Чтение онлайн

– Будет давить на нее через детей? Неужели она так привязалась к ним?

– Это теперь ее дети, Саша. И такое бывает. Одна кукушка своих бросит, другой - чужие роднее кровных. Так что учти, хочешь получить ее - получишь и этих ребятишек. Да ты глаза-то на меня не выпучивай! Хотел, небось, по-простому?

– А разве с ней бывает по-простому?

Старушка усмехнулась.

– А и правда! Да не трухай так, они славные ребятишки. Добрые.

Самсонов пребывал в задумчивом молчании всю дорогу домой.

– Прорвемся, - ободряюще заметил Паша.
– Будем раскручивать связи. Теорию сарафанного радио знаешь? Позвоню своим коллегам бывшим, однокурсникам. Ольге. Она вообще ценные контакты никогда не теряет.

Саша смотрел вперед, на красные стоп-сигналы чьей-то машины.

– А потом, усыновление - это не единственный вариант, - снова нарушил тишину Князев.
– Есть разные формы. С чем-то будет попроще. Завтра все выясним.

Осознав, что вывести бывшего родственника на разговор не получится, Паша достал телефон и углубился в чтение.

Оказавшись дома, Саша долго мерил шагами по квартиру, чем изрядно обескуражил Хендрикса. События развивались быстро. С Варей его связывала одна ночь, но она прочно засела у него в мозгу. Скандал с Воропаевой, утомительная поездка в глубинку... Что она с ним сделала? Ему уже начинало казаться, что те две недели были больной фантазией. Из-за нее он вел себя как мальчишка, которого ребята со двора позвали гулять: обо всем забыл, разинул рот и рванул за дверь, что было мочи.

Но дети? Где она умудрилась откопать за два месяца детей, да еще и так к ним прикипеть? У нее был талант навлекать на него неприятности. А он старый дурак, рядом с ней забывал о здравом смысле. Ему было жаль, что она тоже не может иметь детей, но у него появилась надежда на будущее. Ведь теперь не он один был причиной... Но она подкинула новых дел! Еще вчера он и своих-то заводить не собирался, а тут двое... Да еще и от какой-то деревенской алкоголички. Самсонов был человеком разумным и скептичным, в генетику верил, а в чудеса - не очень.

Нет, конечно, ничто человеческое было ему не чуждо. Он не позволит Газиеву манипулировать детьми. Но взять их себе? Увольте. С этого момента их с Варей пути должны были разойтись. К тому же, у него была Соня. Черт, он совершенно про нее забыл! Не звонил уже несколько дней...

Самсонов улегся в кровать, но сон не шел. Что-то смутное, невнятное не давало ему покоя. Он безуспешно пытался сформулировать причину гадкого внутреннего комка, от которого хотелось вертеться, и в каждом положении становилось еще неудобнее. Каждая складка на простыне давила на кожу, подушка казалась слишком плоской, а от сопения Хендрикса хотелось проткнуть себе барабанные перепонки. Саша выставил собаку из спальни, глотнул остывшего чая и вернулся в постель. Со студенческих времен он привык успокаиваться, мысленно перемножая трехзначные числа. Процесс занимал его разум, отодвигая страхи и сомнения. Сработало и теперь: на пятой паре множителей он расслабился, веки умиротворенно сомкнулись. Но не успел он повернуться на любимый бок, чтобы окончательно провалиться в дрему, как тишину прорезала трель телефона. Сон уползал, просачиваясь между пальцами, и даже накинутое на голову одеяло не спасло от едких звуков.

Забористо ругнувшись, Самсонов потянулся к давно забытому городскому аппарату.

– Да, - ответил он голосом лесоруба.

– Александр Юрьевич?
– полушепотом поинтересовалась какая-то девушка.

Если это Катя, и никто не умер, - уволит ко всем чертям.

– Слушаю.

– Саша, это я. Варя.

Ему в желудок как будто уронили холодный скользкий камень.

– Откуда ты звонишь? Где ты?

– Из автомата. Извини, что так поздно и на городской, его бы никто не стал проверять. Прости, что я тогда сбежала. И я бы не побеспокоила тебя, но это очень важно.

И где она, черт побери, нашла автомат? Он в очередной раз удивился ее предусмотрительности.

– Ты насчет детей?
– спросил он.

– Откуда ты знаешь?

– Вчера ездил в Глубоково. Зинаида Федоровна все рассказала. Газиев был у нее.

– О, Господи! С ней все в порядке?

– Немного переволновалась, но пришла в себя. Хуже всего то, что он знает про тебя и детей, может поставить слежку у детского дома.

– Я в курсе. Хотела сегодня попасть к Ване. По всей округе висят мои фотки. Пишут, что я опасная преступница.

– Тебя кто-то видел?

– Продавщица в магазине смотрела подозрительно, но я ушла. Черт, кто бы знал, что он такой больной извращенец! Надо было либо дать ему тогда, либо убить.

– Перестань! Давай еще себя винить!

– Я все исправлю. У меня есть план.

– Варя, твою мать! Какой еще план?!

– Это моя проблема, и я ее решу. Но у меня просьба. Я не хочу, чтобы дети решили, что я их бросила или предала. Особенно, Катя. Я разберусь со всем, а потом их заберу. Костьми лягу, но заберу. Пожалуйста, привези им гостинцы, навести. Или пошли кого-то. Просто передай Кате, что я их заберу. Слышишь? Я тебя очень прошу.

– Хорошо.

– Если сможешь, попроси, чтобы их перевели в одно место. Ну, вдруг у тебя есть какие-нибудь знакомые... Они нужны друг другу. Саша, это жестоко! Так нельзя! Понимаешь? Это моя последняя просьба, честно.

– Я постараюсь. Один мой друг уже пытается задействовать свои связи. Но что ты собралась делать с детьми? Как ты их возьмешь? Куда? У них есть мать, и даже если ее лишат родительских прав, это займет очень много времени. У тебя должна быть квартира и семья.

– Выйду замуж, значит. Найду кого-то с квартирой. Займет больше времени, но я выкручусь. Ты только скажи им, что я их не брошу.

– Ладно. Варя, погоди, что ты собралась делать с Газиевым? Скажи хотя бы...

Но на том конце уже шли короткие гудки.

Самсонов положил трубку, откинулся на подушку и снова попытался считать, но числа не лезли в голову. И что, черт возьми, значило это ее «выйду замуж»?!

Глава 15

Только с шестой попытки Варя нашла хостел, куда ее заселили без паспорта. И то пришлось изворачиваться про потерю документов.

Хостел был простенький, в спальном районе. Дешевый. В каждой комнате – две двухъярусные кровати. После деревни там было холодно и безлико. Знаменитая шведская мебель, каждому постояльцу – тумбочка и стул. Если бы не свежий ремонт и яркие детали интерьера – один в один детский дом или летний лагерь. И к тому, и к другому Варя успела привыкнуть.

От мании преследования у нее разболелась шея: все время приходилось опускать голову и скрывать лицо под капюшоном. Зато когда ее трясло в удушливом рейсовом автобусе после безуспешной попытки повидать Ванечку, в чаду безнадеги и досады проклюнулось озарение. Так же плохо, так же невыносимо скверно было ей лишь однажды, когда ее тело отторгло самое ценное. И она поняла: вот слабое место любого человека. Дети. И ей вспомнилось, как теплел взгляд Газиева, когда он рассказывал про свою младшенькую, Амиру. Для нее дом превратили в сказочный дворец, ей построили собственную башенку, именно ее ждал в главной гостиной рояль. И Варя готова была поспорить на что угодно: Амира была его ахиллесовой пятой. Иглой в яйце. Что ж, оставалось только до нее добраться.

За скромную доплату она смогла пользоваться компьютером прямо в хостеле. Искать долго не пришлось. Золотая молодежь, девочка-подросток – нечего и думать. Разумеется, Амира Газиева зависала в инстаграме и твиттере. Старые добрые социальные сети для ее сверстников плавно переходили в разряд ископаемых. Варя изучила все сообщения и снимки за последние пару лет, сделала пометки в блокноте. Все оказалось проще, чем она думала.

Девочка болела рок-музыкой. Пыталась сама играть на гитаре, носила кеды и разодранные узкие джинсы. Мечтала попасть в волну неформальной молодежи, что было трудно, учитывая ее окружение и статус. Уже пару месяцев она торчала в Москве, и это ее страшно бесило. Ей надо было сдать экстерном выпускные школьные экзамены, чтобы набрать баллы.