтобы ты опаздывала, — напомнила мама.

— Ты подвезешь меня?

— Не сегодня.

— Ладно. — тишина. — Видимо, пора прощаться.

— Да.

— Я люблю тебя, — крикнула я, выходя за дверь и направляясь к автобусной остановке.

Она не произнесла ни слова.

Я остановилась на улице, ожидая, что она хоть что-нибудь скажет. Но мама так ничего и не сказала. По дороге в школу я старалась не обращать на это внимания. Мимо меня проносились машины. Я видела старые разрушающиеся дома, затем новые дома с высокотехнологичными роботизированными системами безопасности. Моя мама всегда с тоской смотрела на эти дома, когда мы проезжали мимо. Мы жили в похожем районе, когда с нами был папа.

Наконец-то показалась школа Нью Чикаго. Это было одно из самых новых зданий, серебристое, высокое и широкое. Каждое окно и дверь были оборудованы автоматическими жалюзи, чтобы люди не могли заглянуть внутрь, металлодетектором и компьютером, который регистрировал личность каждого, кто входил или выходил.

Все школы были одинаковыми. Никаких цветов, кроме серебристого, никаких названий команд (их сочли «оскорбительными»). Конечно, существовали спортивные команды, но они были исключительно для людей, поскольку некоторые Чужие и их способности считались «несправедливыми».

В моей школе училось небольшое количество Аркадианцев — раса, известная своими белыми волосами, фиолетовыми глазами и экстрасенсорными способностями. Было несколько Теранцев, похожих на кошек (с шерстью, заостренными ушами и шершавыми языками), и один Мек, долговязое существо, у которого все было белым, даже глаза.

Я никогда не проводила время ни с кем из них. И сейчас, как никогда, мне этого не хотелось.

Я вошла в класс «Компьютерные технологии II», мой первый урок, и была очень удивлена, увидев Джейми на задней парте. Она выглядела здоровой и невредимой. Обойдя слишком медлительную ученицу, которая отскочила в сторону, чтобы не коснуться меня, отчего я почувствовала себя еще более униженной, я ускорила шаг и скользнула на стул прямо напротив Джейми.

Мой рюкзак шлепнулся на бок, когда я бросила его на пол.

— Привет, — сказала Джейми, улыбнувшись, когда заметила меня. Она выглядела красивой, отдохнувшей и была одета в черный корсетный топ и черные брюки.

— Ты в порядке? — я не стала тратить время на пустые разговоры.

Она в замешательстве нахмурилась.

— Да. А почему нет?

А почему нет? Потому что на нас напали инопланетяне. Потому что ты приняла столько наркотика, что можно было убить десять человек.

— Ты помнишь что-нибудь о вечере пятницы?

— Да, — повторила она. Джейми рассмеялась. — Это было совершенно… — пауза. Она прикусила нижнюю губу, подыскивая подходящее слово. — Потрясающе!

Ладно. Не то слово, которое я бы выбрала.

— А что насчет Сибилинов? Они бы тебя убили, если бы Райан и Эллисон не отбились от них.

Несколько секунд Джейми молчала, просто смотрела на меня так, словно мне нужно было вернуться в «Дворец Безумия» на очередной курс терапии. Затем ее накрашенные красные губы растянулись в медленной улыбке.

— Я думала, ты завязала, но ты тоже «парила» той ночью, и у тебя были галлюцинации. Боже, как хорошо, что ты вернулась.

— Подожди. — я подняла руку, заставляя ее замолчать. Я могла смириться с тем, что она не помнила ни Сибилинов, ни последовавшей за этим битвы. Я знала, что видела, знала, что не принимала наркотики, и это не было галлюцинацией. Чего я не могла принять, так это того, что все предполагали, что я снова употребляю. — Я ничего не принимала.

Ее улыбка стала шире.

— Уверена, что нет.

Я стиснула зубы.

— Как ты добралась домой?

Джейми слегка пожала плечами и заправила за ухо несколько темных локонов.

— Какой-то придурок-полицейский привез меня домой. Он отчитал меня за то, что я приняла наркотик. Бла-бла-бла. Через некоторое время я потеряла сознание и проснулась вчера утром в своей постели.

Знакомая ситуация.

— Мои родители чуть не сошли с ума, когда я проснулась, так как полицейский сказал им, что я «злоупотребила Онадином».
– она невинно захлопала ресницами. — Конечно, кто-то, должно быть, подсыпал что-то в мой напиток, потому что я бы никогда так не поступила.

Я открыла рот, чтобы ответить, но миссис Говард вошла в класс, и дверь за ней автоматически захлопнулась.

— Доброе утро, класс. — сказала она, переходя сразу к делу. На ней был черный строгий брючный костюм, волосы гладко зачесаны назад, а тон голоса не допускал возражений. — Достаньте компьютеры и откройте сто шестнадцатую страницу вашего учебника по информатике II.

Несколько учеников застонали.

Компьютер Джейми уже стоял на ее столе, поэтому она нажала несколько кнопок. Над клавиатурой появился синий квадрат, мерцающий, как вода, но более плотный. Почти как желе. Затем она ввела нужный код и номер страницы, и на экране появились слова, мелкие и черные, но идеально читаемые.

Я порылась в рюкзаке, но не нашла своего компьютера. Меня охватил ужас, и я выпрямилась. Должно быть, я оставила его дома.

— Феникс Джермейн, откройте свою книгу, — приказала миссис Говард. — Нам сегодня многое нужно успеть, а времени мало.

Я встретила ее очень строгий взгляд, не позволяя себе вздрогнуть.

— У меня его нет. Простите.

Она недовольно поджала губы.

— Это неприемлемо, мисс Джермейн. Без компьютера ты не сможешь делать заметки. Не сделав заметки, ты провалишь следующий тест, а ты, моя дорогая, не можешь позволить себе провалиться.