Чтение онлайн

Въ окопахъ непрерывной цпью тянутся живые люди.

Въ холодныхъ шинеляхъ, папахахъ, съ винтовками въ рукахъ, стоятъ, словно окаменлые.

Пристально смотрятъ впередъ, угрюмые, усталые.

Недвижный, мертвый свтъ мсяца серебритъ всю эту суровую картину обороны.

Словно все замерло.

Прибывъ на фортъ и принявъ рапортъ отъ его коменданта капитана Рзанова, генералъ осмотрлъ разрушенія въ бетон, который только что былъ пробитъ одиннадцатидюймовыми бомбами.

Затмъ опустился въ подземный казематъ, гд былъ встрченъ начальникомъ инженеровъ полковникомъ Григоренко, отряднымъ инженеромъ подполковникомъ Рашевскимъ, полковникомъ Третьяковымъ (спеціалистъ по миннымъ работамъ) и поручиками Рейнботомъ, Бергомъ и Дебагорій-Мокріевичемъ.

Спустившись въ низкій подземный ходъ, а затмъ ползкомъ добравшись до его конца, Смирновъ началъ внимательно выслушивать производимыя противникомъ работы.

Изъ этой галлереи комендантъ проползъ въ другую, гд тоже долго и внимательно слушалъ стукъ японскихъ кирокъ и кувалдъ.

Отъ врага отдляли 1 1 /2 аршина гранита, не боле.

Вс удивленно посматривали другъ на друга — отважный поступокъ Смирнова импонировалъ всмъ. Среди солдатъ во мгновеніе разнеслось: "Комендантъ самъ ползъ въ галлерею". Кто врилъ, кто нтъ. Въ общемъ, впечатлніе сильное.

На совщаніи въ офицерскомъ каземат, гд впослдствіи былъ убитъ генералъ Кондратенко, ршено было, не теряя времени, немедленно приступить къ устройству камуфлета.

Положеніе форта было дйствительно серьезное: каждый часъ, каждую минуту можно было ожидать взрыва.

Весь вопросъ былъ въ томъ — кто кого опередитъ.

Игра — но игра опасная!

На лицахъ у всхъ тревога.

Полная неизвстность.

Генералъ Смирновъ простымъ, ласковымъ обращеніемъ добрымъ, участливымъ словомъ, шутками — подбодрилъ и успокоилъ героевъ.

Стрлки, артиллеристы повеселли.

Кругомъ же развернулась въ полномъ блеск картина боевой обстановки на атакованномъ форту.

Въ воздух стоитъ свистъ, непрерывное жужжаніе пронизывающихъ его пуль; трескъ работающихъ пулеметовъ; взрывы бросаемыхъ къ нимъ и къ намъ бомбочекъ.

Удары, точно хлыстомъ, пуль о камни.

Темные силуэты стрлковъ у бруствера.

Артиллеристы у темныхъ, черныхъ тлъ орудій.

Весь фортъ погруженъ въ мракъ.

Гудніе и взрывы одиннадцатидюймовыхъ бомбъ.

Несмотря на крайнюю опасность, грандіозная картина заставляла невольно заглядться.

А въ основ сознаніе, какъ винтъ, сверлитъ мозгъ, что вотъ-вотъ раздастся взрывъ, и фортъ превратится въ груду развалинъ.

Вс это понимали и ни на минуту не забывали.

Гарнизонъ глубоко оцнилъ пріздъ самого коменданта на фортъ въ такую страшно опасную для него минуту.

Поблагодаривъ всхъ за тяжелый трудъ, геройскую стойкость, генералъ со смхомъ обратился къ капитану Рзанову.

— А у васъ исправно салютуютъ янонцы моему прізду. Вонъ ружейный, пулеметный огонь — въ это время подходили къ мосту черезъ ровъ, загудлъ 11" снарядъ — а вотъ и орудійный салютъ. Молодцы японцы!

Бомба разорвалась по ту сторону моста, осыпало пескомъ и каменьями.

— Ваше превосходительство, спшите, они сейчасъ вторую пошлютъ — доложилъ Рзановъ.

Пожавъ капитану руку, Смирновъ быстро перешелъ мость и свернулъ въ ходъ сообщенія.

На пути встртился стрлокъ. Разминулись. Не прошли 10 шаговъ — загудлъ снарядъ… Ускорили шагъ. Снарядъ надвигался.

Секунды….

Дьявольскій свистъ надъ самой, самой головой.

Бросились на дно хода.

Взрывъ въ двухъ-трехъ саженяхъ.

Буквально засыпало пескомъ и каменьями.

Съ форта крикнули:

— Убитъ! Комендантъ убитъ!

Но комендантъ уже уходилъ. Надвигался третій снарядъ.

Былъ убитъ встртившійся стрлокъ.

Опоздай на нсколько секундъ, и Смирнова бы не стало.

Въ ночь съ 12-го на 13-ое октября въ и часовъ началась обыденная бомбардировка порта и эскадры.

Ночь стояла темная — мсяцъ лишь изрдка заигрывалъ съ Артуромъ изъ облаковъ.

Первый снарядъ упалъ на Стрлковой улиц.

Второй, пронизавъ насквозь столовую квартиры военнаго прокурора полковника М. А. Тыртова, разрушилъ на пути прихожую, вынесъ двери и разорвался на улиц.

За часъ передъ началомъ бомбардировки — мы покойно сидли въ этой столовой, мирно бесдуя.

Тема разговора — ночныя бомбардировки.

M-me Тыртова увренно говорила командиру "Севастополя" капитану I р. Эссенъ.

— Я совершенно не боюсь бомбардировокъ этими чудовищами.

Они преспокойно летятъ къ вамъ на суда. Намъ страшны маленькіе снаряды.

Замшкайся Тыртовы дв, три минуты въ столовой — послдствія были бы для нихъ ужасны.

Послдующими двумя снарядами былъ разрушенъ въ основаніи домъ редакціи и типографіи.

Вс машины и шрифты были разбиты въ дребезги.

Къ счастью, въ типографіи было мало людей, шло печатаніе No.

Подъ грудами развалинъ погибло нсколько китайцевъ.

Злой рокъ преслдовалъ газету.

Бомбардировка усиливалась.

Снаряды сыпались одинъ за другимъ, все время давая недолеты.

Темная ночь мшала корректировк.

Занялся пожаръ.

Огромный столбъ пламени взвился надъ домомъ и складомъ артурскаго коммерсанта М. Гинсбурга и ярко-ярко освтилъ бухту и суда, подтянувшіяся къ Перепелиной гор.

Стало свтло, какъ днемъ.

Снаряды начали ложиться у судовъ.

Мы каждую минуту ожидали, что противникъ откроетъ бомбардировку по пожарищу.

Огонь разрастался.

Складъ Гинсбурга превратился въ гигантскій костеръ.

Огромные языки яркаго пламени лизали темный небосводъ.

Брандмейстеръ Вейканенъ съ своими героями-пожарными напрасно боролся съ огненной стихіей.

Огонь, побждая воду, предательски свтилъ врагу его цль.

Суда безмолвно истязались.

Тяжело и обидно было смотрть, какъ эти мощныя громады безнаказанно разстрливались на глазахъ у всей крпости.

Не говоря уже объ ихъ цнности — тяжело было сознавать, что мы безсильны парализовать неистовствовавшаго врага.