Пожинатель душ
Шрифт:
Он чувствовал, как всё внимание окружающих существ остановилось на нём и той, что преградила путь. Бадвард привычно опустил руку на нож у пояса. Задержался пальцами, не найдя его, и медленно перевёл их на пряжку ремня. Он расстегнул её, не отводя глаз от многоногой полуженщины, которая теперь осторожно подбиралась к нему.
– Давай ближе, не стесняйся, – пригласил охотник, плавным движением вытаскивая ремень из шлёвок на штанах. – Заодно согреемся.
Демоница была уже совсем близко, уже тянулась когтистыми пальцами к его сапогам. Бадвард резко вскинул руку и полоснул ремнём поперёк скалящегося на него лица. Оно моментально исказилось ужасом боли. Полуженщина вскрикнула, и лес наполнился эхом вторящих голосов.
Бадвард сделал финт и, пропустив мимо себя бросившуюся противницу, вдогонку ещё раз втянул ей ремнём по голой спине. Чудовище выгнулось, открывая шею. Охотник набросил на неё петлю пояса и затянул удавкой.
Полуженщина схватилась за горло и дёрнулась, пытаясь освободиться. Сил у неё было, как у дикого зверя. Ей даже почти удалось сдвинуть Бадварда с места. Он налёг всем весом, вдавливая каблуки сапог в упрямую скользкую почву, и рванул ремень на себя. Полуженщина опрокинулась на спину и забила лапами. Острые отростки на их концах скребли по земле, но зацепиться за неё и подняться, у существа никак не получалось.
Лес над ними ревел десятками голосов, а охотник всё тянул за ремень, медленно обматывая им кулак. Ни один человек такого не выдержал бы, но шея полуженщины демонстрировала потрясающую крепость.
Первой сдалась деревянная пряжка ремня. Она лопнула, освободив демоницу из плена. Вскочив на ноги, та метнулась к кустам, где её уже ждали такие же, как она, уродливые товарки. Но вопреки всем ожиданиям Бадварда, как только полуженщина оказалась рядом с ними, они бросились на неё с хищной жадностью.
Чаща загудела ещё громче, заглушив вопли демоницы, которую теперь с остервенением раздирали на части голодные сородичи. Она пыталась кусаться и царапаться в ответ, но их было слишком много. И уже вся трава вокруг была чёрной от её крови.
Маленький камешек, стукнувшись в плечо, заставил Бадварда обернуться. Из зарослей с противоположной стороны тропы выглядывала девушка в коротком платье, с наброшенным на голову капюшоном. Встретившись с охотником взглядом, она эмоционально замахала руками, подзывая его.
– Скорее, что встал? – крикнула незнакомка, когда он приблизился, и нырнула обратно в заросли.
Бадвард быстро пошёл за ней, оставляя крики и вой позади. Его маленькая босоногая проводница шустро мелькала среди корявых стволов деревьев, почти не оборачиваясь. Только когда гвалт монстров остался далеко позади, она немного сбавила темп.
– Мы почти на месте, – бросила незнакомка через плечо.
И не обманула. Очень скоро они выбрались на небольшую поляну у лесного ручья.
Деревья здесь росли высокие, с тяжёлой кроной из бледных листьев. В густой траве на берегу лежала высушенная до белизны бедренная кость, размером со ствол векового дуба. Её густо оплели вьюны, чьи красные остролистые цветы блестели на свету, точно капли крови.
Девица остановилась и прислушалась. Вокруг было тихо. Довольно кивнув, она неторопливой походкой направилась к воде. Опустившись на четвереньки у края берега, по-животному, одними губами, прильнула к потоку.
Бадвард обрисовал взглядом линии её бесстыдно выставленных ягодиц и, продев ремень обратно в шлёвки, затянул его на узел. Он тоже чувствовал жажду, но помнил слова Жнеца о привычках тела и не торопился идти у него на поводу.
– Ты всполошил весь улей, – сообщила незнакомка, напившись, и встала. По-хозяйски упёрла кулаки в бока.
Кожа у неё была смуглая, словно опалённая южным солнцем.
– А были варианты? – поинтересовался охотник, не пытаясь избежать цепкого взгляда блудливых глаз. Они у неё были неестественного пурпурного оттенка.
– Это вряд ли, – девица вытерла рукой губы. Подойдя, она уселась на кость, точно на диван и скинула капюшон. Её длинные волосы имели тот же пурпурный отлив, что и глаза. А голову венчали изящно закрученные маленькие рожки. – И, тем не менее, ты убил мою сестру.
Глава 4.
Бадвард присмотрелся к собеседнице, хорошенькая мордашка которой была похожа на лица многих симпатичных девушек.
– Голословное обвинение, – возразил он спокойно.
– Ты едва не задушил её. Сестра ослабла и стала жертвой наших сородичей, – пояснила девица и тут же ухмыльнулась, показав маленькие острые клыки. – Наконец-то!
– Значит, извинения можно не приносить.
– Оставь их себе, – она закинула ногу на ногу и покачала в воздухе изящной босой ступнёй. – Кто ты, смертный?
– Тёмный Охотник.
– Это какая-то новая секта? Жрец? Колдун? – перебирала демоница, глядя на ухмыляющегося Бадварда.
– Всё мимо. Я не имею отношения к магии.
– Правда? А что тогда ты делаешь в мире духов?
– Ищу кое-что.
– Врёшь! – она подалась вперёд. – Смертным нечего искать в нашем мире. Все действующие для данного цикла артефакты уже запущены в работу. Признавайся, зачем пришёл, или я позову моих сородичей.
– Да зови, – ухмыльнулся Бадвард. – Только я не говорил, что ищу вещь.
– Хм, а что тогда? Неужели, тленного?
– Не понял тебя.
– Мы зовём так смертных, которые попали в мир духов раньше своего срока. Не умерших, иными словами. Вроде тебя. Потому что естественный путь для человека к нам – после смерти в виде призрака. Призраки уже не имеют воли, и их невозможно вернуть к жизни.
– Ясно. Да, тленного, – он сунул руки в карманы штанов, чувствуя, как возвращается озноб, который отступил на время схватки и бега.
– Очень интересно! А Жнец предупредил, что твои шансы на успех почти нулевые? – оживилась демоница.
– Главное, что они всё же есть.
– Да ты сумасшедший, – она даже заёрзала на месте от возбуждения. Зорко глядя на собеседника, похлопала рядом с собой. – Присядь. Давай поговорим. Тебе несказанно повезло. Ибо я – Клатрис.
– Будем знакомы, – охотник занял место рядом с ней и протянул раскрытую ладонь.
– Ты, что ли, не слышал обо мне? – она вопросительно уставилась на его руку. – Жизнедающая царица небес, защитница от демонов, всеблагая Клатрис.
– Не-а.