Чтение онлайн

— Ты что сделала?

— Вернула тебя в норму. Не переживай.

Да чтоб тебя. Однако я теперь «лорд Такойсейчас уровень 21». Ого. Одиннадцать уровней как с куста. 32+10=42. Сорок два делить на два = 21. Среднее арифметическое, что ли? Точно.

— Нравится?

— Очень. Спасибо, кроха.

— И правила не нарушены. Просто один из твоих старых багов смешно сработал.

— Как ты думаешь, может у мертвеца отрасти новая голова?

— Если он очень захочет.

И она снова звонко расхохоталась. Под этот лихой хохот я и проснулся.

Убрал светляков и умылся из фляги. Одиннадцать уровней прибавили мне по пять единиц к каждой характеристике и это было заметно даже не глядя в диаграмму. Где эта дурацкая наковальня? Тяжеленькая, но уже не настолько.

Я взвалил её на спину и побежал вокруг стоянки. Казаки лыбились и перемигивались. Завтраком занимайтесь, тунеядцы. А лорду нужна сила.

Третий круг я уже хромал, а не бежал, и вся мана на благословения ушла. Да и похлёбка подоспела. Я люблю есть, когда голодный. Ничего с этим не поделаешь.

Почему меня не раздвоило на меня и ангела белоснежного, например? Почему из меня вывалилась эта дохлая гадость — Жругниль? Наверное потому, что там и тогда только мёртвое могло выжить. Ну и потому, что белоснежного ангела во мне нет, а падальщик сцыкливый — есть.

Давай, скажи, что это не так?

Шёл бы ты нечуткий быка седлать.

Быка-то я оседлаю, а вот ты, гнилая душонка, прямо смотри, не отворачивайся!

Я не отворачиваюсь, а советую остеречься шизофрении. Есть такая болезнь. То ты костяные шахты в шахматном порядке расставляешь и эльфов режешь, то ты крестьянам имена даёшь и пегасьи свадьбы устраиваешь. Третьего у тебя там ни где нет, случайно?

Может и есть. Но пока я за рулём — делаем всё наоборот. Костяные шахты валим, если до них доберёмся. С эльфами дружим. Вопросы?

Виннипег.

Что виннипег?

Ничего виннипег. Тебя вон народ ждёт, все уже верхом.

Да. Я залез на быка и мы пошли рысью в дневной переход.

Что-то с этой синхронизацией было не так. Она не вернула все назад, как было. Что-то сильно у меня набекрень поехало. Однако вопрос воли. Собирай себя в кучу и делай что должен. Кому должен? Вопрос.

Теперь Эльфийский Союз, фарги и ящеры легко зачистят нежить до самого океана. И обретут кучу потерянных замков. И своих и чужих. Они станут их делить. Так закончится «свет и мир». Скорее всего.

В двух неделях пути от нас лорд-эльф семидесятого уровня. Однако уровень решает не всё. Далеко не всё. С эльфами еще успеется, а вот с гоблинами надо разобраться сейчас. Тем более, что одну охотничью легенду я им уже могу рассказать. И там Тара.

Тоска такая зелёная навалилась, как я вспомнил этот бесчестный поцелуй. Приехали. Мы вспоминаем поцелуи. Обветренные, такие простые и ничем не крашенные губки. И такие простые, чистые, озадаченные глазки.

А ну доставай Жругниля! Вот. Теперь тоска из зелёной превратилась в чёрную. И я завопил на всю округу:

— Не! Для меня! Цвету-ую-ут са-ады!

Будугав поддержал низким рёвом и мы ускорились. Пусть кони к вечеру будут измотаны. Время дороже. Дороже всего время.

***

Седой дядечка в чёрном комбинезоне с досадой смотрел на крошечный чёрный мониторчик. В этот сеанс связи, дорогой клиент нервничал не на пустом месте.

Однако лажал не наш аналитический отдел, а кто-то из обслуги аквариума. Там далеко, на другом краю галактики, что-то шло не по плану.

— Почему данные поступают дискретно?

Да кто его знает, почему связь с кандидатом прерывается время от времени? Может он в кому впадает — и это плохо, а может он как-то нейтрализует наблюдение — и это очень плохо.

Точнее, это плохо для клиента. Для самого хиза-владыки, это еще один плюс из многих, что он уже успел продемонстрировать.

Если бы надёжность нейропломбы не была доказана тысячелетиями безупречной работы, можно было бы списать на баги и осыпь алгоритмов. Однако такого не бывает, это глава аналитического отдела знал точно.

— Вы уснули?

Вот хамка. Но да, нужно ответить.

— В последнем слепом пятне кандидат удвоил свой уровень. Каким образом — загадка.

— Вы издеваетесь? Вы точно лучший аналитик балансира? Может у вас что-то с органикой? Витамины, минералы? Чего вам недостаёт?

Сука железная.

— То, что кандидат умудряется водить за нос наши следящие системы и задаёт загадки аналитикам — только подтверждает верный выбор моего отдела. Он — лучший.

— А последний, совершенно деструктивный эмоциональный выброс?

— И что было деструктуированно этим выбросом? Хоть у кого-то кристаллик памяти треснул? Или проводок оборвался?

— Я знала, что вы расист. Однако никто не треснул и ничего не оборвалось. Тем не менее, я направляю на место свою команду и ставлю вас в известность.

— Зачем? Это нарушает правила. При нарушении правил, кандидат может быть оспорен любой стороной обладающей минимум миллиардом зависимых голосов.

— Затем, что правила уже нарушены. Связь с аквариумом мигала. Понимаете? Не только наш кандидат исчезал. Исчезал и аквариум целиком. Причем эти два графика не совпадают. Они утверждают, что умер сервер связи и все уже починили. Вы верите?

— Нет.

— И я не верю.

— Вы утверждаете, что кто-то уже там?

— Не утверждаю, но желаю узнать точно.

— Вы оповестили других?

— Нет. И вам не советую. Локальные конфликты в таком месте могут нанести глобальный вред. Моя команда быстро разберётся и покинет объект.

Ага. Может и покинет, а может и нет. Неорганики установившие контроль над аквариумом — этого катаклизма галактика не переживёт.

Зачем она мне это сообщила? Затем, что она против, а вот её начальство — за. Это один вариант. Второй — она хочет, чтобы была возможность оспорить кандидата. Она его валит, но неофициально, и даёт мне понять.

— Вас понял.

— Это отлично.

И зелёненькие буковки исчезли.

Седой не стал убирать опустевший мониторчик. Минимум три адресата должны получить эту интересную инфу. А если железная сука врала? Такая вероятность есть. Однако есть и другая вероятность — она говорила правду. Наличия такой вероятности достаточно. Потому как она кошмарная во всех смыслах.

Седой быстро отправил три коротких текстовых сообщения. Затем подумал и отправил четвертое. Все они были идентичны: