Чтение онлайн

уголки, чтобы хоть минуту побыть в одиночестве. Это была самая длинная пауза, которую мы

сделали.

Все трое - мы должны следить за собственным ритмом, чтобы запасов кислорода хватило на

равное время. Хотя это невозможно: Алина со своей бутылкой продержится дольше - она

натренирована и дышит медленнее.

Теперь Алина бежит с опущенной головой, поворачивает ее направо, затем налево и в итоге

смотрит вверх, чтобы убедиться, что она выбрала нужную улицу. Затем она предостерегающе

указывает на осколки стекла или огромный череп, которые лежат на пути.

Я спрашиваю себя, нравится ли ей Квинн? Может быть это даже намного приятнее быть тем,

кто желает кого-то, чем тем, кого желают?

Я не имею представления об этом. И, возможно, никогда не узнаю.

Мод снова крепко вцепляется в мою руку.

– Как ты? Выдерживаешь? - спрашиваю я, и она кивает, чтобы не тратить энергию на

разговоры.

Она меня больше не презирает, старая Мод Блу. И я... я только сочувствую ей. Это все.

– Будь осторожна на снегу. Не подскользнись.

Алина поворачивается к нам:

– Вскоре вы увидите, что жизнь возможна и вне купола!

Я не спрашиваю, что под этим она имеет ввиду. одно время мне было любопытно, но теперь

мне все равно. Набегу Алина снова вытаскивает свою ладонь, чтобы поймать снежинки.

Я наблюдаю за ней и мне хочется ей подражать, но как вдруг я слышу грохот, тихий, но

совершенно отчетливый. Я как будто корнями прирастаю к земле.

– Танк!
– кричу я.

Алина быстро указывает на солидное здание с лепниной в виде лица на фасаде и через

секунду мы уже торопимся в направление дома.

– Думаете, они нас не видели?
– спрашивает Алина, - В любом случае, нам нужно спрятаться.

Она смотрит на показания своей кислородной бутылки и бросает озабоченный взгляд на

меня.

– У тебя немного осталось, или как?
– спрашиваю я.

Алина пожимает плечами:

– У нас у всех мало.

Я смотрю на показания собственной бутылки и вижу, что она права. Воздух на исходе. Когда я

поворачиваюсь, чтобы проверить уровень кислорода Мод, оказывается, ее здесь нет.

Каким-то образом она переместилась на другую сторону помещения. Там она, как

зачарованная, таращится на стену.

– Невероятно!
– кричит она.
– Что за безумие? По-настоящему жутко!

Я подхожу к ней и тоже таращусь:

– Вау, серьезно, это они?

– Книги, - отвечает Мод.- Книги. Книги и еще раз книги. Бумага.

Она смеется, протягивает руку и ведет ею по корешкам книг. затем достает одну с полки и

открывает ее.

На углах страницы почерневшие и заплесневелые. Пара Премиумов владеет книгами, но

намного большая часть бумажной продукции была отправлена в пустошь, где она с тех пор и

промокала.

Я сама знаю, как выглядят книги только по фото или из кинофильмов.

– "Одним словом: я был слишком малодушен, чтобы сделать то, что считаю правильным, и

слишком малодушен, чтобы не делать того, что считаю неправильным." Звучит совершенно

по-другому, если читать это с бумаги, не так ли?
– спрашивает Мод.

Мне незнакома строчка, которую она прочитала, но я заметила, что ее грубый каркающий

голос звучит иначе: намного нежнее и легче.

– Эту я забираю себе, - говорит она и кладет книгу себе запазуху.
– Ну же, давай, выбери себе

тоже что-нибудь.

Моя рука скользит по книжному ряду.

– Что это?
– спрашиваю я.

– "Гордость и предубеждение". Разве ты не знаешь? Скажи-ка, чему, собственно, вас учат в

школе?

– Преимущественно Шекспиру. Наш учитель говорит, что произведения Шекспира содержит в

себе все, что есть в литературе.

– Хм, да, может быть. Все равно, я лучше возьму это, - она вырывает у меня "Гордость и

предубеждение" и книга исчезает в недрах ее куртки, из которой она одновременно опять

вытаскивает первую и бросает мне.

– Вот. Чарльз Диккенс. "Большие надежды". Это определенно твоя вещь. Пип, главный герой,

определенно тебе понравится.

Я убираю книгу в свою куртку. Твердые книжные углы упираются мне в живот.

Между тем Алина карабкается на стол и высматривает, что происходит снаружи.

– Они подходят ближе, - предостерегает она.

Фактически шум и грохот стали намного громче и земля под нашими ногами теперь дрожит.

Я зализаю на стол рядом с Алиной. Танк почти приблизился к нашему зданию.

Гусеницы вращаются медленнее, постепенно останавливаются и шум мотора затихает.

Человек с винтовкой в руке на мгновение высовывается из бронированной башни танка и

стреляет в воздух.

– Что делает этот тип?
– шепотом спрашиваю я.

– Понятия не имею, - шепчет Алина в ответ.

– Они развлекаются, - поясняет Мод, хотя и не видит того, что видим мы.- Им скучно, поэтому

они развлекаются. Хотят, чтобы мы описались от страха. Бум, бум, бум. Хоть иногда немного

веселья.

– Ты уверена?
– спрашивает Алина, но Мод не отвечает. Она углубилась в чтение какой-то

книги.

Когда я снова выглядываю наружу, рядом с первым солдатом из люка карабкается второй.

теперь они спрыгивают на землю и шагают вдоль улицы, направив взгляд в небо.

– Они останавливаются, чтобы поиграть в снежки.

Легкая улыбка смягчает черты ее лица, когда она видит, что я права. Двое солдат приседают,

чтобы взять снег.

Затем они отодвигают вверх забрала на своих шлемах, и мы видим, что у первого солдата

тонкая бородка, а второй солдат на самом деле женщина с острым подбородком.

Удивительно, но они похожи. Они моложе, чем я думала: уверена, им не больше двадцати.

Теперь они оба уставились в небо и смеются, прежде чем приблизиться друг к другу.