Пойманные под стеклом
Шрифт:
– Нет, они обычные гражданские, - бормочет Алина.
– Что? Ты без разрешение привела обычных гражданских? А я впустил их внутрь?
Великолепно, нам определенно оторвут головы, - озабоченно он потирает лоб.
– Мы можем им доверять, - Алина показывает на меня.
– Она спасла мне жизнь.
– А другая?
Алина внимательно смотрит на Мод, как будто взвешивает, должна ли она пожертвовать ею.
– Старая женщина, Алина. Мы можем ей доверять?
– Да, - медленно выговаривает Алина.
– Я думаю, да.
Дориан извергает длинный свист.
– Ну, может позже станет понятней! Но теперь нам нужно
скорее спускаться в бункер. Вероятно, что Ципы все еще летают вокруг.
– Нет, они пролетели над нами и исчезли, - говорит Алина.
– Давай покажем этим двоим все
вокруг, - кажется она гордится этим местом.
Дориан пожимает плечами, и мы следуем за Алиной по широкому бетонному коридору, в
котором располагается несколько небольших ниш, неверное, бывшие магазинчики.
Ничего, на самом деле совершенно ничего не могло подготовить меня к виду, который
представляется мне, когда мы заворачиваем за угол и выходим на арену. Собственно, я
ожидала, что увижу огромное, занесенное снегом углубление.
Мы стоим наверху, осматривая бесчисленное число рядов с сиденьями. Должно быть их
тысячи. Тысячи красных пластиковых стульев, вокруг которых находится одиннадцать
продолговатых, разноцветных ящиков с временными крышками.
– Такого просто не бывает!
– утверждаю я и отвернувшись от ящиков смотрю на игровое поле.
Дориан смеется и крепко держит меня, когда я опускаюсь вперед на колени. Поверхность
между двух ворот, на котором раньше бегали игроки по аккуратно постриженному газону,
покрывает лес.
Покрытые снегом деревья тянутся высоко в небо и блестят в свете солнца.
Их должно быть сотни, больше чем я когда-либо видела, все разной формы и размеров,
некоторые тонкие и колючие, другие толстые и голые.
– Деревья, - бормочу я и моргаю, чтобы убедиться, что я не сплю. Но когда я снова открываю
глаза, деревья все еще там а Мод уже бежит вниз по лестнице.
– Святое дерьмо, - кричит она, а Дориан и Алина смеются.
В жизни не видела ничего подобного. Деревья, даже с опавшими листьями, такие чудесные и
живые, стремящиеся наверх, так что мне трудно удержаться на месте.
Я хочу последовать за Мод, но мое колени подкашиваются, и я падаю.
– Невероятно... - повторяю я. Некоторые из деревьев почти достигли края стадиона, над
которым натянуто покрытие, которое видимо служит маскировкой.
– Как? И когда? Я имею в
виду... как?
– я не знаю, с чего должна начать вопрос.
Алина поднимает меня с пола, и я опускаюсь в одно из кресел, чтобы восстановить
равновесие.
– Деревья, - шепчу я. Я никогда прежде не молилась. Даже не знаю, как это делается. Но если
бы могла, если бы могла прочитать молитву, то это была молитва в честь деревьев,
мятежников и этого невероятного места.
– Совершенно ясно: она одна из нас. Это видно сразу, - уверенно говорит Дориан.
И в этот момент я замечаю вторую удивительную деталь: Мы на улице, на свежем воздухе, а у
Дориана нет маски.
Инстинктивно я вытягиваю руку и прижимаю к его груди, чтобы проверить, бьется ли его
сердце. Полностью нелогично, знаю. А Дориан просто стоит, пока я исследую его
выпуклости и впадины.
– Ты не можешь быть человеком, - шепчу я, в то время как поднимаюсь и пытаюсь устоять на
месте.
– Конечно же он человек, - подтверждает Алина и поддерживает меня за талию.
– Я не понимаю. Как ты дышишь?
– Медленно, - отвечает Дориан.
– И если ты останешься здесь достаточно долго, мы научим и
тебя тоже.
Когда мы идем в направлении бункера, Дориан постоянно бросает на меня
вопросительные взгляды. Но я качаю головой и молчу. Я боюсь, что Дориан может понять по
моему голосу, как все запутано.
Придя я одна, проблем бы не возникло, но у меня не было выбора. Но притащить двух
незнакомцев, одна из которых еще и работала на "Бриз", такое не прощают.
Петра совершенно прямолинейна. У нее свои правила. Они нужны ей. Как еще она может
ручаться за нашу безопасность? Как еще защитить деревья?
– Что случилось?
– спрашивает Дориан наконец и показывает на испачканную кровью повязку.
Об этом я совершенно забыла. Но я ни в коем случае не могу рассказать Дориану и
остальным, что действительно произошло.
– Долгая история, - уклоняюсь я.
– Итак, ты сбежала?
– Абель мертв, - только и говорю я.
Я не предам сама себя. Не буду рассказывать, что смерть Абеля значит для меня больше, чем
просто товарищ павший на войне. Со временем некоторые соратники умирают, и в этом
случае существует строгий протокол.
Мы собираемся, вспоминает павшего, вытягиваем сжатые кулаки в воздух, как жест угрозы в
адрес министерства, а затем возвращаемся к повседневной жизни, сажаем и культивируем.
Здесь место для работы. Для скорби не остается времени.
– Абель? Я его не знаю. Он был новеньким? Как он умер?
– Он был "террористом". Они его убили, когда он пытался покинуть купол. Такова
официальная версия.
– Как оригинально. Бедный парень.
– Я не знаю, что должна рассказать Петре, - признаюсь я.
– Ну, просто скажи ей правду.
– Скажу, но пожалуйста дай мне сначала пойти туда одной, хорошо? И пока я поговорю с ней,
побудешь с этими двумя здесь? Я попытаюсь смягчить ее прежде чем признаюсь, что
поставила под угрозу дело всей ее жизни, - я с мольбой смотрю на Дориана.
Мы оба знаем, что он станет сообщником, если сейчас согласится прятать Мод и Беа, пусть и
на несколько минут. Он оборачивается к ним.