Чтение онлайн

Верёвки не было. Боже! Я всё еще лечу вниз. Да. Лечу вниз вдоль этой странной растительности. А стебли становятся толще, грубее. И вот меня укладывает к основанию одного из них в глубокий, мягкий изумрудный мох.

Теперь по этой лиане обратно вверх лезть? Я встал и приложил руку к шершавой коре. Атас. Это была не кора, а за ней не толстый ствол. Это была матрица моего тронного зала в виде корня в никуда. Или ветки в ничто? И это означало, что я нигде и пожалуй никто. Весело.

В этом нигде было множество стволов. Я гладил их один за другим и опознавал матрицы уже построенных мной строений, и еще не построенных, и вообще каких-то непонятных вещей типа «макроса теней» или «календарного отбойника».

А еще здесь было очень тихо и покойно. Из-за стволов разной толщины ко мне выполз розовый жук. Размером с блюдо, в котором Ксю подавала перевёрнутого гуся. Как сказала бы моя невеста: «Он выделяется в зелёном мху и потому очевидно ядовит».

— Ты ядовит?

Спросил я его. Жук раздвинул щётки на морде и спросил в ответ:

— Стырич хра стырич?

Чтобы понять — нужно потрогать. Эту здешнюю закономерность я уже просёк.

— Надеюсь ты не ядовит.

Я шагнул к нему и положил руку на розовый панцирь. Жук поменял цвет на густо багровый, и я понял, что он вовсе не жук, а «эмоциональный фактор». Да и мох под нами вовсе не мох, но «аналитика процессов».

Я убрал руку и жук вернул свой исходный цвет. Эмоциональный фактор жрёт тут аналитику процессов, а мне надо наверх. Домой в замок. Можно на эмоциональном факторе из «ничто» во «что-то» выбраться? Жук обрёл цвет светлой стали.

— Стырич сукра!

Развернулся и ушуршал. Исчез во мху между стволами. Да уж. Поговорили. Я прижал ладонь к груди и понял, что я действительно «стырич», но только не «стырич сук ра», а «стырич баг Ра». Или бог Ра. Ну, что-то в этом роде.

Я уже не лорд, а нечто вроде Мамуки. Существо с неопределяемым уровнем. И я хочу домой. И даже не домой, а «обнять и не отпускать» сладкую скрытницу Тару. И как это сделать?

Я здесь абсолютно чужеродное тело. Меня отсюда должно вытолкнуть, как пробку из воды. Да! Где моя святая вода? Моя ледяная любимая единственно правильная вода в каменном колодце?! Дыхание спёрло от обжигающего холода. Я рванул вверх, чтобы не захлебнуться.

Вот они, мокрые каменные стенки. Вот она, Лютикова верёвка. Я ухватился за неё и полез вверх. Ну и глюки у получающих имена.

Наверху меня ждал бледный Бонивур. Он таращился. Ну мокрый я, и что?

— Отвязывай верёвку и тащи Лютику. Скажешь: «Лорд выжил. Спасибо».

— Так это, мой лорд, вы не лорд.

— А кто?

— Вы Ра.

— И что? Ты теперь верёвку отвязать не можешь?

— Дак могу.

И Бонивур начал отвязывать верёвку. А я отправился спать. Потому что очень хотелось.

Ксю всё же нашла людей для того, чтобы воды натаскать и камин растопить. Я закинул в бочку щипцами пару раскалённых камней. Разделся, залез в тёплую воду и уснул.

— Здравствуй Ра.

— Привет, дружище.

— Не уверен, что мы друзья.

— А я уверен.

— Ты исчезал два раза. Куда?

— Не скажу. Видишь какое у меня лицо загадочное?

— Вижу, что ты теперь не лорд.

— И что из того?

— Теперь твои люди не обязаны подчиняться. Так куда же ты исчезал?

— Это тайна. Отнесёшь меня к Тарочке? Просто посмотреть на неё хочу.

— Ты рассказываешь куда пропадал, а я отношу тебя куда просишь.

— Ладно. Я гладил жуков во мху.

— Каких жуков?

— Розовых. Понимаешь, пегасище, розовые жуки поедают густой изумрудный мох под шершавыми стволами всего, что есть.

— Двинулся рассудком? Где голова Жругниля?

— Во мне. Мы воссоединились. Правда здорово?

— Ты слишком сложен. Я не могу отвечать за твою непредсказуемость.

— Зато я могу отвечать за всё. И за тебя тоже.

— Вербуешь?

— Ага. Я тебе рассказал где был. Честно. Теперь отнеси меня к девушке, которая поселилась в моём сердце.

— Ты правда гладил каких-то жуков в недоступном мне месте?

— Правда. Зачем мне врать другу? Говорящий жук меняющий цвет.

— И что он говорил?

— Он сказал, что я «стырич».

— Ого. Это многое объясняет.

— Полетели уже.

— Ладно, стырич Ра, полетели.

И мы полетели в сторону гор. Тёмный замок лорда Чтозахня был окружён кострами. Зелёный пегас торжественно облетел его вокруг. Окрестности кишели спящими, а так же жующими и болтающими у костров гоблинами. Замок в осаде. Значит договориться не удалось.

Пегас снизился и полетел низко над стеной. На ней дежурили и спали измождённые лучники и маги. Да, судя по их виду, дела не очень. А где троица грозных дев-героев? Меня мягко приземлило у дверей в тронный зал.

Некрасиво подсматривать за девочками. Что за бред лезет в голову? Я прошёл сквозь двери. Две оборванные крестьянки убирали со стола. Безрукий лорд спал на троне. Он был к трону привязан! Бедняга. Но кто знает, что тут Чтозахня пытался выделывать? Может мера вынужденная?

Дев я нашёл наверху, в покоях лорда. Обмотанная кровавыми бинтами Вио спала, или была без сознания. Над ней плакала Ари, а Тара её утешала. Вот гладила по голове, как ребёночка и приговаривала: «всё будет хорошо».

Разумеется всё будет хорошо. Собственно для этого я здесь. И почему целительница просто не исцелит своего любимого варвара? Ману восстанавливает?

Орда гоблинов должна уйти. Шамана им оскорбили? И где этот шаман? Шаман! Ты где? Где-то за стенами. Ладно. Поищем. И я отправился искать.

Найти что-либо в стане гоблинов оказалось непросто. Отсутствовала централизация. Никакого «главного шатра» не было. Зелёные ушастики спали обнимая своих льволков или друг друга. Те же, что не спали, или жевали, или рассказывали истории, или курили трубки. То есть рот гоблина отдыхает только во сне.

Но главное, они все были одеты в разные вариации «мешка из шкур». Не было знаков различия. Ну вон тот с бубном вроде, наверняка шаман. А шаманы должны быть чуткие на потустороннее.

Я дал ему потусторонний подзатыльник. Потом потусторонний поджопник. Однако малыш с бубном даже не почесался. Он стоял и сушил бубен у костра. Совершенно не чуткий на потустороннее экземпляр.

Тут рядом зашевелился спящий. Он открыл глаза, почесал себя двумя руками, поднялся и отвесил держателю бубна вполне реальный поджопник. Тот встрепенулся и почтительно, двумя руками, протянул бубен шаману. Да, это был шаман.

Количество бус и прочих висюлек на нём было больше, чем на прочих. И он был старый. Шаман взял бубен, дунул-плюнул в него и начал обходить меня по кругу бумкая совершенно не ритмично. Он меня если и не видел, то чувствовал.