Чтение онлайн

В блиндаж спустился Ви Ван Минь, и тут же снаружи донесся голос Хо Оаня:

— Нашел время болеть! А все из-за того, что никогда не слушаешь подчиненных, не думаешь о себе. Ничего, я вот тут притащил тебе самое лучшее средство от всех болезней, съешь — и все как рукой снимет:

— Что там у тебя от всех болезней? — улыбнулся Хоай Тяу.

— Вот, смотри, — ответил Хо Оань, выкладывая две небольшие консервные банки. — Печеночный паштет! Это твоя часть, удалось раздобыть у штурмовиков.

— А сами-то пробовали? — недоверчиво спросил Хоай Тяу.

По правде сказать, у убитых нашли только три таких банки, одну Хо Оань уже отдал своим бойцам, а остальные принес сюда, узнав, что Хоай Тяу лежит с высокой температурой. Но Хо Оань сделал вид, что уже вдоволь наелся, даже хлопнул себя по животу:

— Я уже свою часть съел, вкусно! Хорошо, что штурмовики заботятся о нашем здоровье, а то и ноги скоро переставлять будет трудно! — весело закончил он.

Хоай Тяу поднялся:

— Нужно обсудить один очень важный вопрос.

— Наверное, решил что-нибудь рассказать о прошедшей ночи? — не унимался Хо Оань.

Все уже привыкли к тому, что он всегда, даже в самые опасные минуты, не терял бодрости духа, мог пошутить и шуткой поддержать бойцов. Поэтому Хоай Тяу не отреагировал на слова командира группы, а сразу же приступил к делу:

— Я предлагаю атаку базы повторить не через три дня, а сегодня же.

Хо Оань даже вскочил с места, хлопнул себя ладонями:

— Двумя руками «за»! Я с самого начала был за такой вариант.

— Конечно, можно и сегодня, кивнув, поддержал его Ви Ван Минь. — Но надо подумать о другом: о раненых, о продуктах, да и боеприпасов не так уж много у нас осталось. Мы же с вами уже решили, что для всесторонней подготовки повторного удара по базе требуется несколько дней.

— Вас всего двое, и то мнения разные, — сказал Хоай Тяу. — Вот поэтому давайте спокойно все взвесим, может, и придем к единому решению. Я думаю, — продолжал Хоай Тяу, — если мы будем придерживаться уже принятого ранее варианта, то у нас будет несколько дней для подготовки повторной атаки. Но вы подумайте и о другом — ведь не все прошло гладко в первую ночь, некоторые намеченные объекты нам так и не удалось уничтожить. Кроме того, несколько человек остались на базе, долго им там находиться опасно. А раненые? Они ведь тоже ждать долго не могут, надо решать и эту проблему. Противника мы застигли врасплох, он пока не пришел в себя, не разобрался до конца в обстановке и не ждет нас сегодня, а это, пожалуй, главное. Конечно, бойцы и второй день подряд вести бой будет трудно, но в этом есть и преимущество: не надо еще три дня таскать на себе взрывчатку, продукты. Возьмем продуктов только на сутки, а боеприпасов как можно больше, распределим их между подразделениями и, выполнив задачу, уйдем на место встречи с главными силами фронта. Вот и все, что я думаю по этому поводу, а решать надо нам сейчас, — закончил Хоай Тяу.

— Я согласен с Хоай Тяу, — неожиданно легко и быстро поддержал его Ви Ван Минь. — У нас уже несколько человек пропали без вести — Чан Нонг, Зау, а еще Чонг! Где они сейчас, что с ними? Может, им как раз и нужна наша помощь?

Хо Оань вскочил с места, перекинул автомат через плечо:

— Атакуем сегодня! Бойцы рвутся в бой, каждый понимает, что без продуктов долго здесь не высидишь и не повоюешь! Надо бить врага, пока еще есть силы.

— Продукты — это не главная проблема, — остановил его Хоай Тяу. — Местные подпольщики и партизаны помогут нам, если мы решим остаться здесь еще на несколько дней. Наша тактика — вот что сейчас самое главное. Мне кажется, противник не ждет нашего удара сегодня. Поставьте себя на его место. Раньше, как правило, мы атаковали какой-то объект и быстро уходили от него как можно дальше. Иногда было и так, что объект не удавалось уничтожить полностью, как намечалось, но все равно мы уходили из того района, а уже через некоторое время повторяли атаку. Противник тоже привыкает к такой тактике. Вот и нужно этим воспользоваться. А теперь для нас основное — подготовить бойцов морально к нашему новшеству в тактике боевых действий, надо, чтобы они поняли наш замысел и были готовы к действиям. Трудно это сделать, как вы думаете?

— Что касается моральной подготовки, то здесь проблем не будет, — ответил Хо Оань. — Я знаю своих бойцов, уверен в них, как в самом себе. Они поймут все.

— Вы оба — партгруппа, и теперь ваша задача — провести беседы с коммунистами. Все члены партии должны сознательно прийти к единому мнению. Не торопитесь, не нажимайте на бойцов. А когда вернется Тхао Кен, выслушаем мнение коммунистов, с которыми не успеете побеседовать.

Командиры боевых групп дружно встали и направились к выходу из блиндажа. Хоай Тяу догнал Ви Ван Миня, сунул ему две банки паштета и тихонько шепнул, чтобы не услышал Хо Оань:

— Передай эти банки раненым бойцам.

— А ты как же? Это тебе…

— Я не ранен, поэтому не возьму их себе, — настаивал Хоай Тяу. — Передай кому полагается.

Он прислонился спиной к прохладной стене блиндажа, закрыл глаза и задумался. Сколько сейчас трудностей выпадает на долю его людей! И эти трудности и лишения ими с честью преодолеваются. Часто и в его жизни бывали такие случаи, когда ради выполнения поставленной задачи, важных и срочных дел приходилось забывать о еде, о сне, о болезнях, обо всем. Трудно, но тем радостнее сознавать, что порученное тебе партией и народом задание, несмотря ни на какие лишения, выполнено и можно смело с чистой совестью смотреть людям в глаза.

Хоай Тяу уже обдумывал, что и в какой последовательности нужно сделать, чтобы успеть во время закончить подготовку к предстоящему бою. Большой опыт, суровая школа боевых действий помогли ему разложить все по полочкам, мысленно составить программу действий. «В чем же сила наших бойцов? — думал он. — В чем наше преимущество? Противник вооружен с головы до ног, у него есть все: авиация, тяжелая артиллерия, танки, современные средства связи, достаточное количество оружия и боеприпасов, миллионы людей под ружьем. Но ведь всем известно, что любая техника мертва без человека, без его мысли. Вот и получается: как человек управляет техникой, так она ему и служит. В людях наше преимущество. Кто служит в войсках особого назначения? Люди верные партии и народу, глубоко ненавидящие врага, посягнувшего на свободу и независимость родины, предающего и продающего свою землю иноземным захватчикам.

А что есть у нас? Наше военное искусство, проверенное и испытанное в боях. Все уже привыкли думать, что враг превосходит нас в технике и оружии, в численности армии, в маневренности. Но его самолеты, танки — вся боевая техника лежит сейчас грудами металлолома, так и не успевшая развернуться, прийти в движение. Вот и выходит, что мы намного маневренней, чем наши враги.

Надо еще активнее и эффективнее использовать сильные стороны частей особого назначения», — как бы подвел итог своим размышлениям Хоай Тяу.

Сначала послышался тихий стон с той стороны, где посреди широкого двора зияли большие воронки от взрывов авиабомб. Еще не очнувшись, Чан Нонг пошевелил ногами, руками и только потом открыл глаза. Голова была тяжелой, перед глазами все плыло — деревья, какой-то забор. Потом на миг все останавливалось, а затем опять пускалось в дикую пляску. «Где я?» — подумал Чан Нонг, пытаясь вспомнить все, что было с ним до этого. Немного придя в себя, он попробовал перевернуться и очень обрадовался, когда это удалось сделать. Как ни странно, он не обнаружил на себе ни одной царапины, но все тело болело, словно по нему долго били чем-то тяжелым. Во рту было сухо, хотелось пить. Чан Нонг напряг все свои силы, оперся рукой, приподнялся и чутко прислушался.

Место, где он лежал, ничем особенным не выделялось. По всей видимости, до этого здесь был обширный двор перед большим заброшенным складом. Тут и там валялись сломанные или вырванные с корнем деревья, и, судя по тому, что на некоторых из них листья уже пожухли, свалены они были не сегодняшней ночью. А вот в одном углу двора, там, где лежал сейчас Чан Нонг, несколько деревьев пострадали именно в эту ночь, во время взрыва бомбы. На стоящих неподалеку низеньких бараках тоже можно было увидеть следы бомбежки, крупные осколки пробили стены насквозь, стекла и рамы были выбиты. На ветке дерева с изуродованными взрывами ветвями болтался кусок защитной ткани, такой, из которой был и маскхалат Чан Нонга.