Пожиратель Богов. Часть 4
Шрифт:
Маала сжала кулаки, и серебристый свет окутал зал. Её глаза вспыхнули, как две полные луны.
«Тогда я пойду к ним сама. Может быть, они услышат хотя бы голос разума!»
Сцена сменилась. Теперь Маала стояла на огромной площади перед сотнями правителей малых государств. Её фигура светилась в центре амфитеатра, высеченного из цельной скалы.
«Прекратите эту бойню! — Её голос колыхал знамёна на башнях. — Вы уничтожаете то, что создавали веками!»
В первом ряду поднялся мужчина в доспехах из застывшего страха.
«А что вы предлагаете, Королева Души? — Его смех звучал, как лязг кандалов. — Сидеть сложа руки, пока наши соседи оттачивают клинки?»
Женщина с глазами как пустые колодцы встала рядом. Её платье было сшито из траурных лент.
«Мир — это иллюзия, — её шёпот разносился по всей площади. — Война — единственный язык, который все понимают».
Я пыталась еще сотни лет. Уговаривала, просила, умоляла. Но все было без толку. И когда я в очередной раз увидела, что мои старания пропали втуне, во мне что-то сломалось.
Снова зал совета, но на этот раз иллюзий Королей было только трое.
«Я ошибалась, — голос Маалы звучал хрипло, устало. — Они не изменятся. Никогда».
Король Разума поднял голову.
«Нужно больше времени… — его пальцы чертили в воздухе новые формулы. — Мы разрабатываем систему образования, которая…»
«Времени? — Маала засмеялась, и в её смехе слышалось что-то чужеродное. — Они убивают время вместе с друг другом! Разве вы не видите?»
Она встала, и её трон рассыпался в серебристый туман. Её платье из душ начало темнеть по краям, как пергамент в огне.
«Пока они разделены — война неизбежна. Пока есть „мы“ и „они“ — будет ненависть. Но я знаю, как это исправить».
Она повернулась к выходу, и её тень на стене на мгновение стала чудовищно большой.
Король Энергии протянул руку, и между его пальцами запрыгали голубые молнии.
«Есть другой путь! Мы можем…»
Маала уже была у дверей. Она обернулась, и в её глазах впервые появился тот холодный блеск, который я узнал — как лёд на поверхности бездны.
«Нет. Есть только один способ остановить вечную войну. — Её голос теперь звучал из всех углов зала одновременно. — Нужно, чтобы не осталось никого, с кем можно воевать».
Глава 88
Тогда я думала, что-то, что я делаю — это акт милосердия.
Маала стояла на вершине своего Храма. Ее серебристое одеяние переливалось всеми оттенками серого, а в поднятых руках пульсировало огромное средоточие энергии души, внутри которой клубились миллионы искр, каждая из которых была чьей-то улыбкой, чьей-то слезой, чьим-то последним вздохом.
Я увидел, как свет из сферы разлился по больничным кварталам города, где в длинных залах на каменных ложах лежали больные чумой нового типа — их кожа покрывалась серебристыми трещинами, а из глаз текли слезы цвета ртути. Маала протянула к ним руки:
«Освободитесь от страданий. Станьте частью вечного единства».
Первым исчез старик с лицом, изборожденным морщинами глубже, чем каньоны. Его тело начало светиться изнутри, затем стало прозрачным, как тончайший фарфор, и наконец рассыпалось в миллион искр, которые втянулись в сферу в руках Маалы. За ним последовали другие — десятки, сотни. Их последние улыбки застывали на мгновение перед исчезновением.
Они не чувствовали боли. Только облегчение. Как ребенок, засыпающий на руках у матери. Возможно, в их случае это и правда было гуманно. Но после того, как я сделала их частью себя, уже не смогла остановиться.
Теперь Маала стояла на центральной площади перед тысячной толпой беженцев — их дома были разрушены недавней битвой между двумя малыми государствами. Женщина с младенцем у иссохшей груди вышла вперед:
«Королева… что будет с нами?»
Маала улыбнулась, и в ее улыбке было что-то неестественно теплое, как зимнее солнце:
«Вы станете частью чего-то большего. Ваши страдания закончатся. Ваши души обретут покой».
Она раскрыла руки, и серебристый туман хлынул на толпу. Люди один за другим начинали светиться изнутри и исчезать.
С каждым поглощенным человеком аура Маалы становилась плотнее. Ее волосы, раньше просто серебристые, теперь буквально сияли, а ее фигура, до того хрупкая и невысокая по сравнению с остальными Истинными Людьми, стала расти все выше и выше.
Сцена сменилась резко, как удар ножа. Теперь Маала стояла у границ соседнего государства. Ее рост уже вдвое превышал средний рост Истинных Людей. Перед ней выстроились ряды воинов в доспехах из закаленного звука, отражающих любую магию. Их предводитель, мужчина с лицом, покрытым шрамами-рунами, шагнул вперед:
«Остановись, Маала! Ты нарушаешь священный закон шести наций!»
Маала лишь покачала головой.
«Там, куда я проведу вас, не нужны будут никакие законы».
Она протянула руку, и из ладони вырвался серебристый поток. Воины подняли щиты, но бесполезно — свет огибал защиту, проникая через щели в доспехах. Первый ряд солдат застыл, их тела стали прозрачными, как стекло, прежде чем рассыпаться в серебристую пыль.
Я наблюдал и дальше, как мощь Маалы росла в геометрической прогрессии. Вскоре ее власти без сопротивления поддавались целые страны. И остановиться сама она уже не могла. Да и не хотела.
Мои братья и сестра осознали истину слишком поздно, занятые своими собственными войнами и миссиями. Однако их последняя попытка остановить меня оказалась не бесполезной.
Пространство разверзлось с громоподобным хлопком, перенеся нас на поле последней битвы. Мы парили над выжженной равниной, где земля была спекшейся в стекловидную корку на километры вокруг. В центре этого ада стояли пять фигур, окружённые пульсирующей мандалой из светящихся линий.
Король Тела преобразился до неузнаваемости. Его мускулы теперь напоминали полированную бронзу, с золотыми прожилками, пульсирующими в такт сердцебиению.
«Сегодня мы становимся прахом, — его голос гремел, сотрясая воздух. — Но мы утянем её в небытие за собой!»
Король Разума парил в двух метрах над землёй, окружённый вращающимися трёхмерными формулами. Его пальцы чертили в воздухе символы, которые тут же материализовались в защитные барьеры — полупрозрачные призмы, переливающиеся всеми цветами спектра.