Чтение онлайн

Осоловело посмотрев в сторону источника света, я, совсем не ожидая такого, увидела… полупрозрачный силуэт матери, которая зловещим изваянием стояла надо мной и, сложив руки на груди, буравила меня очень нехорошим взглядом.

***

Этой же ночью где-то на границе Воэльгарда

Дастин

– Ты уверен, что достаточно восстановился? – спросила одна тень в глухом плаще у другой, более высокой и сгорбленной.

Обе фигуры стояли так, чтобы любой путник, решивший не останавливаться на ночлег, не заметил их с тракта. В этом им помогали ветви раскидистого тиса, так удачно стоявшего в отдалении.

– Да, Мик, – последовал твёрдый ответ, после которого прозвучало недовольное, – так что прекращай строить из себя мою мамочку.

Мик, он же маркиз Микаэль Рэйкер, чьи земли граничили с Воэльгардом, на такое заявление только фыркнул:

– Если не я, то кто? – после этой фразы мужчина хотел было шутливо толкнуть собеседника в плечо, но посмотрев на слишком глубокие тени на лице родственника, передумал. Света звезд хватило, чтобы напомнить Микаэлю о состоянии дорогого ему человека и потому он уже без шуток добавил: – А если серьёзно, Дастин, может, всё же останешься у меня? Охотничий домик стоит достаточно обособленно, потому слухам неоткуда будет взяться. Просто поживи там, пока силы не вернутся.

Такой приступ жалости не пришёлся по душе Дастину. Он с трудом, но выпрямился, расправил плечи и, вспыхнув в тени капюшона синевой своих глаз, процедил:

– Думаешь, раз моя магия взяла перерыв, меня можно считать беззащитным? – Рука в чёрной перчатке из тонкой кожи откинула полу плаща, демонстрируя простой, но мастерски изготовленный эфес. – Меч на моём поясе висит не для красоты, – отчеканил Дастин, он же герцог Эверик собственной персоны, с долей обиды глядя на младшего родственника по материнской линии.

– Я понимаю, – поспешил оправдаться Микаэль, примирительно поднимая ладони. Он хоть и знал, что его кузен слишком гордый, однако не мог не попытаться того остановить. Потому Микаэль решил напомнить Дастину: – Пойми и ты – на твоё… устранение потрачено так много сил, что я не могу не переживать. Тем более мы тебя с таким трудом вытащили с того света, и не хотелось бы потратить столько сил впустую.

Маркиз не говорил последнее в укор брату. Он лишь хотел напомнить о проделанной работе по спасения так мешавшему императору Дастина, чтобы заставить того быть в десять раз осторожнее. Вот только гордость уже безземельного герцога к этому моменту оказалась не просто задета – она была растоптана. Поэтому не удивительно, что он воспринял в штыки слова, наполненные добрыми намереньями, и с мрачной усмешкой сказал:

– Не волнуйся, Мик. Когда надумаю умирать в следующий раз, обязательно удостоверюсь, чтобы моё имущество перешло вам, а не какой-то аферистке. – Упоминание девушки, которой он даже не знал, хоть и отозвалось в Дастине обжигающей злостью, но он постарался сохранить лицо, сделав вид, будто ему нет до этого дела.

Правда, рядом с Микаэлем это было делать бессмысленно. Маркиз прекрасно знал, в какую ярость его кузена привели вести о новом и крайне неожиданном статусе мужа некой Эвелин Гроу, ныне Эвелин Эверик. При том, что по их данным у лорда Гроу до недавнего времени была лишь одна дочь, Лавиния, а Эвелин считалась дочерью пропавшего без вести брата лорда Гроу и слыла как дурным нравом, так и врожденными дефектами внешности. Последние, кстати, шпионы Микаэля опровергли. В их донесеньях говорилось, что девушка вполне себе здорова и хороша собой, отчего она вызвала у маркиза ещё больше вопросов.

Однако сейчас Микаэля больше волновали не секреты его резко появившейся снохи, а реакция его кузена. После случившегося он будто стремился всех записать в свои враги. Даже его, самого близкого друга, который сделал всё возможное ради спасения Дастина, тот пытался внедрить в нынешнюю картину собственного мира, приписывая ему корыстные намеренья.

– Дастин, – устало произнёс Микаэль, скидывая капюшон, – меня не интересуют твои земли. Если будет так угодно, я составлю документ, по которому они мне ни при каких обстоятельствах не перейдут. Может хоть так ты уверуешь, что мне совершенно не нужно твоё имущество.

После пламенной речи маркиза, наполненной толикой обиды, между мужчинами повисла пауза, во время которой ночной ветер, будто стараясь успокоить того, трепал длинные пряди у лица Микаэля. Они будто отсчитывали такты, пока Дастин возвращал себе веру в людей, или хотя бы веру в одного человека подле себя. На это потребовалось какое-то время, но не так много, чтобы им кто-то помешал.

В итоге Дастин последовал примеру кузена. Он тяжело выдохнул, скинул свой капюшон с головы, в скудном свете ярких, весенних звёзд являя брату исхудавшее лицо, и, пристально посмотрев на него, сказал:

– Знаю, так что перестань уже раздражать меня своей излишней опекой. Для императора я мёртв, ему даже мой пепел доставили, и этого пока будет достаточно. Вот почему в данный момент моей жизни угрожает только магическое истощение.

Дастин хотел ещё добавить, что ещё ему угрожают сетования кузена, но тот его перебил, недовольно сказав:

– Поэтому я и говорю – тебе нужно следовать на юг. Там, недалеко от Обители первозданной Магии, ты восстановишься гораздо быстрее, а значит, окажешься в большей безопасности. Но нет, ты же у нас упрямец! – возмутился маркиз. А затем продолжил, частично подражая голосу кузена: – Заладил «Гиблые земли, Гиблые земли»! Как бы тебе там действительно не сгинуть…

Дождавшись когда запал Микаэля пройдёт, Дастин покачал головой и спокойно сказал:

– На юг никак нельзя. Пока остаётся хоть мельчайший шанс повторного расследования, мне стоит держаться подальше от мест, где меня будут искать в первую очередь. А раз все знают, что едва не выгоревший маг лучше всего восстанавливается у Обители, то именно там его будут ждать в первую очередь. – Разумные доводы чуть смягчили гнев маркиза на упрямство герцога Эверика, но Дастин на этом не остановился. Его запавшие глаза вспыхнули с новой силой, и он очень нехорошо протянул: – Тем более… как мне не посетить Гиблые земли, если именно там можно найти мою дражайшую и совершенно незнакомую супругу? Ты ведь сам сказал, что эта девчонка именно там.

– Если мои информаторы не лгут, то да, Эвелин в Хоулвилле, – подтвердил Микаэль, уже прекрасно понимая, что Дастина не отговорить.

На что тот, задумчиво глядя на медленно наливающийся светом горизонт, произнёс:

– Пусть она выбрала очень странную награду за посильную помощь в присвоении моего имущества, но не это главное.

– Твоя фамильная печать должна быть у неё, – озвучил очевидное Микаэль. Он уже не раз говорил Дастину, что не стоит рисковать и идти за ней, пока он в таком плачевном состоянии, но упрямого герцога было не переубедить.

– Именно, – подтверждает Дастин. – Магический закон обязывает передать вдове печать моего рода. Она точно будет у неё.

Упоминание главной причины нынешнего положения дел заставило Микаэля вновь возмутиться:

– Как ты вообще мог доверить что-то настолько важное такому скользкому типу как лорд Шерех?

И если до этого Дастин предпочитал отмалчиваться, то теперь он едва не скрипнул зубами от досады, походил желваками на щеках и отчеканил:

– Моей глупости нет оправдания. Но, поверь, Мик, до моего ранения Шерех был чуть ли не одним из моих самых ярых сторонников. Мне даже сейчас с трудом верится, что он так легко меня предал, – раздосадовано добавил герцог, вспоминая, насколько безоглядно верил Шереху. А затем гораздо тише закончил: – Теперь это одна из причин, почему я больше никогда не собираюсь кому-то так сильно доверять.