Чтение онлайн

Алина забирается на платформу и исчезает. Я поднимаю Мод и поднимаюсь сама. Мы

садимся на скамейку, которая прикручена к стене, Мод снимает свой изношенный мокрый

сапог.

Наконец снова появляется Алина. В ускоренном темпе она приближается к нам и

прислоняется к стене.

– Алина?

– Мне очень жаль, Беа, очень жаль. Я действительно не думала об этом, - говорит она,

наконец.

– О чем? О чем ты?-я направляю на нее фонарь.
– Послушай, если ты не хочешь идти со мной,

то все в порядке, я понимаю. Я пойду одна, - говорю я, надеюсь, однако, что она не оставить

меня в одиночестве.

– Не об этом. Осмотрись же.

Я снова освещаю стены фонарем.

– Ничего не видишь?

– Что?

– Огонь, - каркает Мод. Я внимательней всматриваюсь в стены. Они все покрыты толстым

слоем сажи.

– Подъемников и эскалаторов нет. Разрушены. Нет никакой дороги наверх, - объясняет Алина.

– Но на следующей станции мы сможем подняться.- Но Алина отводит взгляд. -Что? -

спрашиваю я.

Она забирает у меня фонарь и светит на показатели моего кислородного баллона, затем

освещает свою бутылку.

– Понадобятся часы, чтобы вернуться назад к Квинну. А затем нам понадобится еще его найти.

Для этого нам понадобится кислород. Иначе мы не справимся.

– Вздор, у нас его достаточно, - противоречу я.
– Мы просто можем бежать. Просто бежать, -

Но я знаю, что это бессмысленная идея, потому что тогда мы израсходуем большую часть

кислорода.

Алина хватает меня за руку, и мы идем вдоль платформы подальше от Мод.

– Есть возможность, которую мы можем использовать, - шепчет она. - С дополнительным

кислородным баллоном мы бы смогли найти Квинна.

Когда я поворачиваюсь и смотрю на Мод, она как раз выливает воду из своего сапога.

– Или она, или Квинн. Решение за тобой, Беа.

Я настолько парализована от ужаса, что не могу сказать ни слова.

Теперь Мод смотрит на нас.
– Я хочу есть, - говорит она.

Я иду назад и роюсь в рюкзаке.
– Вот, возьми протеиновый батончик.

Она жадно хватает его и сразу набивает себе рот.

– Ну давай, бери мою бутылку, - шепчет она.

– Мод, я..

– Ну, по правде, я бы еще пару лет охотно пожила, но я точно знаю о чем вы двое шептались

там. Я знаю, что этого воздуха хватит для вас двоих,по крайней мере для того, чтобы выйти

отсюда живыми и тогда найти вашего друга.

Я не знаю, что должна сказать. Поэтому говорю, что первое приходит в голову.
– Он не мой

друг.

Но Мод только моргает и засовывает вторую половину в рот.

– Последняя трапеза. Последний обед перед смертью. Маленький стакан шампанского был бы

кстати. И тарелка с шоколадными трюфелями. Но протеиновый батончик тоже неплохо, - с

этими словами она отстегивает кислородный баллон.
– Иди и найди его. Если ты так сильно

любишь его, он определенно хороший парень, - Мод снимает дыхательную маску и подает

мне.

Я полностью уничтожена и подавлена добротой Мод.

Но у меня нет права менять ее жизнь на жизнь другого человека, даже если я люблю его.

Я прижимаю маску к ее лицу и, не думая, обнимаю ее.

– Эй, отпусти меня, - мямлит она.

– Скажи-ка, тебе полностью сорвало крышу?
– Алина подбегает и оттаскивает меня от Мод,

которая, не смотря на ее слова, цепляется за меня также как и я за нее.
– Кто знает, что у нее

внутри? Что за бред?
– ревет Алина.

С отвращение она смотрит на Мод. И тогда очень медленно, ее выражение лица меняется.

Наконец, она совсем не выглядит разъяренной, а всего лишь печальной.

И когда я отпускаю Мод, понимаю почему: Мод плачет. В слабом луче света она выглядит

такой безутешной, уязвимой и такой человечной, когда подает мне свой кислородный баллон

совершенно бескорыстно, так что нужно быть полным извергом, чтобы не посочувствовать

ей.

Я практически уверен, что никто не ищет меня. А если и искали, то к этому времени

они сдались. Нет никакого смысла кричать дальше, поэтому я молчу.

Я не пытаюсь откапываться. Это только расходует кислород.

Я никогда действительно не задумывался о жизни, и как-то немного жаль, что, когда я делаю

это в первый раз, он же окажется последним. Наверное, я проживу еще максимум день.

Все же сожаления и благодарности, которые крутятся у меня в голове, уже ничего не значят. Я

не смогу больше ничего предпринять.

Все время я вынужден думать о моих братьях, Ленноне и Кине. Они часто доставали меня по

самое не хочу, но все же я ужасно их люблю.

Своих родителей я тоже люблю. Даже не могу думать о том, как сильно я их всех люблю. И о

том, что никогда больше не увижу их и не смогу сказать им, что люблю их.

Если бы я был милее с ними! Если бы я хотя бы время от времени разговаривал с ними

уважительно!

А еще Беа. Я не знаю, почему она не перестала общаться со мной. Я так часто бросал ее,

только потому что у меня было свидание с какой-нибудь девчонкой, которую я знал всего

несколько часов.

А позже, когда пустая болтовня с девушкой мне надоедала, я бежал к Беа, чтобы поделиться

горем. Моим горем?

Как Беа должна была жить, если ее родители не могли позволить достаточное количество

кислорода, чтобы просто позволить ей с кем-то выйти прогуляться?

Если каким-то чудом я выберусь отсюда живым, то в первую очередь попрошу прощение у

Беа. Я даже могу представить ее лицо, когда она простит меня.

Ее глаза наполнены слезами, когда она подходит ко мне и обнимает.

Мод, Алина и я сидим на краю грязной платформе, опустив ноги вниз. Я открываю еще