Чтение онлайн

– Разве ты не говорила, что расслабление решает все?

– Да, но при этом ты должна оставаться в форме. И сильной. Крепкое сердце крайне важно при

таких способностях как расслабление, - объясняет она.

– Но здесь внутри им нужно гораздо больше кислорода.

– Верно. Но по прежнему не так много как тебе. Каждый здесь потребляет разное количество.

Все зависит от того, как долго человек тренируется. Поэтому они носят маски для дыхания.

– Ясно, - говорю я, как будто это совершенно логичный и понятный мне мир.

– Окей, нам лучше пойти поесть. Мы едим в первой группе, вместе с Петрой. Поэтому нам

лучше не опаздывать.

– Я не понимаю, как...
– начинаю я.

– Большинство мятежников научились обходиться тем, что предлагает атмосфера, - объясняет

Алина на ходу.
– Это значит, что они могу гулять на улице без кислородных баллонов. Они

конечно не могут пробежать марафон, но могут передвигаться в нормальном темпе и даже

беседовать при этом. А самое важное, они могут жить повсюду.

– Министерство знает об этом?

– Они подозревают что-то. Поэтому хотят устранить нас. Можешь ли ты представить, что

произойдет, если мы войдем в купол и расскажем им, что они на самом деле пленники?

– Вас застрелят, прежде чем вы начнете, - предполагаю я и Алина кивает.
– Каждый человек в

конечном счете может обойтись без искусственного кислорода?
– спрашиваю я.

– Нет, не каждый: старики и больные люди никогда не смогут жить без кислородного баллона.

И для нас, кто жил в куполе это очень тяжело. Ты и я, мы нуждаемся в наших бутылках. Во

всяком случае пока. За столько лет мы потребили такое огромное количество кислорода, что

будем испытывать боль, если попытаемся обойтись меньшим. И это было бы опасно.

Возможно, даже смертельно.

Мы снова останавливаемся, на этот раз перед вращающейся дверью.

– Сними маску. В этом помещении достаточно кислорода, - объясняет Алина. - Если

закружится голова, тогда ты можешь одеть ее.

Приблизительно пятьдесят людей сидят за длинным столом, который уставлен тарелками с

едой. Алина подтягивает меня ближе к себе, и хотя я замечаю, что вдруг становится очень

тихо и все смотрят на нас, я не могу ничего другого, кроме как смотреть на еду. Не могу

отвести взгляд.

Там стоят миски с ягодами земляники, малины и еще каких-то, которые я знаю только из

фильмов, но названия не приходят на ум. Тарелки с нарезанными овощами и фруктами

всевозможных цветов, миски с дымящимся супом, в котором плавают зеленые кусочки, и

большие буханки с толстой коркой.

– Как такое возможно?
– я вопросительно смотрю на Алину. Я знаю, что некоторые очень

богатые Премиум могут себе это позволить, купив в Биосфере. Но я еще никогда не видела

такого разнообразия, которое было здесь представлено.
– Вы сами все это посадили?

– Ну, Алина ничего из этого не сажала. Она не садовник. В садовники мы берем только тех

людей, которые разбираются в этом. И я не думаю, что Алина хорошо справится с этим.

Я вздрагиваю, потому что кажется, что великан обратился ко мне. Еще больше удивляюсь,

когда вижу стройную, темнокожую женщину, которая стоит в другом конце стола.

– Нет, она наш поставщик: в основном черенки и семена. Хотя я думаю, что нам стоит

заменить ее. Хотела бы ты получить работу?
– спрашивает она.

Сжав губы, я пытаюсь проигнорировать хихиканье вокруг меня. Это должно быть Петра.

– А все равно. Будем!
– женщина поднимает стакан в моем направлении и я киваю.

Алина нервно смеется, а затем ведет меня за стол, где представляет меня нескольким

мятежникам. Дориан сидит там же. Он бросает мне идеальную улыбку и подвигается в

сторону, чтобы мне было куда сесть.

– Добро пожаловать, - говорит он и через некоторое время добавляет.
– Мы слышали, что тебя

бросили в тюрьму. Не думай об этом. Меня тоже вначале поместили туда. Через несколько

дней она освободит тебя.

– Через пару дней?
– говорит девочка с густыми кудрявыми волосами.
– Я провела там целый

проклятый месяц.

– Ну, Лейла, это скорее всего из-за того, что едва ты появилась здесь, погладила любимого

зверька Петры, - напоминает Дориан.

Лейла закрывает рот рукой и сдерживает смех.
– Только не начинай про Джаз, - она кивает в

направлении девочки, которая сидит рядом с Петрой в конце стола. Джаз набирает целую

тарелку ягод и кусков яблок, а затем сует все это себе в рот.
– Вчера она наблюдала, как я

беседовала с Леви, и сразу же подскочила и начала квакать: "Отношения между мятежниками

запрещены, ты забыла, Лейла?" Я правда чуть от смеха не описалась. Сколько ей лет? Пять? Я

была здесь раньше, чем она выползла из пеленок. Видимо, ее все еще кормят грудью.

– Ей девять, - говорит Алина.
– И о какой груди ты говоришь?

– Девять? А относится ко мне, как будто она моя мать. Иногда, возможно, я и перебарщиваю, -

корит Лейла сама себя и отправляет землянику в рот.

– Не так громко!
– предупреждает Дориан. Затем поворачивается ко мне: -Не переживай, Петра

точно скоро тебя выпустит. Просто тебе нужно быть послушной и почтительной. По

отношению к ней и ее любимчикам.

Когда мой взгляд обращается в конец стола, я замечаю, что Петра и девочка наблюдают за

мной. Я пытаюсь улыбнуться, после чего Джаз нерешительно кивает мне и делает глоток из

стакана Петры.

– Она испытывает тебя, - шепчет Алина.
– Но ты выглядишь печальной, и это не понравится

ей, печальную тебе нельзя использовать. Попытайся выглядеть гневной. Ты - недовольная